Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.com: https://royallib.com

Все книги автора: https://royallib.com/author/lahtina_mariya.html

Эта же книга в других форматах: https://royallib.com/book/lahtina_mariya/ya_poznayu_mir_russkaya_literatura.html

Приятного чтения!




Я ПОЗНАЮ МИР. РУССКАЯ ЛИТЕРАТУРА



Детская энциклопедия







Предисловие

Уважаемый читатель! Если ты держишь книгу в руках, ощущаешь ее притягательную силу, значит, тебя можно уважать; читатель — всегда уважаемый человек. Он оставляет ради чтения очень многое, но зато как бывает вознагражден! Ему подвластно всё: время, земля, небо, он выбирает себе собеседников и спутников, способен перемещаться в мечтах и наяву.

Как прекрасно стать читателем! Плакать и переживать, читая «Телеграмму» К. Паустовского, «Кусаку» Л. Андреева, — смеяться над путешественниками М. Зощенко, жалеть и пытаться понять Маленького принца, замирать вместе с Ассоль: «Вдруг Грей не узнает ее в толпе!»

Как важно найти свою любимую книгу, необходимую именно сейчас, завтра, через год, автору которой веришь и преклоняешься перед его мудростью. Но чтобы найти такую книгу, надо искать, не отбрасывать в сторону попавшееся тебе произведение, а искать и думать. Возможно, предложенные здесь книги будут изучаться в школе на уроках литературы или на занятиях по внеклассному чтению. Но ты все равно обрадуешься им, как добрым знакомым. Каждая следующая встреча откроет больше, чем предыдущая, потому что произведение, которое не стоит перечитывать, вряд ли стоит читать и в первый раз.

Ну, что бы нам почитать?!




СКАЗКИ И СКАЗОЧНИКИ






Фольклор — героический эпос, сказки, легенды, песни, пословицы, загадки — появился в глубокой древности, когда человечество еще не имело письменности. В сказаниях и песнях нашли отражение такие темы, как борьба человека с природой, его стремление обустроить свой быт, научиться добывать огонь, строить жилища, возделывать землю.

Живя в веках, фольклорные произведения вбирали в себя и новое мировоззрение, и черты изменившегося быта. Даже в наше время продолжают жить обновленные древние сказки.

Собирать и записывать фольклор начали в Европе около 300 лет назад, а изучением его занялись лишь в конце XVIII века. За последние полтора столетия были изданы такие замечательные книги, как сборник немецких сказок братьев Гримм, сборник русских народных сказок А.Н. Афанасьева, знаменитый сборник русских пословиц В. Даля, сборник сказок русского народа В.П. Аникина.

В XX веке многочисленные экспедиции разъезжали по нашей стране в поисках сказителей, сказочников, певцов, а писатели обрабатывали их рассказы. Появились разнообразные издания фольклорных произведений. Не только научные издания, но и книжки для малышей, сборники сказок, обработанные А.Н. толстым («Теремок», «Репка», «Курочка Ряба», «Гуси–лебеди», «Колобок»… — все, на которых мы выросли), Б. Шергиным, А. Платоновым (сказки Архангельского края), П. Бажовым (уральские сказания).

Сказки были самые разнообразные: они могли рассказывать и о животных (из таких сказок вышли басни), и о чудесных приключениях героев, и о ленивых, упрямых или глупых людях, о жестоких барах и жадных попах (такие сказки в наши дни положили начало анекдотам).

Волшебные народные сказки подвигли писателей на создание литературных сказок.

Из живительного источника народной сказки черпали вдохновение многие писатели и поэты XIX–XX веков: Пушкин, Аксаков, Гоголь, Л. Толстой, Горький, Пришвин…




Василий Андреевич Жуковский


(1783–1852)





В.А. Жуковский


Знаменитый поэт В.А. Жуковский, автор многих великолепных поэтических произведений, был также воспитателем императора Александра II, известного как царь–освободитель.

В.А. Жуковский родился 29 января (9. 02) 1783 года, умер 12 (24) апреля 1852 года.

Добрую память оставил он по себе и как писатель, и как человек. Природа наделила его большим поэтическим талантом. В своих звучных стихах Жуковский внушал людям, что жить надо благочестиво и добродетельно, что только при этом условии земная жизнь станет светлой и радостной.

«И жизнь и вселенная прекрасны!» — восклицал Жуковский, и ему отрадно было в своих мечтах пожить с разными народами и в разных веках. Необычайно хорошо умел он передавать рассказы о старинных рыцарях, богатырях и царях Востока, героях Древней Греции. Получалось у него и красиво, и занимательно, и поучительно. Примерами тому служат его сказки «Спящая царевна», «Сказка о царе Берендее » известные баллады «Светлана», «Людмила», а также перевод «Одиссеи».

Молодой Пушкин написал замечательное стихотворение «К портрету Жуковского», которое можно назвать пророческим:

		Его стихов пленительная сладость
		Пройдет веков завистливую даль.
		И, внемля им, вздохнет о славе младость,
		Утешится безмолвная печаль
		И резвая задумается радость.

У Жуковского был особенный талант общения. Достаточно вспомнить, как он блистал в одном из самых замечательных литературных обществ начала XIX века — «Арзамас», куда входили многие литераторы, «други смелых муз», от самого Жуковского до лицеиста Александра Пушкина.

В 1812 году Жуковский стал издавать первую русскую фронтовую газету «Россиянин» вместе со своим товарищем А. Кайсаровым, которого знал еще с юных лет.

В 1825 году поэт написал мужественное письмо царю в защиту друга своей молодости Николая Тургенева — декабриста, приговоренного к смертной казни. Жуковский был также защитником А.С. Пушкина в разные годы, а в январе 1837 года он дежурил у постели смертельно раненного поэта, умирающего у него на руках. Жуковский следил за развитием таланта М. Лермонтова и Н. Гоголя. Может быть, о них написано его стихотворение « Воспоминание »:

		О милых спутниках, которые наш свет 
		Своим сопутствием для нас животворили, 
		Не говори с тоской: их нет; 
		Но с благодарностию: были.

Любопытно сравнить сказки «Спящая царевна» В.А. Жуковского и «Спящая красавица» французского сказочника Шарля Перро.

Ш. Перро опубликовал свои знаменитые волшебные сказки в конце XVII века. Снабдив. их нравоучением в стихах, он создал оригинальное произведение, оставаясь верным народной основе сказки. Его «Спящая красавица» хорошо известна читателям. В этой сказке старая фея, которую король с королевой не позвали на крестины своей дочери, обиделась на проявленное неуважение, ведь ей недосталось подарка — ящичка из литого золота с ложкой, вилкой и ножом. Значит, причиной всех дальнейших несчастий явилась ее обида за неучтивость, поэтому сказку можно было рассматривать как нравоучительную. Чарами юной феи месть старухи была смягчена: принцесса должна была не умереть, а заснуть на сто лет; разбудить же ее должен был прекрасный принц. В назначенный час чары пали, и принц, прошедший в замок через волшебный лес, увидел, как проснулась не только восхитительная принцесса, но и придворные, и стража, и собаки, и лошади, и огонь в печи. Все завершилось всеобщим удовольствием и свадьбой.

В сказке В.А. Жуковского «Спящая царевна» сюжет очень похож на сюжет «Спящей красавицы» Ш. Перро, но есть и существенные отличия: написана она в стихах, действие перенесено в царство доброго русского царя Матвея, о долгожданном ребенке сообщает царице рак–пророк, приглашены одиннадцать фей из двенадцати, так как в царской кладовой было одиннадцать золотых блюд для подарка чародейкам, двенадцатое же блюдо оказалось украдено неизвестно кем (это уже рассматривалось не как нечаянная оплошность, а как настоящее безобразие). К тому же трехсотлетний сон должны были разделить с молодой царевной царь–отец и царица–мать, ведь они так ждали этого ребенка.





Как же мог Жуковский лишить их родительского счастья через пятнадцать лет после рождения дочери! Но триста лет прошло, и уже мало кто помнил о «богатом царском доме» в чудесном бору. И если бы царский сын не проявил личного упорства и выдержки, то неизвестно, чем кончилось бы дело. Но он узнал обо всем произошедшем, без труда прошел бором и увидел необычную картину заснувшего царского двора:

		Тот как вкопанный сидит;
		Тот не двигаясь идет; 
		Тот стоит, раскрывши рот, 
		Сном пресекся разговор, 
		И в устах молчит с тех пор 
		Недоконченная речь…
		…
		Перед ним царевна спит.





Он сам должен найти ответ на вопрос: «Что ж разрушит силу сна?» Но он не волшебник, а только восхищенный прелестью девушки молодой человек:

		Он души не удержал 
		И ее поцеловал.

Оказалось, что магической силой обладает поцелуй влюбленного человека. В сказке Жуковского разрушило чары именно чувство любви, а вовсе не назначенный срок. В.А. Жуковский в отличие от Ш. Перро хотел сказать о возвышающей и всепобеждающей силе любви, поэтому–то царский сын не обратил никакого внимания на старомодный покрой одежд и несовременный мотив песен, о чем тонко и иронично вспомнил французский сказочник, показав тактичность своего принца, умолчавшего о том, что «такие рукава и воротники не носят со времен его прабабушки…»




Александр Сергеевич Пушкин


(1799–1837)





А.С. Пушкин


Гениальный поэт Александр Сергеевич Пушкин, составивший славу русской литературы, родился 6 июня (26 мая по старому стилю) 1799 года, умер 10 февраля (29 января) 1837 года. Тогда не было еще ни И. Тургенева, ни А. Гончарова, ни Л. Толстого, ни многих других прославленных писателей XIX века, хотя справедливости ради надо сказать, что для развития русской литературы многое в то время сделали В. Жуковский и Н. Карамзин. Для последующих русских писателей А. Пушкин оказался настоящим учителем. Искусством написания стихов Александр Сергеевич владел с такой легкостью и неподражаемым изяществом, что лишь немногие поэты сумели приблизиться к нему в этом. Пушкин был наделен необычайным даром понимать человека, в какую бы эпоху он ни жил. Он мог писать о жизни людей разных национальностей, но всего сильнее влекли его жизнь русского народа и русская природа. Пушкин был поистине национальным русским поэтом.

Многие его лирические стихотворения, отрывки из больших произведений представляют собой зарисовки картин родной природы («Зимняя дорога», «Зимнее утро», «Бесы», «Октябрь», «19 октября 1825 г.», «Повести Белкина», «Евгений Онегин» и многие, многие другие). Есть у него произведения, посвященные преданьям старины глубокой («Сказка о мертвой царевне и семи богатырях», «Руслан и Людмила»,. «Песнь о Вещем Олеге», «Арап Петра Великого»).

А.С. Пушкин происходил из старинного дворянского рода, родился в Москве. У Пушкиных было много знакомых среди писателей, да и дядя Александра Сергеевича, Василий Львович, был поэтом. Это обстоятельство, конечно, имело большое значение для развития мальчика. Учился он в Царскосельском лицее, который окончил в 1817 году. Еще в лицее он приобрел известность своими стихами, так что даже такие известные поэты того времени, как Державин и Жуковский, признали в молодом поэте исключительное дарование. А.С. Пушкин оправдал самые смелые ожидания: в каждом новом произведении талант его проявлялся с нарастающей силой и достиг, наконец, небывалых высот. Не случайно весной 1820 года Жуковский подарил Пушкину свой портрет с надписью: «Победителю–ученику от побежденного учителя» и датой: «1820 года марта 26». В тот высокоторжественный день молодой поэт окончил свою поэму «Руслан и Людмила» — А позже появились такие произведения, как «южные поэмы», трагедия «Борис Годунов», роман в стихах «Евгений Онегин», повесть «Капитанская дочка», «Маленькие трагедии».

С юных лет интересовался А. Пушкин своими предками, своей родословной. В книге В.П. Авенариуса передается рассказ юного Александра товарищам–лицеистам о его предке, который был арапом–невольником, но дослужился впоследствии до генеральского чина и Андреевской звезды:

«Был он не простой невольник, а царского рода, потомок знаменитого африканского полководца Ганнибала. Их, чернокожих сыновей–принцев, было у отца его 19 человек… Наш русский посланник при турецком дворе перекупил его у султана (куда Ибрагим, а по–нашему Абрам, был продан восьмилетним мальчиком). Посланник отослал его в Петербург в подарок государю своему, Петру Великому. Тому он также сразу приглянулся, так что Петр ни днем ни ночью уже не отпускал его от себя. Впоследствии, когда Абрам Петрович от самого царя научился грамоте, письму и арифметике, Петр I отправил арапа в Париж — домучиваться в тамошней инженерной школе…»

Эти и другие события из жизни Ганнибала будут описаны в 1828 году А. Пушкиным в повести «Арап Петра Великого».





Арина Родионовна Яковлева, няня А.С. Пушкина


Жизнь Александра Сергеевича Пушкина складывалась непросто. В молодости ему при ходилось жить в ссылке в разных городах юга России, несколько лет он находился «под надзором» в селе Михайловском Псковской губернии, отбывая и там ссылку по повелению царя Александра I. Женившись в 1831 году на Ната — " лье Николаевне Гончаровой, поэт поселился с ней в Петербурге, где вынужден был тратить большие деньги на пустые развлечения и балы, а также терпеть общество чуждых ему людей светского круга. И беда не заставила себя ждать. С одним из представителей этого общества — кавалергардским офицером Ж. Дантесом — 27 января (12 февраля) 1837 года у Пушкина состоялась дуэль. Великий поэт был смертельно ранен. В страшных мучениях через два дня он умер. Из петербургской квартиры на набережной Мойки, 12, ночью, без факелов гроб перенесли в маленькую церковь для отпевания. Проводить Пушкина в его последний путь царь разрешил одному А.И. Тургеневу. Ночью 2 февраля гроб с телом покойного тайно вынесли из церкви и отправили в Псковские края, чтобы там предать его земле.





Чернильница А.С. Пушкина


С этими местами — родовым имением матери в Псковской губернии — связаны и счастливые, и печальные дни А. Пушкина. Сюда он был переведен из шумной Одессы — в однообразие и скуку деревенской жизни. В его письме читаем: «Я в совершенном одиночестве, и у меня буквально нет общества, кроме моей старой няни и моей трагедии…» Но именно здесь в 1825 году была создана историческая трагедия «Борис Годунов», был продолжен роман в стихах «Евгений Онегин», были написаны лирические строки поэтических. шедевров «Храни меня, мой талисман», «Прощай, письмо любви», «Я помню чудное мгновенье», «Буря мглою небо кроет», «Мой первый друг, мой друг бесценный», «Роняет лес багряный свой убор» и другие произведения. Судьба подарила поэту в Михайловском радостные встречи с И. Пущиным, А. Дельвигом, общение с соседями из села Тригорское и встречу с А.П. Керн. Чем реже случались такие встречи, тем больше ценил их А. Пушкин.

По уровню творческого подъема время Михайловской ссылки можно сравнить только с Болдинской осенью, когда в 1830 году, задумав жениться, А. Пушкин поехал в отцовское наследственное имение в Нижегородской губернии, где вынужден был остаться на три месяца из–за разразившейся эпидемии холеры. За это время закончен «Евгений Онегин», написаны «Маленькие трагедии», «Повести Белкина», более тридцати лирических стихотворений, а также «История села Горюхина», критические заметки и статьи для «Литературной газеты».

В 1835 году А. Пушкину опять случилось приехать в Михайловское:

		Уж десять лет ушло с тех пор — и много 
		Переменилось в жизни для меня, 
		И сам, покорный общему закону, 
		Переменился я…

Весной 1836 года печальные обстоятельства — смерть матери — снова привели Пушкина в Михайловское. Он похоронил мать в Святогорском монастыре и купил рядом место для себя. Здесь, в Святогорском монастыре, А.С. Пушкин был погребен 6/18 февраля 1837 года.





Святые Горы, место погребения Пушкина


Среди многочисленных произведений А.С. Пушкина особое место занимают сказки. Они написаны в назидание «добрым молодцам», которые призадумались и внимают автору. К примеру, «Сказка о Золотом петушке» написана поэтом после его знакомства с «Легендой об арабском астрологе» писателя–романтика В. Ирвинга, но легенда переосмыслена и вынесена на суд зрителя с вопросом: в чем урок? Многие (в том числе и А.А. Ахматова, написавшая статью об этой сказке Пушкина) считают, что урок здесь в наказании царя Дадона, нарушившего свое царское слово. Ведь царь обещал звездочету, принесшему золотого петушка и избавившему от хлопот сонное царство Дадона, исполнение первого его желания, а тот не захотел расстаться с Шамаханской царицей, убил своего благодетеля–звездочета. За это и был наказан петушком:

		И в глазах у всей столицы 
		Петушок спорхнул со спицы… 
		Встрепенулся, клюнул в темя 
		И взвился… и в то же время 
		С колесницы пал Дадон.

Но в современном прочтении встречается и иное толкование смысла этой сказки (В. Ладыгина). К примеру, попробуйте ответить на вопрос: кто положительный герой сказки? Сразу и не ответишь. Не звездочет, ведь он назван скопцом, представителем изуверской секты. Почему он безвозмездно оказывает добро Дадону? Да и добро ли это? Звездочету принадлежит петушок, который освобождает царя от его царских обязанностей, разрешает спать на троне.





Петушок помогает осуществляться замыслам звездочета, он указывает на восток, куда уходят одно за другим три войска. Первые два войска в сражении разбили друг друга, а сыновья, возглавлявшие их, «оба мертвые лежат, меч вонзивши друг во друга». Третье войско возглавляет сам Дадон. Но он так же покорен и завоеван Шамаханской царицей, как и его оба сына. Он настолько околдован царицей, что «забыл… перед ней смерть обоих сыновей».

А звездочет именно теперь, появляясь в толпе, требует исполнить свою просьбу: «Подари ты мне девицу, Шамаханскую царицу».

Наверное, звездочет считает, что может получить все царство целиком в обмен на необходимую царю девицу. Но тут царь Дадон, ранее действовавший по хитроумно придуманному звездочетом сценарию, вдруг начинает упрямиться:

		Ничего ты не получишь,
		Сам себя ты, грешник, мучишь;
		Убирайся…

Дальше — еще непредвиденнее:

		Царь хватил его жезлом 
		По лбу. Тот упал ничком 
		Да и дух вон.

Таким образом, убийство, на которое идет Дадон, оказывается единственным выходом из сетей иноверца. Звездочет рассчитал всё: сыновья–наследники убиты, Дадон находится полностью под властью девицы, страна достается звездочету.





И поделом безвольному старику–государю! Но непредвиденный шаг Дадона спасает государство от иноземного порабощения. И хотя Дадон расплачивается за преступление собственной жизнью, он избавляет мир от звездочета, а Шамаханская царица сама «вдруг пропала, будто вовсе не бывала». Наследников нет, но народ решит, кому править. У него есть выбор. И положительным героем оказывается этот проснувшийся государь, сделавший решительный шаг, пусть и в последний момент.

Каждый читатель поймет урок А.С. Пушкина по–своему. Но как захватывающе звучат строки давно известной сказки, когда хочется думать, сопоставлять и спорить! Только тогда и открывается гений Пушкина.




Михаил Юрьевич Лермонтов


(1814–1841)





М.Ю. Лермонтов


Родился Михаил Юрьевич Лермонтов в Москве в 1814 году, воспитывался в бога том имении своей бабушки, пензенской помещицы Арсеньевой. Он получил хорошее образование, некоторое время учился в Московском университете, откуда перешел в Петербургскую юнкерскую кавалерскую школу. Окончив ее, Лермонтов сделался офицером и вместе со своими товарищами стал вести светский образ жизни, что сильно тяготило его. Он пробовал жить по–иному, хотел даже выйти в отставку, но сделать это ему не удалось. 15/27 июля 1841 года на Кавказе, в Пятигорске, офицер Мартынов на дуэли убил Лермонтова, которому не было тогда ещё и 27 лет. Похоронили поэта в имении его бабушки — в селе Тарханы Пензенской губернии.

Несмотря на то, что жизнь Михаила Юрьевича Лермонтова была очень короткой, он оставил после себя богатейшее наследие: свои замечательные стихотворения, поэмы, роман «Герой нашего времени». В этих произведениях он раскрывал свои чувства и чувства людей, у которых было много добрых порывов, но не было возможности сделать что–либо хорошее.





Тарханы, родина М.Ю. Лермонтова


Особое место в творчестве Лермонтова занимает Кавказ. С детства горы пленили его" воображение, поэт любил описывать жизнь кавказских народов, перекладывать на поэтический язык их предания. Горская легенда «Беглец», восточное сказание «Три пальмы», сказка «Ашик—Кериб» говорят об увлеченности Лермонтова этой темой.

		В младенческих летах я мать потерял. 
		Но мнилось, что в розовый вечера час 
		Та степь повторяла мне памятный глас. 
		За это люблю я вершины тех скал, 
		Люблю я Кавказ.

    («Кавказ»)
Необычна и не похожа на другие сказочные повествования горская легенда «Беглец».

Легенда начинается с рассказа о предательстве черкеса Гаруна: он покинул поле битвы, где «отец и два родные брата за честь и вольность» легли. Гарун пробирается к родному аулу. Чудесный пейзаж открывается его взору:

		Пахнуло холодом с востока, 
		И над пустынею пророка 
		Встал тихо месяц золотой!..

Но Гарун не обращает внимания на красоту родных мест, чувствуя за собой вину. Желание жить приводит его к дому больного друга Селима. Гарун просит у него помощи и молит о сострадании:

		Черкесы гибнут. Враг повсюду. 
		Прими меня, мой старый друг, 
		И — вот пророк! — твоих услуг 
		Я до могилы не забуду.

Но, мучимый недугом, друг с презрением отказывает Гаруну:

		Стыда и тайной муки полный, 
		Без гнева выслушав упрек, 
		Ступил опять Гарун безмолвный 
		За неприветливый порог.

У него есть невеста, которая любит его. Но, услышав песню, которую поет девушка, несчастный беглец не смог обратиться к ней:

		Мой милый, смелее 
		Вверяйся ты року, 
		Молися востоку, 
		Будь верен пророку, 
		Будь славе вернее. 
		Своим изменивший 
		Изменой кровавой, 
		Врага не сразивши, 
		Погибнет без славы, 
		Дожди его ран не обмоют, 
		И звери костей не зароют.

Последней его надеждой остается мать. Но, услышав о гибели мужа и других сыновей, она задает вопрос: «Ты отомстил?», и Гарун лжет ей:

		Но я стрелой пустился в горы, 
		Оставил меч в чужом краю, 
		Чтобы твои утешить взоры 
		И утереть слезу твою.

Приговор матери суров: «Ты раб и трус… а мне не сын!»

Это кульминационный момент поэмы. Но здесь любопытна еще одна деталь:

		И, наконец, удар кинжала 
		Пресек несчастного позор…

Кто же нанес удар? Может быть, один из стариков аула? Смерть, от которой бежал Гарун, теперь освобождает его от всеобщего презрения. «Проклятья, стоны и моленья» под окном матери приводят только к тому, что «в преданьях вольности остались позор и гибель беглеца»:

		И под окном поутру рано 
		Он в сакли просится, стуча, 
		Но, внемля громкий стих корана, 
		Бежит опять под сень тумана, 
		Как прежде бегал от меча.




Николай Васильевич Гоголь


(1803–1852)





Н.В. Гоголь


Николай Васильевич Гоголь родился в 1803 году в местечке Великие Сорочинцы Миргородского уезда Полтавской губернии в помещичьей усадьбе среднего достатка. Его детские годы прошли в небогатой, но любящей семье. Потом была учеба в гимназии города Нежина, где обнаружились его любовь к наукам и театру, а также актерское дарование. В 1828 году он сдал экзамены по всем 24 предметам, теперь могла осуществиться его мечта: «Скорей в Петербург, на службу государству».

В Петербурге началась взрослая жизнь этого самого загадочного и необыкновенного русского писателя начала XIX века. Его личностью интересовались впоследствии многие литераторы. О нем писал В. Набоков, создавший художественную биографию писателя. Шведский прозаик Чель Юханссон в романе «Лицо Гоголя» повествует от первого лица, то есть от лица самого Н. Гоголя о внутреннем мире писателя. М. Булгаков представил инсценировку поэмы «Мертвые души» для постановки в театре, одним из героев этой инсценировки стал автор поэмы. Писал о Н.В. Гоголе и Д. Андреев в философской книге «Роза Мира»: «Ему был дан страшный дар — дар созерцания изнанки жизни, и другой: дар художественной гениальности, чтобы воплотить увиденное,.. показуя его всем. Но трагедия Гоголя коренилась в том, что он чувствовал в себе еще и третий дар: …дар проповедничества и учительства».

В самом начале своей творческой деятельности Гоголь работал над «Книгой всякой всячины, или Подручной энциклопедией», в которой, помимо мыслей знаменитых писателей, сведений по истории и географии, он записал предания, обычаи и нравы, пословицы, поверья родной Полтавщины, дал описание костюмов, а также обрядов Малороссии (так в то время называли Украину). Этой своей книгой Гоголь воспользуется в дальнейшем для создания повестей, «изданных пасечником Рудым Паньком», которые будут называться «Вечера на хуторе близ Диканьки». А. Пушкин назовет этот сборник «истинно веселою книгою», публика же по достоинству оценит талант молодого писателя.

Сказочные повести «Сорочинская ярмарка», «Вечер накануне Ивана Купала», «Майская ночь, или Утопленница», «Ночь перед Рождеством», «Страшная месть» откроют читателю новый мир, новых героев, новый взгляд на жизнь.

Веселость и удачливость персонажей уже в первом сборнике соседствуют с размышлениями о расплате за содеянное зло, за пролитую кровь.

В следующих сборниках — «Миргород» и «Петербургские повести» — глубина философских размышлений усилится, на смену фантастике придут мистика и пророческие откровения,

Сюжеты комедии «Ревизор» и поэмы «Мертвые души» Н. Гоголю подсказал А. Пушкин, мнение которого Гоголь очень ценил, дружбой с ним дорожил, а его смерть пережил как личную потерю.

В 1836 году, после премьеры комедии «Ревизор», Гоголь уехал за границу, затаив обиду на публику: «Все против меня. Чиновники пожилые и почтенные кричат, что для меня нет ничего святого… Полицейские против меня, купцы против меня. Литераторы против меня».

Он. исколесил Западную Европу, долго жил в Италии, плавал по Средиземному морю, совершил паломничество в Иерусалим, вернулся в Россию в 1848 году. К этому времени уже был издан первый том его «Мертвых душ» (1842 г.), был написан второй том, но он казался автору несовершенным, не соответствующим замыслу, поэтому автор его уничтожил — сжег в 1845 году. Полностью поэма «Мертвые души» должна была состоять из трех частей. Уже вторая часть с изображением положительных образов российских помещиков никак не давалась писателю.

Поселившись в Москве на Никитском бульваре у А. П: Толстого, он продолжал работу над вторым томом «Мертвых душ», но не был удовлетворен написанным. В минуты душевного кризиса в 1852 году, перед своей кончиной, он сжег новую редакцию второго тома поэмы, от нее сохранились лишь пять глав, которые были опубликованы в 1855 году, уже после смерти писателя»

Н.В. Гоголь создал произведения глубочайшего философского содержания. В каждом из них таятся серьезные рассуждения о жизни, несмотря на шутливость и легкость изложения,

Обратимся к сказочной повести «Страшная месть» из второй книги «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Автор написал ее, когда ему было 22 года. Интересна композиция повести.





Дом родителей Н.В. Гоголя в Васильевне


В повести шестнадцать частей. В первых пятнадцати частях изображаются события XVII века, когда Украина находилась под властью Польши. Семья пана Данилы Бурульбаша ждет возвращения из странствий отца Катерины — колдуна, недоброго гостя. «Козак, слава Богу, ни чертей, ни ксендзов не боится», так что Данило, хозяин в своем доме, не желает отчитываться перед отцом Катерины. Но вместе с приездом колдуна заканчивается мирная семейная жизнь молодых супругов: Катерину мучат тяжелые сны, душу ее вызывает к себе колдун, Данило выслеживает тестя в его тайном логове, узнает, что тот повинен в смерти матери Катерины и других грехах, заковывает преступника в железные цепи и сжигает бесовский его замок. Однако перед казнью дочь Катерина. отрекается от антихриста и богоотступника, отца своего сама же и выпускает из темницы, поверив словам его: «Такую самую келью вырою и я себе, неслыханный грешник, когда выйду на волю». Нет, не замаливать грехи стремится колдун, его жертвами становятся зять Данило, дочь, невинный младенец внук, он зарезал одинокого схимника, отказавшегося молиться за такого грешника, при упоминании имени которого «святые буквы в книге налились кровью». Откуда же взялся такой небывалый грешник? Как земля терпит его злодеяния?

Обо всем этом читатель узнает в шестнадцатой главе, которая переносит его на много десятилетий назад, в прошлое, когда воевал король Степан с турчанином, когда служили королю два друга — Иван и Петро. Слепой бандурист рассказывает народу эту историю в городе Глухове.

Иван поймал пашу, получил от короля награду и разделил ее поровну с Петром. А Петр, несмотря на это, сбросил и своего друга, и его малолетнего сына со скалы. Вот какое предательство! И перед Богом душа Ивана просит отмщения: «Сделай же, Боже, так, чтобы все потомство его не имело на земле счастья! Чтобы последний в роде был такой злодей, какого еще и не бывало на свете!» А еще просит он, чтобы «иуда Петро не мог подняться из земли, терпя боли неслыханные и муки, как хотеть отмстить, и не мочь отмстить». Вот откуда взялся грешник колдун — из человеческой страшной мести, вот кто сотворил жуткое отмщение за свою погибель и прекращение своего рода. Сам человек выпустил зло на землю. «Страшна казнь, тобою выдуманная, человече! — сказал Бог. — Пусть будет все так, как ты сказал, но и ты сиди вечно там на коне своем, и не будет тебе царствия небесного, покамест ты будешь сидеть там». В шестнадцатой главе разъясняются причины всех событий, описываемых в предшествующих главах. Такая композиция называется ретроспективной. Она призвана удержать внимание читателя, направить его раздумья на разгадку авторского замысла. Зло должно быть наказано, но не такими же злыми поступками. Трудно выбрать, чью сторону принять — Ивана или Петра, каждый из них грешен, поэтому нет им обоим покоя и царствия небесного. Таково решение Бога, по мысли 22-летнего создателя повести.




Петр Павлович Ершов


(1815–1869)





П.П. Ершов


На одной из могил кладбища в городе Тобольске есть скромная надпись: «Петр Павлович Ершов, автор народной сказки». В этой надписи — признание таланта удивительного сказочника П.П. Ершова. Но наследие писателя составляют не только сказки, это и драматические произведения (набросок к драме «Фома–кузнец», «Суворов и станционный смотритель»), и баллада «Сибирский казак». Славу же Ершову принесло одно его произведение — сказка «Конек—Горбунок», которую он написал в девятнадцатилетнем возрасте. Родился будущий писатель 22 февраля (6 марта) 1815 года в маленькой деревушке под Тобольском. Рос он слабеньким и болезненным ребенком. Семья уже потеряла троих детей, и, опасаясь за жизнь сына, родители, следуя местным поверьям, все хвори родившегося ребенка «отдали нищему за грош». С детства мальчик слышал множество сказок, народных песен, близко узнал жизнь и быт народа, познакомился с его искусством — все это рождало в нем особое видение мира.





Тобольск


В юношеские годы Ершов продолжил образование в Тобольской гимназии, которой руководил отец химика Д.И. Менделеева. Здесь и формировался он как писатель — в особой обстановке, среди интересных людей.

Поступив в Петербургский университет, Ершов учился у известных преподавателей русской словесности П.А. Плетнева, А.В. Никитенко. Тогда же им была написана сказка «Конек—Горбунок». Впервые прозвучала она в стенах университета, и прочел ее студентам профессор А.В. Никитенко. Сказка была напечатана весной 1834 года в журнале «Библиотека для чтения». Ее сразу высоко оценили критики, а Пушкин, написавший к тому времени несколько сказок («Сказку о царе Салтане», «Сказку о рыбаке и рыбке» и другие), сказал: «Теперь этот род сочинений можно мне и оставить». Но Ершов, к сожалению, больше за сказки не брался, а пробовал себя в других жанрах.

«Конек—Горбунок» остался единственной сказкой в его творчестве. Тем не менее именно Ершов считается среди писателей одним из зачинателей сказочного жанра. Многое в «Коньке—Горбунке» прозвучало тогда впервые: интерпретация мотивов, образов, стиль сказки. Герой — крестьянский сын, которого другие персонажи считают дурачком. В нём, с их точки зрения, отсутствует .«здравый смысл», поэтому он не может устроиться в жизни получше («мешают» его честность, доброта, бескорыстие). А «умные», наоборот, стремятся «урвать» кусочек получше, обманывают корысти ради, проявляют вероломство, жадность, хитрят и изворачиваются. Иронизируя над такими «перевернутыми» представлениями о добре и зле, автор совершенно точно дает понять, какие же персонажи на самом деле «дурацкие». Вот, к примеру, старшие братья украли у младшего коней и гонят их в город, чтобы продать и поживиться, а Иван кричит им:

		— Стыдно, братья, воровать!
		Хоть Ивана вы умнее, 
		Да Иван–то вас честнее.





Дурачок противопоставляется здесь «умным» братьям. Но именно эти «умные» братья лгали отцу, когда рассказывали ему о том, как они сторожили поле пшеницы от воров. В действительности один из них проспал всю ночь, а другой струсил и ходил всю ночь у соседского забора. Но оба они хитрят, обманывают отца ради своего житейского покоя. Иван же всегда поступает наперекор «здравому» смыслу.

Но получается так, что эта глупость Ивана оборачивается высшей человеческой мудростью и он выходит победителем из всех испытаний. Не братьям, а Ивану достаются чудесные кони и Конек—Горбунок, ставший настоящим другом простодушному герою. Эта «игрушечка–конек» и «ростом только в три вершка, на спине с двумя горбами да с аршинными ушами». Конек—Горбунок помогает Ивану преодолеть зло, которое творят жадные, завистливые люди. Однако не всегда Иван слушает Конька—Горбунка, и тогда испытания бывают очень тяжелые» Так получилось с пером жар–птицы:

		Вот уж есть чему дивиться! 
		Тут лежит перо жар–птицы, 
		Но для счастья своего 
		Не бери себе его. 
		Много, много непокою 
		Принесет оно с собою!

«Много–много непокою» ожидало Ивана на царской службе. Увидев перо, царь захотел заполучить себе в качестве очередной игрушки жар–птицу. Ивану пришлось приложить много труда, проявить смелость, настойчивость, чтобы выполнить все царские поручения. И всегда рядом с ним оказывался верный Конек—Горбунок:

		Что, Иванушка, невесел? 
		Что головушку повесил? — 
		Говорил ему конек… 
		Всё скажи, что за душой; 
		Я помочь тебе готов.

Волшебная сила Конька—Горбунка не случайно помогает именно Ивану: он доверчив, добр, никому не строит козней. Кто же в действительности оказывается глуп? Конечно, тот, кто завидует, лжет, хитрит, обманывает, кто жесток и деспотичен.

С помощью иронии, шутки, прямой сатиры раскрывается смысл сказки: тому, кто хочет разбогатеть, богатство не достается; кто жаждет власти, ее лишается. А Иван–дурачок достиг всего. В соответствии с традициями народной сказки в конце повествования он становится по–настоящему умным.

Соединив в единое целое несколько сказочных сюжетов, Ершов на фольклорной основе создал литературную сказку, ставшую поистине народной.




Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин


(1826–1889)

М.Е. Салтыков—Щедрин стал первым русским писателем, чьи произведения читали с таким же интересом, как и злободневные газетные заметки





М.Е. Салтыков—Щедрин


Он принадлежал к старинному дворянскому роду, детские годы его прошли в имении отца в Спас—Уголе. Главным человеком в семье была мать, она вела не только хозяйство, но и всю деятельность семьи. Сначала юный Михаил получил домашнее образование, потом поехал учиться в Москву, в Дворянский институт, позже учился в Царскосельском лицее, где его стали считать «продолжателем Пушкина», то есть первым учеником по русской словесности.

В 1844 году Салтыков поступил на службу в Военное министерство. В это же время он начал сотрудничать в журналах «Отечественные записки» и «Современник», в которых в конце 1840&#8209;х годов были опубликованы его повести «Запутанное дело» и «Противоречие». За эти повести писателя уволили со службы и отправили в Вятку. Ссылка длилась восемь лет — до 1856 года, когда на престол взошел Александр II. В тот год М. Салтыков женился и возвратился в Петербург, где поступил на службу в Министерство внутренних дел. Там началась публикация его новой книги — «Губернские очерки», которые он уже подписывал псевдонимом Н. Щедрин. С этого времени о Салтыкове—Щедрине заговорила вся Россия. Власти, желая удалить автора из столицы, назначили его вице–губернатором сначала Рязани, потом Твери. Теперь в этой должности Салтыков уже поступал в соответствии со своими принципами. Он увольнял со службы взяточников и воров, отменял телесные наказания и несправедливые приговоры, возбуждал судебные дела против нарушавших законы помещиков. В результате на него посыпались многочисленные жалобы, и последовала отставка.

В 1874 году, получив наследство после смерти матери, Салтыков—Щедрин переехал в Петербург и стал сотрудником журнала «Отечественные записки», а через три года — его редактором. В течение почти десяти лет он печатал в этом журнале свои сатирические произведения: «Историю одного города», «Сказки для детей изрядного возраста», роман «Господа Головлевы».

Сатирические сказки Салтыкова—Щедрина хорошо известны читателю: это «Дикий помещик», «Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил», «Премудрый пескарь», «Медведь на воеводстве», «Карась–идеалист», «Кисель»… Они стали хрестоматийными, а их образы — нарицательными. Таков Премудрый пескарь, который «жил–дрожал, и умирал — дрожал», во всем себе отказывал, ни на что не отважился, лишь бы дрожать и одну «думу думать: «Слава Богу! Кажется, жив!» Таков и совестливый волк, который сам себе повторял: «Именно, проклятый! Проклятый и есть; душегуб, живорез!» И все–таки, мучимый голодом, шел на добычу, душил, рвал и терзал… Не мог он изменить своего предназначения, как бы ни проклинали его звери, мужики и птицы. Но мучился бедный волк, и только смерть избавила его от этих мучений.

Сатирически изображая своих героев, осуждая их безропотность, невежество, неосмотрительность, автор убеждает читателя в необходимости исправления недостатков. Говорит сатирик об этом не напрямую, а иносказательно — эзоповым языком.

К примеру, пескарь, проживший больше ста лет, дрожа и ни с кем не встречаясь, чтобы никто не заметил, вдруг подумал: «Вот кабы все так жили… ведь этак, пожалуй, весь пескарей род давно перевелся бы!» Перед смертью посещают его тяжелые мысли: «Какие были у него радости? Кого он утешил? Кому добрый совет подал? Кому доброе слово сказал? Кого приютил, обогрел, защитил? Кто слышал об нем? Кто об его существовании вспомнит?» Над всеми этими вопросами автор предлагает задуматься и читателю, прежде чем тот захочет залезть в нору и начнет всего пугаться, как бы чего не вышло.

Кроме высвечивания пороков отдельного человека Салтыков—Щедрин поднимает и общественные вопросы. В сказке «Кисель» раскрывается пагубность небрежного отношения ко всем окружающим людям (по пословице «Что имеем — не храним, потерявши — плачем»). Автор имеет в виду пренебрежительное отношение к мужику: сколько его ни переводи, а он все не переводится; так «отдадимте, господа, кисель свиньям!», а свиньи–то весь кисель и подобрали, вот теперь «все — и господа, и свиньи — все в один голос вопиют: — Чем–то на будущее время сыты будем! Где ты, кисель? Ау!»

И в наше, сегодняшнее, время эта коротенькая сказка остается актуальной — ее мораль касается и вопросов охраны природы, экологии, и талантов, покидающих Россию, и многого того, что не ценится, пока оно есть, но горько оплакивается, когда утрачено.

Предостерегающе и резко звучит сказка «Богатырь». Страх, который нагнал и на своих, и на чужих новоявленный Богатырь, призванный совершать подвиги, заставил всех ходить кругом на цыпочках и шепотом повторять: «Спи,.Богатырь, спи!» Прошло не сто лет, прошла целая тысяча лет, много событий произошло, а Богатырь все проспал, только храпы перекатистые на сто верст пущал.

«Многострадальная и терпеливая была оная страна и имела веру великую и неослабную. Плакала — и верила; вздыхала — и верила». Верила, что придет минута, и Богатырь спасет страну.

Но минута пришла: супостаты разорили и пожгли край; а Богатырь не шелохнулся. Подошел к нему дурак Иванушка, «перешиб дупло кулаком — смотрит, ан, у Богатыря гадюки туловище вплоть до самой шеи отъели.

Спи, Богатырь, спи!»

Обидно и горько слышать, что наша надежда и наша опора, а также вера наша оказались пустыми и гнилыми, как у Некрасова в стихотворении «Забытая деревня». «Вот приедет барин — барин нас рассудит…» Малые, большие — дело чуть за спором — «Вот приедет барин!» — повторяют хором. Надежды крепостных не оправдываются. «Барина все нету, барин все не едет!» — лишь в гробу увидят деревенские люди барина, на похоронах, а новому барину тоже не до них: «Сел в свою карету — и уехал в Питер».

Современность дает повод для новых размышлений над сказкой «Богатырь». Параллели здесь можно проводить разные, но стоит задуматься над сказкой. Сатира Салтыкова—Щедрина очень современна. Во все времена она призывает быть достойными людьми, гражданами своей страны, мыслящими и справедливыми.

Говоря о герое «Повести о том, как один мужик двух генералов прокормил», сатирик видит в нем многие таланты — он на все руки мастер: и обед приготовить, и суп в пригоршне сварить, и посудину построить, чтобы море переплыть, но наряду с этим проявляются его забитость и зависимость (сам для себя веревочку сплел, чтобы генералы ею его, мужичину, к дереву привязали), а также покорность (когда генералы–дармоеды в Петербурге уйму денег загребли, то и мужика не забыли: «выслали рюмку водки да пятак серебра: веселись, мужичина!»). Да! И будет веселиться мужик, раз всё время себя принижал, думал только, «как бы ему своих генералов порадовать за то, что они его, тунеядца, жаловали и мужицким его трудом не гнушалися!»

Вот что обидно и горько Салтыкову—Щедрину.




Павел Петрович Бажов


(1879–1950)





П.П. Бажов


Жизненный путь. П.П. Бажова был очень сложным. Детство его прошло на Урале, среди местных мастеровых людей, да и отец его был мастером на металлургическом заводе. Особый уклад жизни рабочих, бесправный, мучительный, тяжкий труд — все это стало основой серии его первых очерков «Уральские были», вышедших в 1924 году. Учился Бажов сначала в Екатерининском духовном училище, затем в Пермской духовной семинарии. Некоторое время сам преподавал в Екатерининском училище. В начале XX века под влиянием близкого друга, учителя Н.С. Смородинцева, Бажов увлекся революционными идеями, был арестован, пробыл в тюрьме две недели, остался убежден в том, что «трудился для блага народа». В нем заметно рос интерес к краеведению, этнографии, фольклору. В. 1917 году началась его трудная, напряженная партийная работа, которая совпала с сотрудничеством в газетах. А уже с 1923 года он переключился на постоянную редакторскую работу в областной газете. В очерках, статьях, газетном жанре формировался его собственный стиль, укреплялись навыки, но и проявлялись черты будущего сказового стиля.

К тридцатилетнему возрасту у Бажова накопилось большое количество произведений народной поэзии, фольклорных записей».

В конце 1936 года в печати появились его первые четыре сказа, положившие начало знаменитому сборнику «Малахитовая шкатулка». Этот сборник принес писателю оглушительную славу.

Кроме него П.П. Бажов написал повести «Зеленая кобылка», «Дальнее — близкое», которые оказались во многом автобиографическими произведениями.

Он смело переступил круг традиционных сказочных тем, ввел в богатую семью персонажей русской сказки уральских умельцев — честных простых тружеников, смекалкой своей рушащих все преграды, творящих человеческие чудеса.

Сборник «Малахитовая шкатулка» объединяет общая идея, действующие лица в нем — целые династии мастеров. Гранильщикам, камнерезам посвящены лучшие сказы: «Каменный цветок», «Горный мастер», «Хрупкая веточка».

В сборник вошли и такие, ставшие впоследствии знаменитыми сказы, как «Медной горы Хозяйка», «Таюшкино зеркальце», «Кошачьи уши», «Серебряное копытце» и другие.




«Серебряное копытце»

Жил на свете одинокий старик по прозвищу Кокованя. Решил он взять в дом сиротку: хотелось мальчишку делу своему научить, да соседи присоветовали девчонку, что жила у приказчика (представитель владельца завода, главный человек). Вспомнил старик, что когда–то знал родителей сиротки, веселых, ловких людей, решил, что. не будет с ней в избе тоскливо.

Пошел в праздничный день за девчонкой. Увидел ее в избе: сидит она, кошку гладит, а та звонко мурлычет. Спросил дед, пойдет ли «подаренушка» жить к нему. Так нечаянно, негаданно назвал ее именем Даренка. Узнала девчоночка, что старик «вроде охотника, летом пески промывает, золото добывает, а зимой за козлом бегает, да все увидеть не может». И что хочет посмотреть старик, в каком месте правой ножкой козел топнет. А зачем ему надо это знать — не сказал. Любопытно стало Даренке все узнать, и пошла она вместе с кошкой Муренкой жить к деду. Кокованя с утра на работу, Даренка по дому помогает, а кошка Муренка за мышами охотится. Потихоньку разузнала Даренка, что за козел такой особенный. На правой передней ноге у него — серебряное копытце. В каком месте топнет — появится дорогой камень. Как узнала все Даренка, так каждый вечер расспрашивает о диковинном козле: есть ли у него рожки, чем питается, какая шерстка. А когда осенью Кокованя в лес собрался, запросилась с ним козла посмотреть. Только дед не взял Даренку. Но зимой упросила она деда взять ее с собой в лес. Муренка за ними бежит, не отстает. Так втроем и пошли.. Охотился дед, Даренка с кошкой в домике в лесу его поджидали. Когда и мяса, и шкурок много накопилось, пришлось Коковане за лошадью пойти. Села у окошка Даренка ждать деда. День ждет, второй. И увидела козла с серебряным копытцем. Вышла из лесного домика, зовет козла ближе подойти, да убежал он в лес. А на третьи сутки, в лунную, светлую ночь опять появился. Вспрыгнул на крышу и давай копытцем бить — камешки разноцветные посыпались. Как раз Кокованя и вернулся. Видит — кругом дорогие камни горят разноцветными огнями. Хотел собрать, да Даренка упросила до утра их оставить, чтобы еще раз полюбоваться.





Только утром снег засыпал те камни, и ничего не нашли дед с Даренкой. И кошка пропала, и Серебряное копытце не показалось больше. А в тех местах, где козел скакал, люди стали камешки находить — зелененькие. Хризолит называются.




Лидия Чарская


(Лидия Алексеевна Чурилова) (1875–1937)





Лидия Чарская


Лидия Алексеевна Чурилова, известная под сценическим и литературным псевдонимом Лидия Чарская, была актрисой петербургского Александринского театра и одновременно писательницей для юношества. Слава ее, кажется, не имела себе равной в русской литературе начала XX века.

Не считая рассказов и сказок, с 1901 года по 1917 год Чарская написала десятки повестей, получивших неслыханную популярность. «Записки институтки», «Мой первый товарищ», «Княжна Джаваха», «Белые пелеринки» — вот лишь несколько из ее самых известных произведений.

В прошлом сама воспитанница Павловского женского института, Чарская описывала главным образом институтский или гимназический быт, переживания девочек, становящихся барышнями; точнее говоря, этот быт и эти переживания служили постоянной канвой для психологического раскрытия образов. Что только не описывалось в этих повестях! Жгучая влюбленность и романтические драмы на почве «разбитого сердца», упоительный экзотический Кавказ, невероятные случайности, роковые злодеи, попирающие добродетель, приключения, какие, как правило, не случаются в обыденной жизни; гремучая смесь чувствительности с авантюрностью, которую при желании можно было не принимать всерьез. Строгие литературные судьи иронизировали над книгами Лидии Чарской. Зато благодарностью читателей она не была обделена. Вопреки мнению критиков молодежь восторженно относилась к ней. Ее не только читали — ей верили. Исповедовались ей в письмах, спрашивали, как жить. В течение нескольких лет Лидия Чарская была кумиром и «учителем жизни» русских подростков.

Сама она очень просто объясняла свой феноменальный успех: «Я сохранила детскую душу и свежесть детских впечатлений». Скорее всего, так и было. Она была доброй, отзывчивой женщиной, верившей в силу добра.

Свидетельство тому — ее сказки; в них, разумеется, есть и чудеса, и волшебники, и все остальное, чему полагается быть в сказках. Растения, птицы, животные общаются в них с людьми, чувствуют так же, как люди, только рассказывает писательница не о полупридуманных «переживаниях», а о настоящих чувствах, которыми всякий человек живет в действительной жизни, которые в каком–то смысле и есть сама жизнь. Это маленькие уроки доброты, верности, любви, милосердия. Но не стоит думать, что Лидия Чарская морализирует, Да ничуть! Просто, сочиняя и фантазируя, она думает и говорит на усвоенном с детства языке христианской морали, другого языка она не знает.

«Естественность» — вот ключевое слово к сказкам Чарской, их главное достоинство да, пожалуй, и главное впечатление от них.

После 1917 года имя Лидии Чарской было вычеркнуто из литературы, а ее книги оказались запрещенными. Помочь ей пытался Корней Чуковский, но даже такое вмешательство изменить ничего не могло.

Умерла Лидия Чарская в нищете и забвении.


Познакомимся со сказкой Лидии Чарской «Дуль—Дуль, король без сердца».

Перед рождением королевского дитяти три Волшебницы готовили ему свои дары: красоту, мудрость и доброе, кроткое сердце. И только чистая случайность лишила молодого короля последнего дара — доброго сердца, да и вообще всякого сердца.

После своего рождения король остался сиротой и оказался на попечении солдата Ивана, который при жизни короля–отца спас страну, войско и самого короля от гибели.

«Когда королевичу исполнилось шестнадцать лет, солдат Иван надел на его кудри золотую корону и вывел его народу». Тут подданные узнали, что их король прекрасен, умен, но жесток и бессердечен. Король не пожалел даже своего верного воспитателя — солдата Ивана, когда тот осмелился ему противоречить. Что же ожидало тогда народ и все королевство? Однако солдат Иван и в этот раз спас всех. У волшебника Гая он обменял сердце своего короля на собственные плачущие глаза. Совсем слепым вернулся Иван к месту своей казни, но смог коснуться «королевской груди голубиным сердцем».

Весь мир предстал перед королем совсем иным:

— Друзья мои, я был жестоким королем! Но благодаря жертве, принесенной мне моим благодетелем Иваном, я стал другим…

Настоящим героем этой сказки является солдат: он честен и неподкупен, не прельщается властью, не таит обиду, а верно служит королю, но не поддакивает, не потворствует жестокости. Он способен на самопожертвование, поэтому «с этого дня Дуль—Дуль не разлучается с Иваном. Но уже не Иван прислуживал королю, а король солдату» Это не вызывает зависти у придворных, ведь они знают, какой ценой Иван приобрел свое счастье».




Самуил Яковлевич Маршак


(1887–1964)





С.Я. Маршак


С. Маршак родился в Воронеже. «Сочинять стихи начал с четырех лет, к одиннадцати годам… написал несколько длиннейших поэм и перевел оду Горация», — вспоминал он позже. Тяга к литературе поддерживалась и в семье, и в гимназии. Участие М. Горького в его творчестве окрылило молодого поэта.

Образование С. Маршак получил в Англии в Лондонском университете. Там расширился круг его представлений о богатстве мировой литературы. Маршак–переводчик открыл русскому читателю неисчерпаемый юмор народной поэзии разных стран, гениальность сюжетов Шекспира, остроумие английского поэта Роберта Бернса, легкость и мудрость итальянского поэта Джанни Родари.

Талант С. Маршака проявлялся в самых разных жанрах: в драматических произведениях для детского театра, сатирических и лирических стихах для детей. Маршак — один из основоположников детской литературы в СССР.

Уже в раннем детстве ребята знакомятся с его переводами о доме, который построил Джек, о королевском бутерброде, о Шалтае—Болтае, о том, как «три мудреца в одном тазу пустились по морю в грозу»…

И происходит это, как правило, задолго до того, как они начинают интересоваться,, кто автор книги и кто переводчик.

Поэзия. Маршака — веселая и озорная, но как–то незаметно он учит каждого гордиться добрым сердцем человека, уважать его умелые руки, восхищаться мощью человеческого разума, любить Родину.




Корней Иванович Чуковский


(Н. В. Корнейчуков) (1882–1969)





Корней Чуковский


К.И. Чуковский — русский советский писатель XX века. Он родился в 1882 году в Петербурге. Вскоре после его рождения отец ушел из семьи, мать перебралась в Одессу, отдала детей учиться в гимназию. К. Чуковского исключили оттуда как сына прачки. Он пошел работать, сменил несколько профессий, много и жадно читал, больше всего любил поэзию.

Ему удалось сдать экзамены экстерном за гимназический курс, стать корреспондентом «Одесских новостей», попасть в Лондон в качестве журналиста.

В 1905 году журналист К. Чуковский переехал в Петербург, стал издавать сатирический журнал «Сигнал». Талант и огромная работоспособность помогли К. Чуковскому стать одним из самых популярных литературных критиков. Свой большой литературоведческий труд К. Чуковский посвятил творчеству Н.А. Некрасова.

Неожиданно для себя К. Чуковский принялся сочинять стихи и сказки для детей. Среди них были такие, как ставшие впоследствии популярными «Крокодил» (1917 г.), «Тараканище», «Мойдодыр» (1923 г.), «Муха—Цокотуха», «Путаница» (1924 г.), «Телефон», «Бармалей», «Федорино горе» (1926 г.), «Айболит» (1929 г.).

Эти удивительные сказки принесли автору громкую славу и на время заслонили известность Чуковского как литературоведа.

В его сказках переплетаются забавные сценки и опасные приключения, внезапные несчастья и веселые праздники, в них маленький и слабый всегда побеждает большого и сильного: воробышек избавляет всех зверей от грозного Тараканища; Муху—Цокотуху спасает самый маленький из гостей — Комарик. Маленький читатель тоже должен вырасти победителем.

Сказки К. Чуковского написаны звонкими стихами, в них звучат дразнилки, считалки, скороговорки, перевертыши. Многие фразы стали афоризмами: «Ох, нелегкая это работа — из болота тащить бегемота», «Не ходите, дети, в Африку гулять», «Приходите, тараканы, я вас чаем угощу», « — Кто говорит? — Слон. — Откуда? — От верблюда».

Любопытна книга К. Чуковского «От двух до пяти». Читатели иногда и не подозревают, что перед ними — серьезный научный труд, рассматривающий вопросы педагогики.

Особое место в творчестве К. Чуковского занимают статьи — воспоминания о писателях и художниках, которых автор близко знал: о Горьком, Репине, Брюсове, Маяковском, Блоке, Гумилеве, Зощенко, Ахматовой. Кроме того, К.И. Чуковский — блестящий переводчик М. Твена, Р. Киплинга, У. Уитмена. Все, что делал Чуковский, было талантливо, остроумно, увлекательно. В 1962 году в Оксфордском университете ему вручили диплом почетного доктора литературы. На Родине он получил Ленинскую премию.

Последними трудами К. Чуковского стали книга «Живой как жизнь» (о богатстве русского языка) и воспоминания об А.П. Чехове.

Дом К.И. Чуковского в Переделкине давно стал музеем, во дворе которого растет чудо–дерево, и на его ветвях висят сапожки и башмаки.




Лазарь Иосифович Лагин


(1903–1979)





Л.И. Лагин


«Он был остроумным и очень добрым, в чем–то наивным, но очень теплым человеком, получающим удовольствие от делания добра другим и искренне радующимся чужим успехам», — так писала о своем отце, писателе Лазаре Иосифовиче Лагине, его дочь Наталья Лагина. Интереснейшую книгу оставил читателям Л. Лагин, называется она «Старик Хоттабыч». Джинн Гассан Абдуррахман ибн Хоттаб, извлеченный воображением автора из медного кувшина после тысячелетнего заключения, попадает в современный город, где с ним происходят необычайные приключения. Эту повесть–сказку с увлечением читают уже несколько поколений ребят. Сказка впервые увидела свет в 1938 году.

Однако и до появления этой удивительной сказки Лазарь Иосифович был уже известен в литературных кругах, занимал руководящие посты в журналах «Крокодил», «Тридцать дней» и других. Как главный редактор он дал путевку в жизнь таким начинающим писателям, как братья Стругацкие, А. Алексин. Благодаря ему в печати появился «Золотой фургон» А. Козачинского, увидели свет многие рассказы М. Зощенко. Будучи талантливым редактором, Л. Лагин прошел путь от репортера до должности заместителя заведующего отдела, затем стал работать главным редактором. Плодотворно трудился Л. Лагин в журнале «Крокодил», где и появились его первые фельетоны. Писатель наследовал традиции таких великих сатириков, как М.Е. Салтыков—Щедрин (это был любимый писатель Лагина), Н.В. Гоголь. Его первая книжка — сатирический сборник — вышла в 1934 году, тогда же Л. Лагин был принят в Союз писателей СССР. В 1953 году он получил Сталинскую премию за роман–памфлет «Остров Разочарования». До этого писатель уже работал в жанре памфлета — в его первом сборнике был напечатан памфлет «Эликсир сатаны», затем вышел роман–памфлет «Патент АВ».

В воспоминаниях о своем отце Наталья Лагина пишет, что более всего он гордился боевыми наградами, полученными им в Великую Отечественную войну. Л. Лагин прошел всю войну, он воевал в составе Дунайской флотилии и на Черноморском флоте, участвовал в обороне Севастополя, Феодосии, Одессы, сражался на Малой Земле, освобождал Румынию. Его медали и орден Красной Звезды вместе с его флотской фуражкой и планшетом были отданы в Севастопольский музей боевой славы. Там Л. Лагину отведен персональный стенд.

Но самой яркой творческой победой писателя Лагина стало создание образа обаятельного, добрейшего джинна Хоттабыча (самого автора часто называли этим именем). На памятнике писателю высечено изображение Старика Хоттабыча с суперобложки одного из изданий этой книги (рисунок Виталия Горяева) и даты жизни: «1903–1979». Сюда прихо, — дят поклониться те, кто вырос на «эликсире доброты», которым обладал писатель Лазарь Иосифович Лагин.




Василий Макарович Шукшин


(1929–1974)





В.М. Шукшин


В.М. Шукшин родился в селе Сростки Бийского района Алтайского края.

После окончания семилетней школы он поступил в автомобильный техникум, но окончить его Шукшину не удалось. Он работал в родном колхозе, потом на турбинном заводе в Калуге, а также на тракторном заводе во Владимире.

В 1953 году Шукшин вернулся в Сростки, экстерном сдал экзамены на аттестат зрелости и в 1954 году поступил на режиссерское отделение Всесоюзного государственного института кинематографии в Москве.

Литератор, актер, режиссер В.М. Шукшин за короткую жизнь снялся в 58 художественных фильмах, поставил по собственным сценариям кинокартины «Печки–лавочки» (1973 г.) и «Калина красная» (1974 г.).

Им написаны два романа, шесть повестей, множество рассказов (сборники «Характеры», «Беседы при ясной луне», 1974 г.) и другие произведения.

В.М. Шукшин скоропостижно скончался во время съемок фильма «Они сражались за Родину».

Сатирическая сказка «До третьих петухов» написана в последние годы жизни автора, она имеет подзаголовок «Сказка про Ивана–дурака, как он ходил за тридевять земель набираться ума–разума». В этом подзаголовке выражена основная идея сказки: как набраться ума? Надо ли прислушиваться к общему мнению или иметь свою точку зрения?

Начинается сказка с освещения событий, которые происходят в одной библиотеке. Персонажи русской классической литературы спорят об Иване–дураке. Выступает Бедная Лиза: «Мне стыдно, что Иван–дурак находится вместе с нами. Сколько можно? До каких пор он будет позорить наши ряды? Пускай достанет справку, что он умный». Лизу поддерживают, но не все. За Ивана вступаются Илья Муромец, Атаман, но это не помогает. Решено отправить Ивана–дурака к Мудрецу за справкой, чтобы добыл ее за одну ночь и принес до третьих петухов.

Сатирически уже в начале сказки изображаются персонажи — обитатели библиотеки. К примеру, Бедная Лиза с комсомольским задором и максимализмом возражает Илье Муромцу: «Не пройдет у вас, дядя Илья, эта сидячая агитация! Надо что–то делать! — и. так же категорично настаивает: — Если не принесет справку, пускай… идет в букинистический!»

Зато, если Иван принесет справку, Бедная Лиза обещает за него замуж выйти.

Вот, оказывается, в чем дело. В справке.

И Иван уходит. За эту ночь доводится ему встретиться со многими: с Бабой–ягой, которая коттеджик себе желает построить и Ивана на эту работу сманивает, с усатой дочкой Бабы–яги, ее женихом Змеем Горынычем, который Ивана довел до дрожи и истерики, с чертями, осаждающими монастырь, с Мудрецом, девицей Несмеяной…

И каждый желает сделать Ивана дураком, а он, в свою очередь, выкручивается, ведет себя иногда совсем не по–дурацки (намерения Бабы–яги понимает и дает ей отпор, перехитряет и дочку, наводит чертей на мысль, как совладать с монастырским стражем, добывает не только справку с печатью, а и саму печать). Иногда и впросак попадает со Змеем Горынычем, грубит и злится попусту, но и в том, и в другом случае, то есть когда умно поступает или неумно, пляшет Иван под чужую дудку, поэтому даже самый хитрый и самый умный его совет приносит много зла, ведь Иван учит чертей, чем тронуть сердце стражника. По его совету они поют песню «По диким степям Забайкалья…», которая проникает в душу всех. «Стражник прислонил копье к воротам и, замерев, слушал песню. Глаза его наполнились слезами, он как–то даже ошалел… А в пустые ворота пошли черти».

Вот на какой грех, на какую подлость идет •Иван, чтобы добыть никому не нужную справку. Он видит, что Мудрец просто болтун, что он тоже хочет его использовать — заставить плясать перед Алкой—Несмеяной. Опять под чужую дудку, опять плясать, опять дураком быть.

И тут приходит конец терпению Ивана, ему уже не страшны ни Изящный Черт, ни Змей Горыныч… Но скоро пропоют петухи, пора возвращаться. Однако, вернувшись с печатью, Иван чувствует угрызения совести: «Что дальше?.. Нам бы не сидеть… Не рассиживаться бы нам!..» Когда третьи петухи пропели, все вскочили на свои полки и замерли.

На следующую ночь Иван уходит по собственному разумению, чтобы исправить всё, что по дури натворил, и никто ему уже не указ. Но об этом будет другая сказка.




МИР ДЕТСТВА








Дмитрии Васильевич Григорович


(1822–1899)





Д.В. Григорович


Д.В. Григорович широко известен своим рассказом «Гуттаперчевый мальчик». Он родился в 1822 году и детство провел в деревне, среди крепостных своего отца — помещика Тульской губернии. В 1830 году овдовевшая мать поместила мальчика в один из московских пансионов, откуда он перешел в Петербургское инженерное училище, хотя его больше интересовало рисование, а не инженерные науки — некоторое время он учился даже в Академии художеств. Любовь к искусству осталась у Д.В. Григоровича на всю жизнь. Но известность он приобрел своими литературными произведениями. В 1846 году, когда крестьяне находились еще в крепостной зависимости, он написал повести «Деревня», «Антон—Горемыка» и рассказ «Бобыль».

Д.В. Григорович одним из первых стал изображать в своих произведениях жизнь крепостного мужика. Его рассказы заставляли читателей горько задуматься о положении простого народа и тем самым способствовали распространению мысли о необходимости отмены крепостного права.

Умер Д.В. Григорович в 1899 году.


Рассказ «Гуттаперчевый мальчик» посвящен изображению трагической судьбы маленького акробата в цирке и построен на контрасте. История несчастного восьмилетнего мальчика подается параллельно с описанием жизни детей в доме графа Листомирова. Петя — воспитанник акробата Беккера — «назывался «гуттаперчевым мальчиком» только в афишах: всего вернее было бы назвать его несчастным мальчиком». Эта мысль подчеркивается автором. Петя — сирота, недавно потерявший мать, отдан в обучение грубому и жестокому человеку — акробату Карлу Богдановичу Беккеру, который внушает мальчику непреодолимый страх и к самому воспитателю, и к акробатическим номерам. Беккер равнодушен и самодоволен, мальчик ему нужен только для постановки циркового номера, и ему безразлично, во что тот одет, обут, чем сыт. Жизнь Пети обрывается на арене во время выступления: «внезапно что–то сверкнуло и завертелось, сверкая в воздухе; в ту же секунду послышался глухой звук чего–то упавшего на арену… На следующее утро афишка цирка не возвещала упражнений «гуттаперчевого мальчика». Это печальное выступление смотрели трое детей графа Листомирова, поездка в цирк для них стала наградой за хорошее поведение. Их детство, проходившее в богатом доме, среди игрушек и заботливых, любящих воспитателей," впервые было омрачено сценой трагедии в цирке. Смерть мальчика заставила «хорошенькую белокурую девочку в голубой шляпке и мантилье» рыдать и, не переставая, кричать во весь голос: «Ай, мальчик! Мальчик!»

А на выступление клоунов, желавших отвлечь публику, уже никто не обращал внимания.

Знакомясь с этим рассказом, читатель не только задается вопросом, почему так несправедливо всё в жизни устроено, но и сочувствует, страдает вместе с Петей. Именно это чувство сострадания отличает читателя от бездушного Беккера, виновника смерти восьмилетнего мальчика.

Этот акробат Беккер противопоставлен в рассказе клоуну Эдвардсу.

Многие в цирковой труппе жалели Петю, артисты врывались в комнату акробата, слыша душераздирающий детский визг во время обучения трюкам, отнимали мальчика у Беккера. Клоун Эдвардс «старался всякий раз доказать, что метод обучения Беккера никуда не годится, что страхом и побоями ничего не возьмешь не только с детьми, но даже при обучении собак и обезьян».

Когда Эдвардс принимался тут же показывать, как надо делать тот или иной элемент, Петя исполнял упражнение с большей ловкостью и охотой.

Беккер тщеславен, жесток и надменен, Эдвардс же добр, участлив, человечен. Но Беккер — хозяин Пети, он распоряжается им, как вещью. Падение Пети, конечно, огорчило Беккера, ведь сорвался цирковой номер, и он не получил ожидаемых аплодисментов. Но будет ли Беккер переживать и винить себя за смерть мальчика? Вряд ли.




Владимир Галактионович Короленко


(1853–1921)





Б.Г. Короленко


В.Г. Короленко родился на Украине в семье уездного судьи, который отличался справедливым и добрым отношением к бедным людям. Владимир тоже не мог равнодушно смотреть на страдания народа, ненавидел всякое зло, насилие. За свои выступления против несправедливости В.Г. Короленко не раз сидел в тюрьмах, много лет провел в ссылке, однако не потерял оптимизма, желания бороться за лучшую долю, уверенности, что «человек создан для счастья, как птица для полета» (из рассказа «Парадокс»).

В ссылке В.Г. Короленко начал заниматься литературной деятельностью, создал повесть «В дурном обществе» («Дети подземелья»), где описал впечатления и переживания детства.

Вернувшись в 1885 году из ссылки и поселившись в Нижнем Новгороде, Короленко выпустил книгу очерков и рассказов, критика сразу же по достоинству оценила яркое и самобытное творчество писателя. Около 700 статей писателя, напечатанных в пятидесяти газетах и журналах, свидетельствуют об огромной публицистической работе, проделанной В.Г. Короленко. Не было ни одного заметного события в России, как в царской, так и в советской, которое не привлекло бы внимания писателя и на которое не откликнулся бы Короленко–публицист.

В 1894 году писатель был потрясен Мултанским делом. Группа крестьян–удмуртов обвинялась в человеческих жертвоприношениях языческим богам. Короленко лично расследовал это дело, на месте изучал события и добился оправдания в суде целого народа — ни в чем не повинных удмуртов.

После Октябрьской революции В.Г. Короленко не изменил своему призванию — широко известны его открытые письма к А.В. Луначарскому в защиту несправедливо наказанных, арестованных, приговоренных.

Книга В.Г. Короленко «Дети подземелья» — о детской дружбе, о взаимоотношениях родителей и детей в семье. Она представляет собой вариант повести «В дурном обществе», сокращенной для детей. Рассказ ведется от лица Васи — девятилетнего мальчика, недавно лишившегося матери, нежно привязанного к младшей сестренке и не находившего общего языка со своим отцом — судьей в одном из польских городков. «Он [отец] все более убеждался, что я — дурной, испорченный мальчишка, с черствым, эгоистическим сердцем; и сознание, что он должен, но не может заняться мною, должен любить меня, но не находит этой любви в своем сердце, еще увеличивало его нерасположение». Холодность отца гонит Васю из дома, он слоняется по окрестностям и случайно знакомится с детьми нищего пана Тыбурция — Валеком и Марусей. Эта семья живет в церковном холодном подвале, дети голодают, бродяжничают. И именно эти нищие бродяги показывают Васе, как родные люди могут любить и жалеть друг друга, заботиться друг о друге. У них хватает душевной теплоты и для чужого мальчика из благополучной семьи. А пан Тыбурций в самый острый момент разлада в семье мальчика, в период взаимных подозрений, отчуждения между судьей и его сыном пришел, чтобы рассказать судье правду о Васе: «Малый… не сделал дурного дела. И если его сердце лежит к моим оборванным беднягам… я не допущу, чтобы мальчик пострадал из–за этого. Вот твоя кукла, малый!» Эта кукла была связана с сохранением памяти об умершей матери. Мать подарила куклу Соне, а Вася выпросил ее для девочки из подземелья — Маруси, которая заболела и слегла, и ее ничто не радовало. Пропажа куклы обнаружилась, упреки и оскорбления обрушились на голову бедного мальчика, желавшего лишь порадовать свою маленькую четырехлетнюю подружку. Отец с удивлением узнал от пана Тыбурция о добром сердце своего сына, извинился перед ним, и Вася знал, что отец «теперь никогда уже не будет смотреть… теми страшными глазами, какими смотрел за несколько минут перед тем…» Печальные и трогательные страницы этой книги заставляют читателя навсегда запомнить ее и обратиться еще к одной книге В.Г. Короленко — «Слепой музыкант».




Федор Михайлович Достоевский


(1821–1881)





Ф.М. Достоевский


Ф.М. Достоевский родился в Москве в 1821 году. Отец его был доктором Мариинской больницы для бедных. В семье росли еще три сына и две дочери. Особенно дружил будущий писатель со своим старшим братом, Михаилом. Семья была религиозная, не пропускала церковных служб в больнице. Жили скромно, но вечером, когда отец бывал дома, устраивалось семейное чтение или разворачивалась игра в карты. Впечатлительный и нервный от природы, набожный, с сильным воображением, мальчик жадно впитывал все, что в многообразии предоставляла ему сама жизнь, а также чтение книг и общение с людьми.

В 1837 году после смерти матери отец отвез двух старших сыновей, Михаила и Федора, в Петербург, в пансион, для поступления в Инженерное училище. Но поступил только Федор, он окончил курс в офицерских классах и был принят на службу.





Флигель Мариинской больницы в Москве, где родился и провел детство Ф.М. Достоевский


В 1846 году в печати появилось первое произведение Ф.М. Достоевского — повесть «Бедные люди».

В 1849 году он вошел в кружок молодых людей, которые читали запрещенные книги. Руководителем этого кружка был Петрашевский. Застигнутый за этим занятием, Достоевский был арестован, просидел восемь месяцев в Петропавловской крепости и был приговорен к смертной казни, которую потом заменили ссылкой в Сибирь на каторгу.

Лишь спустя десять лет Достоевский вновь оказался в Петербурге. Но вернулся он уже другим человеком — в нем произошел крутой нравственный переворот. В журнале «Время», который он стал издавать с братом Михаилом, в 1861 году были опубликованы два романа писателя — «Униженные и оскорбленные» и «Записки из Мертвого дома». Еще один роман — «Преступление и наказание» — был опубликован в 1866 году в «Русском вестнике», издателя М.Н. Каткова. Последний роман — «Братья Карамазовы» — Достоевский закончил незадолго до смерти. Наследие писателя — романы, повести, рассказы, статьи — составляет многотомное собрание сочинений.

Достоевский обладал особенным, самобытным талантом. С христианским всепрощением и любовью изображал он мир отверженных, горькую участь униженного петербургского люда. Его произведения потрясают страшными картинами из жизни бедных людей, но одновременно и любовью, состраданием к человеку. Тонкий психолог, писатель умеет заглянуть во все тайники человеческой души.

Особая роль в его произведениях отведена детям. Они для писателя — мерило ценностей. Мечты ребенка, его душевные переживания и обиды исследует автор, чтобы показать непримиримость конфликта грязного, порочного мира с чистой, светлой детской душой. Он убеждает читателя в особой, неповторимой ценности детства и в необходимости проявления любви к человеку вообще.

Рассказ «Мальчик у Христа на елке» повествует о замерзшем на Рождество ребенке. В первой части рассказа писатель размышляет о детях, о своих чувствах, которые возникают у него при виде мальчика с протянутой рукой, встретившегося ему на улице в страшный мороз. «Таких, как он, множество, они вертятся на вашей дороге и завывают что–то заученное… но этот говорил как–то невинно и непривычно и доверчиво смотрел… в глаза». Грустные, тягостные раздумья Достоевского о «странных существах», которых так много в Петербурге, о том, что всем им приходится переносить холод, голод, побои, и о том, что часто они становятся преступниками, — все это рождает в воображении писателя «историю, не идущую в обыкновенный разумный дневник, да еще писателя».

Вторая часть рассказа представляет собой историю, «которая случилась как раз накануне Рождества». Утром в сыром, холодном подвале просыпается мальчик. Ему хочется есть. Рядом находится больная мать, в дальнем углу — восьмидесятилетняя старушонка, «помиравшая одиноко, охая, брюзжа и ворча' на мальчика». Мальчик удивляется, что мать совсем не двигается, не отвечает на его просьбы. Жутко становится ему в темном подвале, и он выбирается на улицу, где «свет и люди, лошади и кареты, и мороз, мороз». Никто не видит мальчика, никто не знает, что у него только одно желание: «Господи, кабы покушать!» Вокруг веселье, музыка, смех, много людей, а ему холодно, одиноко. Кто–то дает копеечку, она укатилась, зазвенела по ступенькам. В витрине куклы, смешные, забавные. Мальчик смотрит, и «плакать–то ему хочется, но так смешно–смешно на куколок». Когда в этой толпе зевак кто–то злой бьет его по голове, то он убегает в подворотню, на чужой двор, прячется от боли, страха, ужаса.

И вдруг «ручки и ножки перестали болеть, и стало так ему хорошо!» Чей–то голос зовет его на елку, где все блестит, сверкает. Никто не гонит его, а все любят, обнимают, целуют. И мама здесь, на елке, и много других маленьких детей с мамами: «Ах, как хорошо тут, мама!» Чудо видится во сне замерзающему ребенку, все кажется праздничным: «…Все они теперь как ангелы, все у Христа, и Он Сам посреди них, и простирает к ним руки, и благословляет их и их грешных матерей… здесь так хорошо…»

Заканчивается рассказ словами: «Мне все кажется и мерещится, что все это могло случиться действительно, — то есть то, что происходило в подвале и за дровами, а там об елке у Христа — уж и не знаю, как вам сказать, могло ли оно случиться, или нет? На то я и романист, чтоб выдумывать».




Николай Алексеевич Некрасов


(1821–1877/78)





А.Н. Некрасов


Знаменитый русский поэт Н.А. Некрасов родился 21 ноября (4 декабря) 1821 года, умер 27 декабря года (8 января года). Отец его был ярославский помещик и служил исправником. Детство свое будущий поэт провел в имении отца, в селе Грешневе. С ранних лет мальчик мог наблюдать тяжелую долю крепостных. Да и в его собственной жизни было мало радости. В доме все страдали от грубостей отца. Особенно больно ребенку было видеть вечно грустную мать. Учение его шло плохо. После нескольких лет ярославской гимназии он поехал в Петербург, чтобы поступить в университет, но это ему не удалось. Отец, желавший, чтобы сын пошел служить на военную службу, сердился и отказывал в деньгах. В течение нескольких лет Н.А. Некрасову пришлось перебиваться кое–как, вести жалкое существование полуголодного бедняка, ютиться по съемным углам. В конце концов счастье улыбнулось ему: он вошел в круг известных литераторов, талант его развивался, он стал писателем, а также издателем толстых журналов. Слава его росла.

Однако Некрасов не забыл о людском горе, которое он сам познал с юных лет, в своих произведениях он воспевал простой народ, будил в людях жалость ко всем униженным и обездоленным. «Благо и счастье народа прежде всего», — провозглашал поэт. На серьезные размышления наводят читателя его стихи. К примеру, в стихотворении «Плач детей» поэт сокрушается:

		Только нам гулять не довелося 
		По полям, по нивам золотым: 
		Целый день на фабриках колеса 
		Мы вертим — вертим — вертим!

В другом стихотворении — «В полном разгаре страда деревенская» — он сочувствует русской женщине:

		Доля ты русская, долюшка женская, 
		Вряд ли труднее сыскать.

В поэме «Мороз, Красный нос» рассказывается о трагедии крестьянской семьи, потерявшей кормильца. В первых строках поэмы автор вместе с читателем любуется здоровой и дружной крестьянской семьей, строчки из нее о «величавой славянке» стали хрестоматийными:

		Есть женщины в русских селеньях 
		С спокойною важностью лиц, 
		С красивою силой в движеньях, 
		С походкой, со взглядом цариц, — 
		Их разве слепой не заметит, 
		А зрячий о них говорит: 
		Пройдет — словно солнце осветит! 
		Посмотрит — рублем подарит!

Но счастье семейное рушится со смертью главы семейства Прокла. Жена его Дарья не может оправиться от горя, зимней порой она отправляется в лес за дровами и замерзает там, не в силах прервать свой заколдованный сон.

В стихотворении «Железная дорога» звучат и гордость, и обида за человека труда. Его «привычку к труду благодарную» было бы нехудо всем перенять, но автор не приветствует всепрощение и терпение мужика — строителя железной дороги:

		Выпряг народ лошадей — и купчину 
		С криком «ура!» по дороге помчал…

Чему радуется народ, с таким трудом соорудивший на гнилых болотах насыпь для железной дороги? Бочке вина и прощению долгов, взятых на самые необходимые нужды — на баню, на лечение?

Стихотворение «На Волге» — о тяжкой безысходности бурлацкого труда.

		— Эх, напасть! Когда бы зажило плечо,
		Тянул бы лямку, как медведь, 
		А кабы к утру умереть — 
		Так лучше было бы еще…

В этих словах досада Некрасова на мужика за его рабское смирение и долготерпение, за то, что мучительная судьба повторяется из поколения в поколение:

		Как он, безгласно ты умрешь, 
		Как он, безвестно пропадешь. 
		Так заметается песком 
		Твой след на этих берегах, 
		Где ты шагаешь под ярмом 
		Не краше узника в цепях.

Стихотворение это и о беззаботном детстве, и о взрослении мальчика, близко принимающего к сердцу несправедливость увиденного, оно прерывается страшными картинами бурлацкого труда:

		Лохмотья жалкой нищеты, 
		Изнеможенные черты 
		И выражающий укор 
		Спокойно–безнадежный взор… 
		О, горько, горько я рыдал… 
		На берегу родной реки. 
		И в первый раз ее назвал 
		Рекою рабства и тоски.

Но особые краски находит поэт, показывая светлые стороны жизни, и слова эти наполнены любовью к народу и деревне. Особенно трогательное впечатление оставляет стихотворение «Крестьянские дети» и, в частности, эпизод с разговором детей, наблюдающих за незнакомцем–охотником:

		А вона, собака — большая, большая!.. 
		Ружье! Погляди–тко: стволина двойная, 
		Замочки резные…

В сцену эту вплетаются воспоминания из прошлого и размышления о судьбе ребятишек. Полнота детских впечатлений: игры, купание, походы в лес по грибы, шутки — радостное сочетается в их жизни с суровым окружающим миром: «растет, не учась ничему; но вырастет он, если Богу угодно, а сгибнуть ничто не мешает ему». Деревенскому мальчонке «рано знакомы труды», но «и труд обернется сначала к Ванюшке нарядной своей стороной». Другой мальчонка — Влас — уже помощник в большой семье, хотя ему лишь шестой год миновал!

Трогательно и щемяще звучат размышления поэта:

		Играйте же, дети! Растите на воле! 
		На то вам и красное детство дано, 
		Чтоб вечно любить это скудное поле, 
		Чтоб вечно вам милым казалось оно.




Максим Горький


(Алексей Максимович Пешков) (1869–1936)





М. Горький


М. Горький — талантливый писатель–самородок. Родился он в Нижнем Новгороде в семье красильщика. Кое–как научившись грамоте, мальчик вынужден был с детства думать о куске хлеба. Чего только он не испытал! Где только не работал! Был на побегушках в магазине, учеником в чертежной и иконной мастерских, служил поваренком на пароходе, работал садовником, булочником, квасником, поденщиком на волжских пристанях… Учиться было некогда и не на что. Служба у нижегородского адвоката и знакомство со знаменитым писателем В.Г. Короленко способствовали обнаружению и развитию у Горького таланта писателя. Литературное творчество стало его истинным призванием. Он стал писать прежде всего о тех людях, которых повидал во время скитаний по России, о людях, опустившихся на дно жизни, о босяках. Изображал он их так ярко и своеобразно, как никто не делал до него. В рассказах «Челкаш», «Коновалов», «Кирилка», «Супруги Орловы» прослеживаются судьбы их героев — пекаря, деревенского парня, ушедшего из деревни на заработки, портового вора и других людей. Но ранние рассказы писателя повествуют не только о прозе жизни, некоторые из них являются легендами, украшающими жизнь. Первый его рассказ — «Макар Чудра» — был напечатан в 1892 году. Он воспевает любовь человека к воле, свободе, которая дороже всего на свете и даже дороже самой жизни. Это романтическая новелла, в ней выведены необыкновенные характеры цыган: Рады, Зобара, старейшин кочующего по степи табора, описываются ночные свидания, договоры, гибель обоих героев.

Из других ранних романтических произведений наиболее известны «Старуха Изергиль», «Девушка и смерть», «Песня о Соколе», «Песня о Буревестнике»…

Имя М. Горького стало известным не только в России, но и далеко за ее пределами. Его романами «Мать», «Фома Гордеев», «Дело Артамоновых», «Жизнь Клима Самгина» зачитывается не одно поколение читателей, его замечательные пьесы «Последние», «Васса Железнова», «Враги», «Варвары», «На дне» и другие до сих пор идут на сценах театров, в его очерках о замечательных людях, с которыми свела писателя судьба, — о Л. Толстом, А. Блоке, Л. Андрееве, В.И. Ленине, А. Чехове, С. Морозове, даны меткие зарисовки характеров.

После событий 1917 года Горький после колебаний переходит к сотрудничеству с советской властью. Он организует первый Рабоче–крестьянский университет, работает в Большом драматическом театре, в издательстве «Всемирная литература». Летом 1921 года у Горького обостряется туберкулез, и он уезжает за рубеж, возвращается на Родину лишь в 1931 году. Им основаны серии «Жизнь замечательных людей», «Библиотека поэта», в 1934 году он занимался организацией и проведением Первого съезда Союза писателей СССР. Конечно, жизнь в сталинскую эпоху была практически невозможна без сделок с совестью, и М. Горький не избежал этой участи. Ну, да Бог ему судья…

В 1913 году вышла трилогия М. Горького «Детство», «В людях», «Мои университеты», в которой он описывал свое детство, отрочество и юность. О детях писал он и раньше. Так, .о судьбе нищего мальчика, странствующего с дедом, повествует рассказ «Дед Архип и Ленька», детские впечатления странного купца Фомы Гордеева представлены в начале одноименного романа. Пронзительный рассказ «Страсти–мордасти» посвящен мальчику–инвалиду и его непутевой матери, живущим в жуткой нищете и бесстыдстве, но привязанным друг к другу самыми нежными чувствами, которых нельзя было и предполагать в этом грязном подвале. Трилогию М. Горького можно сравнить с автобиографической трилогией Л.Н. Толстого. Но насколько детство Алеши не схоже со впечатлениями детства Нйколеньки!

Повесть М. Горького начинается с описания того, как он четырехлетним мальчиком, потерявшим отца и младшего брата, переселяется с матерью в дом своего деда Каширина.





Дом Кашириных в Нижнем Новгороде


Знакомство с родными приносит массу впечатлений. Бабушка — добрая душа, вечная заступница, труженица — умеет веселиться, плакать, жалеет всех. Но бабушкина власть невелика. В доме тяжелая вражда «всех со всеми». Два дяди сердятся, что мать Алеши, их сестра, после смерти мужа вернулась в их дом. Дед держит красильную мастерскую, его взрослые сыновья требуют раздела имущества и спорят между собой, кому где красильни держать. В эти раздоры вовлечены и дети. Брат Саша посоветовал Алеше, желающему тоже что–нибудь покрасить, начать с белой праздничной скатерти. За такое самовольство Алеша, до сих пор не битый родителями, узнал, что такое порка в доме деда. Дед забил брыкающегося внука до полусмерти, до потери сознания.

Взаимные укоры, ругань, упреки, недоверие — все это сливается в «свинцовые мерзости жизни» дома. Особенным, не таким, как все, был Цыганок — веселый, энергичный, хваткий молодой человек. Девятнадцатилетний, он возился с малышами, смешил их. Дедушка говорил, что у Цыганка золотые руки, на праздниках «среди кухни огнем пылал Цыганок, реял коршуном, размахнув руки, гикнув, приседал на пол и метался золотым стрижом…» Цыганок был подкидышем, бабушка вырастила его, а вот братья погубили, когда уронили на него тяжелый крест, устанавливая на могиле жены дяди Якова. Цыганок споткнулся, упал, его и придавило. «И нас бы покалечило, да мы вовремя сбросили крест», — рассказывал Яков. «Вы его и задавили», — глухо сказал Григорий.

Мастер Григорий тоже обижен Кашириными. Он работал в мастерской, пока не ослеп. И дедушка отправил его — слепого — на улицу побираться. Яков и Михаил не жалели слепого мастера, подкладывали ему в мастерской раскаленный наперсток, чтобы тот обжигал руки. Григорий даже за столом проверял ложку, не горяча ли, чтобы не обжечься. В этом доме всё не так, всё по–другому. У отца с матерью «были другие речи, другое веселье, ходили и сидели они всегда рядом, близко, часто и подолгу смеялись… пели громко». В доме деда Алеше пришлось жить до девяти лет, пришлось увидеть, как чудит дед в старости: отдав красильню сыновьям, он разорился, жил на гроши, разделил с бабушкой хозяйство, попрекал и бил ее. Алеша не мог простить деду побоев бабушки, в отместку он изрезал святцы — книгу с изображениями святых, которой дедушка очень дорожил. А бабушкины прибаутки, сказки, всепрощение привели мальчика к мысли, что она «ровно святая», мучают–мучают ее, а ей — ничего.

К. Чуковский в статье «Две души М. Горького» замечает: «Его рачительно готовили в каторгу, как других готовят в университет, и то, что он туда не попал, есть величайший парадокс педагогики». Вспоминает же Горький обо всем этом, чтобы искоренить мерзости, вырваться из грязи.




Иван Сергеевич Тургенев


(1818–1883)





И.С. Тургенев


И.С. Тургенев принадлежит к числу любимейших русских писателей. Он родился в семье помещика Орловской губернии в 1818 году, то есть во времена крепостного права. Проводя детство в имении родителей, в селе Спасском—Лутовинове, мальчик с ранних лет становился свидетелем невыносимых издевательств над подневольными крестьянами. На его глазах разворачивалась трагедия крепостного ребенка, который обратил внимание барыни Варвары Петровны Тургеневой своими незаурядными способностями к рисованию. Он был послан в Москву учиться живописи, ему поручили расписывать потолок в Большом театре. А потом барыня вытребовала его назад в деревню… чтобы он рисовал для нее цветы с натуры.

«Он писал их тысячами, — сокрушался Тургенев, — и садовые, и лесные, писал с ненавистью, со слезами. Они опротивели и мне. Бедняга рвался, зубами скрежетал, спился и умер…»

С годами Тургенев все больше проникался чувством ненависти к крепостникам. Окончив курс в Петербургском университете в 1836 году и познакомившись с лучшими представителями молодежи того времени, он жаждал света и свободы, искал для себя подходящей деятельности. Чувствуя в себе призвание писателя, он окончательно укрепился в этой мысли, когда его рассказ из крестьянской жизни «Хорь и Калиныч» обратил на себя всеобщее внимание. Ряд рассказов, изданных потом под общим названием «Записки охотника», прославили Тургенева: в них проявился огромный талант писателя. В числе тех передовых людей, которые содействовали уничтожению крепостного права, с благодарностью должно быть названо имя И.С. Тургенева.

Впоследствии И.С. Тургенев подолгу жил во Франции, но он пламенно любил свою Родину, внимательно следил за ее жизнью, которую и отображал в своих талантливых произведениях. Трогательны и нежны его повести о любви: «Ася», «Первая любовь», «Вешние воды».

В шести романах писателя нашли отражение новые веяния, характерные для жизни русского общества того периода: свободолюбие («Накануне»), роль «лишнего» человека («Рудин»), нигилизм («Отцы и дети»), народничество («Новь»).

Умер И.С. Тургенев в местечке Буживаль, около Парижа, в 1883 году, но похоронен в Петербурге на Волковом кладбище.

Рассказ «Бежин луг» из сборника «Записки охотника» посвящен описанию крестьянских ребятишек и представляет собой рассказ в рассказе. Заблудившийся охотник вынужден провести ночь у костра, где собрались деревенские мальчишки, пригнавшие коней в ночное. Автором представлен каждый из пяти мальчиков: сказано об их возрасте, о манере поведения, характере, и каждому из них дана возможность рассказать что–либо интересное. Занимает всех мальчишек во все времена все таинственное, страшное, необъяснимое. Но один из мальчиков — Илюша — пересказывает со страхом небылицы, поверья: «Смотрит он, и барашек ему прямо в глаза так и глядит. Жутко ему стало, Ермилу–то псарю: что, мол, не помню я, чтобы этак бараны кому в глаза смотрели; однако ничего, стал он его этак по шерсти гладить, говорит: «Бяша, бяша!» А баран–то вдруг как оскалит зубы, да ему тоже: «Бяша, бяша».

Другой мальчик — Павлуша — с улыбкой вспоминает «светопреставление» и Тришку. В рассказе много смешных моментов — страх на деревню нагнал не лукавый Тришка, а бочар Вавила. Он жбан себе новый купил да на голову пустой жбан и надел, а народ не понял, испугался: «Староста в канаву залез, старостиха в подворотне застряла, благим матом кричит, а Кузькин отец вскочил в овес да и давай кричать перепелом».

Прохладой и спокойствием ночи сменяются красота и знойность июльского дня. Детишки, а также рассказанные ими истории вызывают улыбку у рассказчика и читателей. А истории про домовых, водяных, русалок интересны в любом возрасте.




Антон Павлович Чехов


(1860–1904)





А.П. Чехов


Родился А.П. Чехов в 1860 году в Таганроге, где его отец держал колониальную лавочку, продавал в ней чай, кофе. Окончив курс таганрогской гимназии, Чехов поступил на медицинский факультет Московского университета, откуда в 1884 году вышел врачом. Несколько лет он занимался медицинской практикой и стал прекрасным доктором. Но больше всего ему хотелось быть писателем. Печатать свои первые произведения он начал еще будучи студентом первого курса университета — в 1879 году. С 1886 года его известность стала быстро расти, и через короткое время Чехов сделался уже любимейшим писателем самых разных слоев населения. Его сочинения расходились в огромном количестве, пьесы ставились в театрах страны и имели особенный, успех на сцене Московского Художественного театра.

С замечательным умением изображал А.П. Чехов окружающую действительность. От его рассказов становилось и смешно, и грустно. Иной раз он так рассказывал, что хотелось неудержимо смеяться. «Когда молодые люди целовались, вдруг послышался смех. Они взглянули на реку и обомлели: в воде по пояс стоял голый мальчик. Это был Коля, гимназист, брат Анны Семеновны. Он стоял в воде, глядел на молодых людей и ехидно улыбался.

— А–а–а… вы целуетесь? — сказал он. — Хорошо же! Я скажу мамаше… Дайте рубль, тогда не скажу!» («Злой мальчик».)

Посмеявшись над героем другого рассказа, обнаруживаешь, что в жизни людей еще так мало радости и красоты. («Нищий», «Ванька», «Тоска».)

— Жуешь? — спрашивает Иона свою лошадь… — Ну, жуй, жуй… Так–то, брат, кобылочка… Нету Кузьмы Ионыча… Приказал долго жить… Взял и помер зря… Таперя, скажем, у тебя жеребеночек, и ты этому жеребеночку родная мать… И вдруг, скажем, этот самый жеребеночек приказал долго жить… Ведь жалко? («Тоска».)

Чехов верит, что жизнь может быть светлой и счастливой, он призывает людей работать для этого. Сам Антон Павлович был удивительным человеком — его любили все. Эти качества души А.П. Чехова проявляются и в его произведениях, оттого читатель и не может от них оторваться. Умер А.П. Чехов за границей, в Баденвейлере, в 1904 году. Похоронен он в Москве на Новодевичьем кладбище.

Рассказ А.П. Чехова «Ванька», пожалуй, наиболее известен из его произведений. Печальное и смешное <в нем переплетается так же, как это случается в повседневной жизни. Повествование начинается от лица автора, который сообщает о вполне обычной истории: деревенского мальчика — сироту — отдали в город на обучение сапожнику. Все подробности пребывания в городе и «обучения» читатель узнает из письма самого мальчика к деду, который живет в деревне.

Грустно и больно читателю оттого, что в обучении Ванька нянчит хозяйского ребенка, бегает за водкой для подмастерьев, крадет для них у хозяев огурцы, голодает, терпит побои со всех сторон. «А вчерась мне была выволочка… за то, что я качал ихнего ребятенка в люльке и по нечаянности заснул. А на неделе хозяйка велела мне почистить селедку, а я начал с хвоста, а она взяла селедку и ейной мордой начала меня в харю тыкать».

Улыбнешься письму девятилетнего мальчика и задумаешься о судьбе этого горемыки, который просится обратно в деревню из города, где «скука такая, что и сказать нельзя», который все плачет и зовет дедушку приехать забрать его, «Христом Богом молит взять… отседа».

Обиднее всего становится от осознания того, что письмо не дойдет до адресата, дедушка не прочтет крик души своего внука, потому что на конверте значится такой адрес: «На деревню дедушке, Константину Макарычу».







Борис Степанович Житков


(1882–1938)





Б.С. Житков


Б.С. Житков создал около двухсот произведений, и среди них — удивительную книгу «Что я видел».

Еще до революции он окончил естественное отделение университета в Одессе, участвовал в подпольной революционной работе, сдал экзамен на звание штурмана дальнего плавания, возглавил научную экспедицию в низовья Енисея и прошел полный курс кораблестроительного факультета в Петербурге. Объехав полсвета — Россию, Европу, Азию, Мадагаскар, Японские острова, — он свободно изъяснялся на многих языках. Переменил десятки профессий, от матроса до капитана на корабле и от заводского слесаря до заведующего уездной технической школой. Житков превосходно играл на скрипке и был искусным дрессировщиком. Весь свой опыт, знания, талант вложил он в книги, создав в детской литературе новый жанр, получивший впоследствии название научно–художественного.

Он писал о смелых, гордых, самоотверженных людях («Над водой», «Механик Салерно»), книги о редких животных и далеких странах («Про слона», «Мангуста»), а также книги о технике и о разных профессиях, о детях.

Герой произведения «Что я видел» — четырехлетний мальчик Алеша. Он провел лето, полное увлекательных приключений. Обо всем, что видел, Алеша рассказывает своим сверстникам. По объему эта книга не меньше романа. По многообразию заключенных в ней сведений — энциклопедия. Но написана она интересно и захватывающе.

Главы в этой книге небольшие. В обращении к взрослым читателям Б. Житков предлагает рекомендации: «Эта книга — о вещах. Писал я ее, имея в виду возраст от 3 до 6 лет. Читать ее ребенку надо по 1–2 главы на раз. Пусть читатель живет в ней и вырастает».

Вот несколько глав из книги «Что я видел»: «Какие вагоны всякие бывают»; «Еще светофор»; «Как я ездил в метро»; «Как слон купался»; «Как электричество кусается»; «Как червячки шелк выпускают».

Алеша Почемучка описал по–детски многие удивившие его предметы, животных, растения. Например, про слона, увиденного в зоопарке, он пишет:

«Хобот у него из головы идет и до самой земли доходит. И он хоботом как угодно может крутить. И даже крючком его загибать.

Он набирает в хобот с земли пыль', а потом всю пыль выдувает себе на спину. И живот тоже обдувал пылью.

Я все спрашивал: «Почему?»

А мне сказали, что это он для того, чтоб его никакие блохи не кусали. У него волос нет, а только толстая кожа. И вся кожа в складках. А на голове у него большие уши. Уши такие большие, прямо во всю голову. И он ими трясет и хлопает. А глазки совсем маленькие.

В зоопарке оказалось много невиданных зверей и птиц. А по дороге в деревню тоже было много открытий: малина на деревьях оказалась ягодой шелковицей, солома в поле — хлебом».

Много нового рассказывает Алеша маленьким читателям. Оказывается, щука очень кусачая, всех рыб заедает, даже маленьких «утеночков» хватает: «Они плывут по воде, а она снизу зубами за ножки утянет и съест»; «У нее во рту все зубы очень острые, как булавки. Даже хуже».

Алеша объяснит, как он буквы учил, как от гусака оборонялся… Столько приключений не приходилось переживать даже самому знаменитому путешественнику.




Михаил Михайлович Зощенко


(1895–1958)





М.М. Зощенко


Похожий прием использует М. Зощенко в рассказах о Лёле и Миньке. Но здесь задачу для себя писатель ставит иную — он хочет дать мудрый, серьезный совет маленькому читателю, но не в назидательной, а в шуточной форме.

Об авторе этого произведения надо сказать отдельно. М.М. Зощенко (1895–1958) родился в Полтаве, в семье небогатого художника–передвижника. Учился на юридическом факультете Петербургского университета, но курса не кончил и в 1915 году ушел добровольцем на фронт. После революции он «скитался по многим местам России. Был плотником, ездил на звериный промысел на Новую Землю, был сапожным подмастерьем, служил телефонистом, милиционером, был агентом розыска, карточным игроком, конторщиком, актером, служил снова на фронте добровольцем — в Красной армии» (из автобиографии М. Зощенко в статье «Серапионовы братья о себе», напечатанной в журнале «Литературные записки»). Первый рассказ писателя появился в «Петербургском сборнике» в 1921 году.

Основной жанр, в котором работал М. Зощенко, — комическая новелла, наиболее известны сборники его новелл «Мелочи жизни», «Уважаемые граждане», «Нервные люди» и другие. Неизменным героем в них предстает городской мещанин послереволюционного времени, чаще всего мелкий служащий. Общая тема рассказов Зощенко — комические проявления мелких и ограниченных житейских интересов обывателя–горожанина послереволюционного периода. Дополняет этот образ основной комический прием, которым пользуется Зощенко — герои его новелл говорят на пестром и ломаном языке, им вторит и сам автор–рассказчик. Язык этот характеризуется большим лексическим разнообразием. Грубоватая, специфическая разговорная речь, впитавшая в себя некоторые канцелярские обороты, сочетается с поверхностно усвоенными элементами абстрактной терминологии, книжной или политической.

Зощенко писал о своем языке: «Я пишу очень сжато. Фраза у меня короткая. Доступная бедным».

На пике своей славы Зощенко отошел от написания рассказов. Уже в 1920&#8209;е годы он создал цикл «Сентиментальные повести», в которых с грустной иронией поведал о людях так называемой средней интеллигентской прослойки, потерявших в жизни точку опоры на переломе эпох. Позже появились такие произведения, как «Письма к писателю», «Возвращенная молодость», «Голубая книга», «Перед восходом солнца».

В августе 1946 года после постановления ЦК ВКП(б) о журналах «Звезда» и «Ленинград» Зощенко был исключен из Союза писателей СССР. С 1946 по 1952 год он занимался главным образом переводческой работой. В июне 1953 года был вновь принят в Союз писателей СССР.

Более тысячи рассказов и фельетонов, повести, пьесы, киносценарии, критические статьи и многое другое — всего около 130 книг вышло при жизни писателя.

Один из рассказов М.М. Зощенко называется «Великие путешественники». Само название уже шутка: Лёля, Минька и Степка собрались в кругосветное путешествие, решив обойти весь земной шар и… вернуться к себе в деревню Пески.

Ведет повествование Минька — самый младший участник экспедиции. Душой и инициатором похода становится Степка — сын хозяйки. Видимо, Степка читал о подобных путешествиях и почерпнул из книг массу полезных сведений: что костер надо разжечь с помощью увеличительного стекла, что питаться. можно нежным мясом диких животных, что, ложась спать в походе, надо заметить направление движения протянутыми в нужную сторону ногами. Но при этом Степка так же мало представляет себе серьезность задачи, как и все остальные. Поэтому читателю смешно наблюдать за сборами ребят. Они берут с собой мешок, набитый самыми ненужными вещами, и несут его под мышкой или на голове. К тому же горе–путешественники уходят из дома, не предупредив родителей… Правда, они скоро возвращаются, не сумев вечером разжечь костер, соскучившись, проголодавшись и обманув Степку (Лёля с Минькой развернули его ноги к дому — в обратный путь).

М. Зощенко дал возможность своему герою рассказать о пережитых им приключениях. Читатель верит, что рассказ ведет наивный несмышленый мальчишка, и от души веселится, слушая эту историю.

Совсем по–иному звучат воспоминания взрослого человека о своем детстве. Читая повесть В. Распутина «Уроки французского», чувствуешь, что рассказчик уже взрослый, но глубоко переживающий события своего детства человек. В. Распутин не стремится передать строй речи одиннадцатилетнего героя рассказа, он вспоминает себя, пытается объяснить современному читателю условия послевоенной жизни районного центра на Ангаре и характер деревенского мальчика, приехавшего туда учиться. Приключения случаются с ним из–за нужды и голода, которые он испытывает, из–за невозможности заработать рубль на кружку молока другим способом, кроме как игрой на деньги с мальчишками.





В.Г. Распутин


В этом произведении мир тоже представлен глазами ребенка, но рассказывает об этом уже выросший мальчик, ставший взрослым и понявший бескорыстие и доброту сердца своей учительницы, которая желала не только подкормить ученика, но и поддержать его человеческое достоинство. Сам шестиклассник не понимает, не задумывается, почему его приглашают на дополнительные уроки французского языка и зачем понадобилось учительнице показывать ученику игру в замеряшки. Слава Богу, что тогда не задумывался, значит, учительница щадила его самолюбие (никакой помощи он не мог от нее принять: ни ужина, ни посылки, ни денег). А выиграть на молоко мог. Ведь учительница спасала своего ученика даже тогда, когда взяла всю вину на себя за игру на деньги и уехала. Он это понял, только став взрослым. Вот тогда и появилась эта повесть.




Аркадий Гайдар


(Аркадий Петрович Голиков) (1904–1941)





А.П. Голиков


«Аркадий Гайдар — романтик и сказочник, избегавший поучений, но умевший учить, — один из тех писателей, без кого трудно представить наше детство», — пишет Владимир Амлинский. Это действительно так, книги Гайдара издавались и переиздавались, изучались в школе. Стали хрестоматийными такие его произведения, как «Чук и Гек», «Военная тайна», «Судьба барабанщика», «Школа» и, конечно, «Тимур и его команда», в которых весь мир был поделен четко и просто, с детской, не знающей сомнений ясностью на красных и белых, на наших и ненаших.

Если бы Гайдар не погиб в Великую Отечественную войну в возрасте 37 лет, он мог бы дожить до почтенного возраста. Но пожилым человеком его трудно представить, в сознании миллионов читателей он всегда остается символом неиссякаемой молодости, юношеского бесстрашия. Его судьба и тема его творчества — революция. Звуки революции слышны в книгах Гайдара «РВС», «Бумбараш», «Голубая чашка».

Аркадий Голиков, будущий автор этих книг, уже в шестнадцать лет командовал полком. Может, тогда и запомнилось ему слово, ставшее его литературным псевдонимом, — «Хайдер», «Гайдар» — человек на коне, которого посылают впереди войска.

Двадцатипятилетний Гайдар не казался молодым писателем, он виделся ветераном са сложной жизненной и литературной судьбой. В автобиографии Гайдар указывает: родился в 1904 году, в Красную армию вступил в декабре 1918 года, командные курсы окончил в 1919 году. Был на фронте до 1921 года, командиром 58&#8209;го полка, потом фронта.

Гайдар как будто сразу родился детским писателем, он понял тайный смысл сокровенной поры — детства. Оно присутствовало в нем самом, в природе его таланта: «Видели мы немало всяких чудес. Видели мы дерево толщиной чуть ли не в нашу комнату. Видели мы камни вышиной с наш дом; видели мы рыбину длиной с наш коридор; видели мы золотых рыбок, которые на солнце так сверкают, что даже глаза зажмуришь». Для того, чтобы так видеть мир, нужно обладать детским восприятием, способностью видеть чудо в обыкновенном явлении.

Ему было о чем рассказать своим читателям. А об уважении и доверии читателей к своему трубачу и командиру говорит хотя бы тот факт, что после выхода книги Гайдара «Тимур и его команда» тимуровское движение захватило всю страну. Автор не описывал события, он дал новый приказ по армии мальчишек и девчонок: по форме номер один — позывной сигнал общий. И вот уже Гейка, Сима Симаков, Коля Колокольчиков, Женя, сам Тимур берут на свои плечи тяготы тыловой жизни страны, в которой отцы и братья ушли на фронт, в Красную Армию.

«В доме номер 54 по Пушкаревой улице коза пропала. Я иду, вижу — старуха девчонку колотит. Дом красноармейца Павла Гурьева. Девчонка — его дочь, зовут Нюркой. Колотила ее бабка. Как зовут, не знаю. Коза серая, со спины черная, зовут Манька.

— Козу разыскать! Пойдет команда в четыре человека. Ты… ты и ты».

И действительно, в тот же день коза была найдена, во двор молочницы доставлена с фанерным плакатом на рогах:

		Я коза–коза,
		Всех людей гроза.
		Кто Нюрку будет бить,
		Тому худо будет жить.

А на углу за забором хохотали довольные мальчишки.




Лев Абрамович Кассиль


(1905–1970)





Л.А. Кассиль


Юношей Лев Кассиль приехал в Москву из родного приволжского городка, поступил учиться на математический факультет университета, начал сотрудничать в газетах. Потихоньку от всех он писал повесть о том, как рухнула старая школа, рукопись отнес В. Маяковскому, и тот напечатал главы из повести в журнале «Новый мир», который в то время редактировал. Повесть называлась «Кондуит». Через несколько лет Кассиль написал продолжение. Так была создана знаменитая книга «Кондуит и Швамбрания».

Кассиль писал свои книги, не прекращая журналистской работы. Он вел репортажи с праздничных торжеств и трибун стадионов, провожал в полет через Северный полюс Валерия Чкалова и встречал челюскинцев. Сама жизнь подсказывала ему темы для новых книг.

Он написал роман о вратаре. Антоне Кандидове, повести о Гешке Черемыше, который выдавал себя за брата знаменитого летчика, о Симе Крупицыной, настойчиво ищущей свою точку «великого противостояния» в жизни.

В годы Великой Отечественной войны Л. Кассиль создал книгу «Дорогие мои мальчишки», посвященную А. Гайдару, а после войны совместно с М. Поляновским написал повесть о юном герое Керченской обороны Володе Дубинине, книгу о безвременно погибшем талантливом художнике — московском школьнике Коле Дмитриеве, роман о нелегком пути лыжницы Наташи Скуратовой, ставшей олимпийской чемпионкой. Повесть «Будьте здоровы, ваше высочество!» рассказывает о маленьком принце одной из восточных стран, оказавшемся на отдыхе в пионерском лагере в СССР. Во всех этих произведениях Кассиля находится место романтической мечте, сказке.

Анатолий Алексин вспоминал о своем наставнике и друге Льве Кассиле:

«Трудолюбие его было непостижимым, «Сегодня ночью буду читать рукописи своих студентов!» — сообщал он мне как преподаватель Литературного института. «Хочу сегодня ночью ознакомиться с работами абитуриентов», — сообщал он как председатель творческого объединения детских и юношеских писателей Москвы.

«Вот когда все улягутся спать, прочитаю рукописи новых учебников по литературе и книг для чтения», — говорил он как член–корреспондент Академии педагогических наук СССР. «Когда же он спал?» — думаю я сейчас. Л. Кассиль жил так, как учил жить других».

Он призывал людей к неутомимой деятельности во имя добра. И сам был непостижимым тружеником на этой прекрасной ниве.

Повесть «Кондуит и Швамбрания» автобиографична. Лев Кассиль нашел в своем детстве неугомонных и пытливых братьев Лелю и Оську.

Это повесть о необычайных приключениях двух рыцарей, в поисках справедливости открывших на материке Большого Зуба великое государство Швамбранское, с описанием удивительных событий, происшедших на блуждающих островах, с приложением множества тайных документов, мореходных карт, государственного герба и собственного флага.

Государство это открыто 8 февраля 1914 года во время пребывания в углу братьев, так как ими была потеряна королева из папиного нового шахматного набора. Швамбрания — это тайная жизнь двух братьев. Это государство имело свою географию, историю, врагов, соседей, королей и королев, жизнь в нем была и похожа, и непохожа на жизнь слободы Покровской, на Волге, против Саратова, где жили мальчики со своими родителями. Например, в доме самым желанным местом обитания для братьев была кухня, куда им раз и навсегда было запрещено являться, так как туда заходят люди, составляющие «неподходящее знакомство». Поэтому в Швамбрании у них «царь сам сидит в кухне и всем другим позволяет».

Родителей знает вся слобода, потому что папа — земский врач, а мама — учительница музыки, они — люди нового времени, не безучастны к политике и общественной жизни, атеисты, их дети мало знают о Боге и Законе Божием. Увидев священника в черной рясе в городском саду, Оська забыл про мяч:

— Тётя, а зачем на вас борода?

— Да разве я тётя? — ласковым баском сказала дама. — Да я ж священник.

— Освещенник? — И он представил себе, как неудобно, должно быть, в такой длинной юбке лазить на фонари, чтобы освещать улицы.

— Сие не юбка, — отвечал поп, — а ряса зовется. Облачен согласно сану. Батюшка я, понял? Про Бога–то знаешь?

— Знаю, — отвечал Оська, — Бог — это на кухне у Аннушки висит… в углу, Христос Воскрес его фамилия.

Разговор продолжался, поп даже вспотел от негодования:

— Безобразие, беззаконное воспитание, разврат младенчества!

Но время беззаботного детства сменилось учебой в мужской гимназии, где правил кондуит со строжайшими запретами:

«Воспитанникам средних учебных заведений воспрещается посещать кафе, хотя бы и с родителями.

— Воспрещается посещение театров, кинематографов и прочих увеселительных заведений и мест публичного гуляния».

Еще в кондуит директор Рыбий Глаз, инспектор, наставник, надзиратель записывали провинности, проступки, назначали наказания («20 часов лишения праздника»).

В «Голубиную книгу, кондуит, была вписана жизнь трехсот диких голубей». Голуби–гимназисты тоже были особым народом, запретами их не запугаешь.

«Дрались постоянно, парами и поклассно, дрались коньками, ранцами, свинчатками, проламывали черепа».

Против запретов кондуита стал зреть заговор, от комитета Борьбы и Мести назначались в каждый класс старосты. В результате во всем городе оказались срезаны звонки. В дело вмешалась полиция. Цап Царапыч торжествовал. Директор грозил волчьим билетом. А звонок отмеривающий порции свободы, не смог запретить гимназистам быть товарищами.

В жизнь вошли перемены: началась Первая мировая война, произошло объединение женской и мужской гимназий, на домах вывешивались красные флаги, швамбранские тайны были похищены вместе с мылом и бывшими деньгами жильцом–постояльцем, появились театр и Швамбрания для взрослых, случился отъезд отца на фронт и поступило сообщение, что у него сыпной тиф…

Обо всем этом рассказали мальчики, выросшие из своей Швамбрании.

Л. Кассиль говорил о крушении старой школы. А в это же время о создании новой школы писали Г. Белых и Л. Пантелеев в повести «Республика ШКИД» (о школе имени Достоевского для беспризорных) и А.С. Макаренко в повестях «Педагогическая поэма» и «Флаги на башнях» (о школе–колонии имени М. Горького). Большая правда жизни, подчас неприятная, жестокая, была рассказана в них. Мальчишки 20&#8209;х годов XX века, оборванные, голодные, но веселые, неунывающие, появились перед читателем. В «Республике ШКИД» повествуется о том, как они презирали бесталанных и злых педагогов, но глубоко уважали справедливого и умного директора. Викниксора. Ребята были способны на озорство, грубость, но свято хранили неписаные законы товарищества.




ОБЭРИУТЫ

ОБЭРИУты — объединение реального искусства — существовало с 1928 по 1931 год. В него входили Даниил Хармс (Ювачев) (1905–1942), Александр Введенский (1904–1942), Николай Олейников (1898–1937), Николай Заболоцкий (1903–1958) и Юрий Владимиров (1909–1930).

В восприятии мира обэриутами было много общего с детским восприятием. К примеру, дети часто шутят на темы, которые взрослому представляются священными, для детей не существует запретов. Эта позиция нашла свое отражение и в творчестве обэриутов. Даже в названии этой группы присутствует нелогичная, но весело звучащая аббревиатура: ОБЭ — объединение (две буквы), Р — реального (звук), ИУ — искусства (два звука), ты — для указания числа.





ОБЭРИУты (слеванаправо: Д. Хармс, А. Введенский, Н. Заболоцкий)


Судьба поэтов–обэриутов сложилась трагично. Д. Хармс и А. Введенский впервые были арестованы в 1931 году и проходили по «делу детского сектора Госиздата», где, по мнению следствия, укрывались явные контрреволюционеры. Поэтов отпустили, но затем повторно арестовали в 1941 году. А. Введенский погиб на этапе из Харькова; Д. Хармс, арестованный в Ленинграде «за пораженческие слухи», умер от голода в тюремной больнице (обстоятельства, место и точная дата смерти неизвестны). Н. Заболоцкий был арестован по ложному доносу в 1938 году и приговорен к пяти годам лагерей. Он чудом остался жив, перенеся пытки, мучения, помрачение рассудка. В Москву вернулся после войны, в 1946 году. Спустя десять лет опубликовал некоторые сведения в книге «История моего заключения». Стихотворения Н. Заболоцкого, написанные в последние годы жизни, были образцом строгой красоты и нежности, философской мудрости.

Н.М. Олейников появился в Ленинграде в 1925 году, успев уже повоевать на Гражданской войне и чудом оставшись живым. Он возглавлял журналы «Еж» и «Чиж», ставшие классикой советской детской периодики. В этих журналах и печатались поэты–обэриуты в 30&#8209;е годы XX века. В 1937 году Н. Олейников был арестован и расстрелян.

Реальный мир поэты передавали с помощью игры — звуками, словами, образами, смыслами, — именно это сближало их творчество с творчеством самих детей.

		— А вы знаете, что ПОД?
		А вы знаете, что МО?
		А вы знаете, что РЕМ?
		Что под морем–океаном
		Часовой стоит с ружьем?
		— Ну! Ну! Ну! Ну!
		Врешь! Врешь! Врешь! Врешь!
		Ну, с дубинкой,
		Ну, с метелкой,
		Ну еще туда–сюда,
		А с заряженным ружьем —
		Это просто ерунда!

    (Д. Хармс. «Врун» )
В игровой поэзии обэриутов в словах раскрывается множество неожиданных оттенков их значения, а стандарт здравого смысла то и дело испытывается на прочность в самых парадоксальных ситуациях.

		Раз сказал Никита басом:
		— Надо плавать а ля брассом.
		— Но, — спросил его Тарас,
		— Что такое а ля брасс?

		— А ля брасс, — сказал Никита, — 
		Раньше плавал знаменито.
		— Это был такой пловец,
		Меж пловцами главный спец.
		— Ерунда, — сказал Тарас, — 
		Это рыба — а ля брасс.
		А ля брассы очень ходки,
		Обгоняют даже лодки.

		Рассуди, читатель, нас:
		Что ж такое а ля брасс?

    (Н. Заболоцкий)
Представляющаяся на первый взгляд довольно незамысловатой, эта игра в стихах опирается и на богатые традиции русского фольклора, и на традиции мировой литературы, и на традиции футуризма (футуризм — от латинского futurum — будущее; авангардистское литературно–художественное течение, в основе которого отрицание традиционной культуры, воспевание техники, абсолютизация силы, динамики, формалистическое экспериментаторство), и на английскую детскую поэзию.

		Дядя Боря говорит,
		Что
		Оттого он так сердит,
		Что
		Кто–то сбросил со стола
		Три тарелки, два котла,
		И в кастрюлю с молоком
		Кинул клещи с молотком;
		Может, это серый кот
		Виноват,
		Или это черный пес
		Виноват,
		Или это курицы
		Залетели с улицы,
		Или толстый, как сундук,
		Приходил сюда индюк,
		Три тарелки, два котла
		Сбросил на пол со стола,
		И в кастрюлю с молоком
		Кинул клещи с молотком?

    (А. Введенский)
Повтор отдельных слов, фраз и даже целых отрывков всегда был характерен для фольклора.

Стихотворение Д. Хармса «Кораблик» сразу напоминает читателю английские шуточные стихи, знакомые по переводам С.Я. Маршака.

		По реке плывет кораблик. 
		Он плывет издалека. 
		На кораблике четыре 
		Очень храбрых моряка. 
		У них ушки на макушке, 
		У них длинные хвосты, 
		И страшны им только кошки, 
		Только кошки да коты! 

    (Д. Хармс) 
		Плывет, плывет кораблик,
		Кораблик золотой,
		Везет, везет подарки,
		Подарки нам с тобой.
		На палубе матросы
		Свистят, снуют, спешат,
		На палубе матросы — 
		Четырнадцать мышат.

    (С. Маршак)
Обэриуты считали, что приемы, используемые поэтами прошлых поколений, не годятся для изображения новой послереволюционной жизни. Обычные слова не годятся для этого, нужно отыскать новые слова и значения. Например:

«Цирк Принтинпрам», где:

		Сто коров,
		Двести бобров,
		Четыреста двадцать
		Ученых комаров
		Покажут сорок
		Удивительных Номеров.

    (Д. Хармс)
Или «Ниночкины покупки», когда все перепутано:

		Дайте фунт кваса,
		Бутылку мяса,
		Спичечный песок,
		Сахарный коробок,
		Масло и компот.
		Деньги — вот.

		Кассир говорит в ответ:
		— Такого, простите, нет!
		***
		А про сахарный коробок
		И спичечный песок
		Никогда не слыхал я лично, — 
		Верно, товар заграничный.

    (Ю. Владимиров)
Взрослые читатели с недоумением воспринимают эти стихи, а детям и не надо разбираться в такой «чепухе», они сами ее выдумывают:

		Надоело мне сидеть,
		Захотелось полететь,
		Разбежаться,
		Размахаться
		И как птица полететь.

		Разбежался я, подпрыгнул,
		Крикнул: «Эй!», ногами дрыгнул,
		Давай ручками махать,
		Давай прыгать и скакать.

		Меня сокол охраняет,
		Сзади ветер подгоняет,
		Снизу реки и леса,
		Сверху тучи — небеса.

    (Д. Хармс)



Валентин Петрович Катаев


(1897–1986)





В.П. Катаев


Валентин Петрович Катаев и его брат Евгений Петрович Катаев (известен как Евгений Петров — один из авторов романов «Золотой теленок» и «12 стульев») выросли в Одессе. Их отец был школьным учителем. Валентин Катаев первым уехал в Москву, где начал сотрудничать в газете «Гудок». В 1920&#8209;е годы он стал известным писателем. Его первое большое сатирическое произведение «Растратчики» вышло в 1926 году. Именно Валентин Катаев предложил летом 1927 года будущим соавторам (своему брату — Евгению Петрову и его другу Илье Ильфу) сюжет их первого романа. Сама идея соавторства И. Ильфа и Е. Петрова также принадлежала В. Катаеву. Ему же и посвящен роман «12 стульев».

От Катаева ждали новых сатирических произведений, а он написал «Время, вперед!» (1932 г.) — роман на производственную тему. Потом появилась повесть «Белеет парус одинокий», рассказывающая о прошлом нашей страны, о революционных событиях 1905 года. Но это прошлое всегда оставалось в памяти писателя, ведь он был современником Горького и Бунина, Блока и Маяковского… И в одной из последних своих книг — «Алмазном моем венце» (1977 г.), посвященной молодым писателям 20&#8209;х годов прошлого века, входившим в литературу, В. Катаев стремился выразить время, эпоху, облик Москвы той поры. Читатели всегда ждали, с радостью встречали каждую следующую книгу писателя: «Святой колодец» (где художник делает открытие: человек обладает волшебной способностью на миг превращаться в предмет, на который смотрит), «Кладбище в Скулянах», «Трава забвения». В.П. Катаев положил начало изданию журнала «Юность», был его первым главным редактором.

Мир произведений В, Катаева густо населен, но во всей пестроте, многоликости своих героев писатель улавливает и выделяет основное — их причастность к главным делам, заботам своей эпохи. Ясными детскими глазами смотрят на окружающих одесские мальчики Петя и Гаврик (повести «Белеет парус одинокий», «Хуторок в степи», «Волны Черного моря»), взрослеют, мужают, чутко улавливают неправоту и жестокость общественного уклада. Революция влечет их не только героической романтикой, но и вольным воздухом новой жизни. Все начинается с рядового события обычного дня — отъезда с дачи в город, которое сопровождается какой–то тайной, погоней, молчанием отца, так как у них в дилижансе прячется беглый переодетый матрос с броненосца «Потемкин». Это и последующие открытия заставляют гимназиста Петю повзрослеть и начать наблюдать за жизнью.

Другого героя повести — Гаврика — жизнь давно уже научила зарабатывать себе на хлеб. Он ловит вместе с дедушкой рыбу в море на ветхой шаланде, сдает эту рыбу перекупщице — мадам Стороженко, терпит от нее унижения и грубость, помогает рабочим в подпольной деятельности. Для Гаврика нет вопроса, на чьей стороне быть. Служители порядка избили его дедушку, пытались арестовать матроса Жукова, поэтому Гаврик носит патроны восставшим совершенно сознательно. Он и Петю привлекает к этому занятию, хотя для Пети остается тайной, для каких «ушек» понадобился его ранец. В «ушки» Гаврик играет на деньги, чтобы хоть как–то свести концы с концами в своей голодной, но веселой жизни. Следить за приключениями двух таких разных друзей очень интересно. Удивительно захватывающе описан край, где море, виноградники, рабочие слободки, причал, одесские улочки — всё говорит о любви автора к этим местам, ведь сам он тоже одессит.

«На всем… своем громадном пространстве море светилось такой нежной, такой грустной голубизной августовского штиля, что невозможно было не вспомнить:

		Белеет парус одинокий
		В тумане моря голубом…

Петя Залюбовался морем. Сколько бы ни смотрел на море — оно никогда не надоест. Оно всегда разное, новое, невиданное. Оно меняется на глазах каждый час. То оно тихое, светло–голубое, в нескольких местах покрытое почти белыми дорожками штиля. То оно ярко–синее, пламенное, сверкающее. То оно играет барашками. То под свежим ветром становится вдруг темно–индиговым, шерстяным, точно его гладят против ворса».

Ваня Солнцев — герой повести В. Катаева «Сын полка» — знаком всем без исключения. Этот мальчик стал сиротой в годы Великой Отечественной войны. Он оказался у разведчиков и очень хочет у них остаться, ведь они его полюбили, кормили и обучали. Но приказ командира отправить Ваню в тыл не обсуждается. Однако сам Ваня проявляет много хитрости, изворотливости и смекалки, чтобы добиться своего. Сбежав от «дяденьки Биденко» из кузова грузовика, на котором они ехали подальше от передовой, Ваня обманул опытного разведчика: заставил его обшарить лес, а сам забрался на дерево, да и заснул. И лишь упавший букварь выдал беглеца, его сняли с дерева и повезли на попутке, привязав веревкой, чтобы не сбежал в темноте. Но и тут Ваня сумел ускользнуть, закрепив злополучную веревку на ноге женщины–врача. А убегает Ваня для того, чтобы пожаловаться на своего обидчика — командира разведчиков капитана Енакиева — старшему командиру. Но, не зная. в лицо капитана Енакиева, он рассказывает всё именно ему. Как тут было устоять капитану?! Все завершилось, как считает Ваня, замечательно. Его оставили у себя разведчики, значит, он им «показался», значит, он ничем не хуже других сынов полка, гордых своей судьбой.




Владимир Карпович Железников


(род. в 1925 г.)

В.К. Железников пришел в литературу в 60&#8209;е годы XX века вместе с писателями послевоенного поколения. В его произведениях, начиная с первого сборника рассказов «Разноцветная история» (1960 г.), с самого известного из ранних произведений — повести «Чудак из 6 «Б» (1962 г.), с самой популярной повести «Чучело» (1981 г.), всегда показывается становление личности. Особенно дорог писателю «современный рыцарь», который, преодолевая ложную стыдливость, предрассудки и осмеяние неумных людей, поступает так, как подсказывает ему совесть. Этот «рыцарь немного чувствителен, хорошо воспитан, умеет постоять за себя, за справедливость, защитить обиженного». Есть ли такие «рыцари» сегодня? Как воспитать в себе такие качества? Что делает человека сильным и счастливым? Ответы на эти сложные вопросы помогают найти герои книг писателя В.К. Железникова: «Хорошим людям — доброе утро», «Путешественник с багажом», «Каждый мечтает о собаке», «Последний парад», «Рыцарь». Читать их интересно и… трудно. Интересно — потому что это правдивые, жизненные истории, в них много узнаваемого. Трудно — потому что вопросы, которые они поднимают, острые, вечные, как часто их называют. Ответы на них найти непросто.

Повесть «Чучело» вышла в свет в 1981 году. Режиссер Р. Быков поставил по ней замечательный фильм. И сама повесть, и фильм были удостоены Государственной премии. Повесть посвящена современным подросткам. Писателя интересуют поведение героев в конфликтные, напряженные моменты жизни, их моральные потери и приобретения.

Начало повести стремительное, интригующее, захватывающее, так как хочется узнать, что случилось, что произошло в жизни ее героини — Лены Бессольцевой, которая мчалась «как мотоциклетка» по «горбатым улочкам города, ничего не замечая на своем пути». «Она… хотела бы тотчас взлететь над этим городком — и прочь отсюда, прочь!» «Навсегда!.. От злых людей!.. Пусть они грызут друг друга!.. Волки!.. Шакалы!.. Лисы!.. Дедушка!..» Что же могло случиться такое — страшное, ужасное? А затем перед нами раскрывается мир подростков — со своими жестокими законами, моралью, правилами.

Так случилось, что Лена и ее дедушка, Николай Николаевич Бессольцев, живут вместе в маленьком городке. Лена учится в шестом классе. Коллектив этот для нее новый, и ей непросто чувствовать себя «своей» среди одноклассников. С первого дня ей хотелось подружиться со всеми, но класс встретил ее враждебно, насмешливо. Лена не сразу понимает, что над ней смеются, что смеются над дорогим ей человеком — над дедушкой, называя его «заплаточником». «Он вечно бродил по городку один, в неизменной кепке, которую носил, низко сдвинув на лоб, и в потертом пальто с большими аккуратными заплатками на локтях». Николай Николаевич жил так, что многое было «непонятно и недоступно», и «люди привыкли к тому, что домБессольцевых «светился ночью и стал в городке своеобразным маяком, ориентиром для запоздалых путников, издалека возвращавшихся в темноте домой».

Такими «путниками в темноте» будут одноклассники Лены, которые многое в жизни еще не понимают, и их эгоизм, равнодушие, жестокость будут больно ранить тех, кто рядом с ними. Лена — «чучело», как называют ее ребята, многое поймет, разговаривая с дедушкой. Поймет и скажет: «…Я теперь ничего не боюсь. Никогда больше не отступлю. Никогда! Ни перед чем». Она, как «маячок», своей самоотверженной чистотой, искренностью, желанием справедливости поможет многое понять ребятам из шестого «Б» («она необыкновенный человек — какая страсть, какая тяга к справедливости»). Она станет для них нужной, своей, научит их добру, справедливости — ибо «сердце у нее душевное». Первая любовь, предательство, преодоление себя, своего страха, нерешительности, своих обид — ради тех, кто дорог, — всё это есть в повести «Чучело». После ссор, бойкота, войны друг с другом шестой «Б» стоит у «окон, надеясь в последний раз увидеть катер на котором уезжала Ленка Бессольцева — чучело огородное, — которая так перевернула их жизнь….И тоска, такая отчаянная тоска по человеческой чистоте, по бескорыстной храбрости и благородству все сильнее и сильнее захватывала их сердца и требовала выхода» Потому что терпеть больше не было сил.

Рыжий вдруг встал, подошел к доске и крупными печатными неровными буквами, спешащими в разные стороны, написал: «Чучело, прости нас!»




Анатолий Георгиевич Алексин


(Гоберман)


(род. в 1924 г.)





А.Г. Алексин


А.Г. Алексин родился в Москве 3 августа 1924 года. По окончании школы в годы Великой Отечественной войны он работал ответственным секретарем ежедневной газеты на оборонном заводе, Окончил Институт востоковедения.

Писать для ребят А. Алексин начал рано. Еще когда он учился в школе, его стихи появлялись в журнале «Пионер» и в газете «Пионерская правда».

Первая повесть Алексина — «Тридцать один день» — вышла в 1950 году. Следом за ней вышли повести «Саша и Шура», «Необычайные похождения Севы Котлова», «Коля пишет Оле, Оля пишет Коле», «В Стране Вечных Каникул». Все они о ребятах, об их школьной и пионерской жизни. Повести увлекательны, остросюжетны, пронизаны добрым юмором.

Позднее в творчестве Алексина прослеживается углубление психологического анализа, что выражается в поиске решения нравственных проблем.

Сложность выбора, поступок, его мотивировка потребуют от героев осознания высших нравственных принципов — долга, совести. Постижение добра и зла в реальной сложности человеческих взаимоотношений — таковы основные проблемы главных героев произведений Алексина «Саша и Шура», «А тем временем где–то…», «Третий в пятом ряду», «Безумная Евдокия», «В тылу как в тылу», «Поздний ребенок», «Сигнальщики и горнисты».

Героиня повести «Мой брат играет на кларнете» со школьных лет решила посвятить свою жизнь брату, который старше ее на пять лет. Он учится в консерватории, готовится стать профессиональным музыкантом. В воображении сестры рисуется будущее ее гениального брата, который обязательно станет великим. Она готова принести себя в жертву ради великого будущего брата. Героиня ведет дневник (люди должны будут узнать о детстве и юности гения), готова помогать во всех его делах, а «Лева будет весь без остатка принадлежать искусству». У него не будет времени ни на какие человеческие заботы. Все эти заботы лягут на плечи сестры, а брату останется только музыкальный инструмент — кларнет. Казалось бы, все это трогательно и, может быть, даже благородно. Правда, мама почему–то такое положение вещей называет иждивенчеством. Идея самоотречения не находит понимания и у брата, который вынесет свой приговор сестре, вторгающейся в его личную жизнь: «Ты поступила подло… (чтобы разлучить Леву с девушкой, которую тот полюбил, сестра идет на прямую ложь). Это манера деспотов. Они превращают в свои жертвы тех, ради которых хотят всем на свете пожертвовать», — — скажет ей брат. Никто не имеет права вмешиваться в личную жизнь человека, какие бы побуждения ни были у тех, кто это делает. Большой человеческий урок получает читатель вместе с героиней повести.

Пристальное внимание к нравственным вопросам отличает все произведения Алексина, своеобразие творчества которого проявляется в психологическом постижении диалектики поступка.

«Жить только собой — это полбеды, — жестко произносит Евдокия Савельевна, героиня повести «Безумная Евдокия». — Гораздо страшнее, живя только собой, затрагивать походя и чужие судьбы». Поступок одной из героинь этой повести — Оли — повлек за собой страдания, болезнь матери, переживания близких, друзей, одноклассников.

Писатель «раскручивает» действие в обратную сторону, чтобы вместе с рассказчиком понять мотивы поступка Оли, помочь отцу заново узнать свою дочь, другими глазами увидеть учительницу, «безумную Евдокию», помочь читателю спроецировать результаты безумных шагов на собственную жизнь. Внимание фокусируется на внутренних монологах рассказчика, психологический портрет мотивируется временем и пространством.

А. Алексин пишет не только повести и рассказы. Он создает сценарии художественных и телевизионных фильмов, пишет пьесы, которые идут на сценах театров в разных городах страны.

Алексин — лауреат Государственных премий СССР и РСФСР, премии Ленинского комсомола, был членом–корреспондентом Академии педагогических наук СССР. В 1977 году Международный Совет по детской и юношеской литературе присудил А.Г. Алексину Международный диплом Г. — Х. Андерсена и включил его в почетный список имени этого великого датского сказочника. Книга А. Алексина «Безумная Евдокия» была отмечена Международной премией социалистических стран имени Горького.

С 1993 года писатель живет в Израиле.




Анатолий Игнатьевич Приставкин


(род. в 1931 г.)





А.И. Приставкин


А.И. Приставкин родился в городе Люберцы Московской области. Привычная для его сверстников формула «мы родом из войны» предполагает уточнение для А. Приставкина. Он — родом из детдома военных лет, где легче было умереть, чем выжить, легче было стать нелюдью, чем человеком.

В 1959 году А.И. Приставкин окончил Литературный институт имени Горького. Он начинал как поэт — в 1954 году выступил со стихами. В 1959 году опубликовал сборник «Маленькие рассказы» — новеллы о суровом детстве, о спасенном в дни Великой Отечественной войны поколении.

Память была безотрадно горькая. Но А. Приставкин не хотел ей изменять, не искал в ней утешения, не пытался темные стороны уравновесить светлыми. Иными словами, не делал того, на чем настаивали критики. Такой подход отразился в повестях «Кукушата», «Ночевала тучка золотая».

О природе средней полосы России, о ее красоте и истории рассказывают лирические книги А. Приставкина «Селигер Селигерович», «Птушенька», «Песнь Орфея».




«Ночевала тучка золотая»

«Любому человеку нужна правда. Без правды никакого развития быть попросту не может», — так писал автор горькой повести, где правда о войне, суровая, жестокая, дошла до читателя в 1988 году, когда повесть была напечатана. «Ты поднял вопросы, которые трогать нельзя… Зачем ты это написал? Спрячь», — говорили друзья, которые слушали первое чтение повести. Вопреки этим страхам повесть была напечатана, потому что «человеку нужна правда».

В повести описывается голодное время войны в детском доме Подмосковья. В центре внимания писателя два брата Кузьмины — Колька и Сашка, Кузьменыши, как их все называли. «Вся напряженная жизнь ребят складывалась вокруг мерзлой картофелинки, картофельных очистков и, как верха желания и мечты, — корочки хлеба, чтобы просуществовать, чтобы выжить один только лишний военный день». Постоянное чувство голода и несбыточная мечта каждого — попасть в хлеборезку, где запах хлеба, хлеб, о котором только и думают братья. Они роют подкоп к хлеборезке, но планы их рушатся, как и тайный ход к хлебу. Страх загоняет их в тупик, и тут возникает спасительная возможность уехать на Кавказ, где «все есть. И хлеб есть. И картошка». В 1944 году где–то в областных организациях «в светлую минутку возникла эта идея о разгрузке подмосковных детдомов… лишние рты спровадить». Почему Кавказ? Целые народы Северного Кавказа обвинялись в измене, в том, что помогали немцам. Их стали выселять в Сибирь. Детей, взрослых, стариков насильно отправляли на железнодорожную станцию, загоняли в вагоны и отправляли тысячами в холодные края. А чтобы освободившиеся земли не пустовали, их заселяли. Так Кузьменыши попали на Северный Кавказ. Но не все жители горных селений покидали свои дома — оставались те, кто был полон решимости защищать свой кров, мстить за разоренный очаг. Ослепленные ненавистью, горцы в этой борьбе не жалели даже детей. Почти никто из ребят, увезенных из детдома, не вернулся с Кавказа.

В этой страшной войне, в которой горцы сводили счеты за разоренный родной дом, поруганный покой, нарушенный уют, Колька потерял самого близкого человека — брата Сашку. Непостижимая смерть, жестокое убийство оказались страшным потрясением для Кольки. Он все время говорит с Сашкой, словно тот живой и сможет ответить. От горя, одиночества, нечеловеческой боли Колька заболевает и в беспамятстве оказывается близок к смерти. Но здесь случается невероятное — спасает Кольку от смерти и выхаживает его после болезни такой же мальчишка, чеченец Алхузур, тоже оставшийся в этой бойне сиротой. Так писатель реализовал мысль об общности людей, о всечеловеческом братстве, для которого национальная принадлежность не имеет значения, о милосердии и прощении. Прекрасно, что не ожесточились сердца русского и чеченского мальчишек — Коли и Алхузура. Они хотят жить по другим — до человеческим — законам. Свою преданность и привязанность друг к другу они противопоставили вражде и ненависти взрослых. Они сделали то, что «не под силу старшим, — пронесли огонь любви, добра и братства через все испытания». «Я думаю, что все люди — братья», — говорит писатель устами Сашки. В этих словах неоценимый гуманистический смысл повести.

Что может быть для ребенка страшнее, чем лишиться родителей, своего дома? Нет оправдания людям, развязавшим войну, никакая самая высокая цель не может быть оправдана, если за нее заплачено детскими слезами, горем матерей, разрушенными городами, поломанными судьбами.

Книга воспринимается с особой болью сегодня. Чтобы выстрелить из пушки, хватит секунды. Чтобы построить дом, нужны многие месяцы, чтобы создать город, потребуются годы. Сколько же нужно, чтобы заново выстроить жизнь?




Владимир Осипович Богомолов


(1926–2003)





В.О. Богомолов


В.О. Богомолов родился в 1926 году в подмосковной деревне Кирилловне, где и воспитывался у бабушки и деда до десятилетнего возраста. В 1936 году, после смерти деда, мать взяла мальчика в Москву. Началась Великая Отечественная война. После окончания семилетки, прибавив себе несколько лет, В. Богомолов сделал все, чтобы попасть в действующую армию. Был рядовым, командиром отделения, помкомвзвода, командиром взвода — стрелкового, автоматчиков, пешей разведки. Воевал на Украине, в Белоруссии, Польше, Германии и Маньчжурии. После окончания войны служил на Дальнем Востоке и снова в Германии, стал профессиональным военным. На фронте был ранен, получил боевые награды. После войны занялся литературным трудом, дебютировав в 1958 году как автор повести «Иван», которая сразу принесла ему известность. С темой войны связаны и повесть «Зося», и роман «В августе сорок четвертого» («Момент истины» в более позднем издании), ставший одним из популярнейших произведений о Великой Отечественной войне.

Повесть «Иван» переведена более чем на сорок иностранных языков, это на редкость проникновенная книга.

В этой военной теме автору близка и дорога особо болезненная нота — мысль о детях и об их судьбах во время войны, о том, как сопоставить детство и войну. Подобная проблема беспокоила многих авторов, которые писали о подростках военного времени.

В. Богомолов не мог не написать о мальчике одиннадцати лет, ожесточенном и видевшем казнь своих родных, презиравшем их губителей до такой степени, что уже не думал о себе и не берег себя, занимаясь профессиональной разведкой, принося донесения о боевой силе противника.

Начальник разведки дивизии заботится о судьбе мальчика. Каждый из разведчиков готов усыновить парнишку, хотя знают его норов и вспыльчивость, уговаривают мальчика ехать в Суворовское училище, ничего для него не жалеют.

Случайно встретившись с мальчиком, живущим под чужим именем, одетым в старенькую одежонку беженца, чтобы не привлечь внимания фрицев, маленьким, худеньким, но непреклонным в своем желании мстить, лейтенант Гальцев не может о нем не думать, не может забыть, как тот перевозил его на другой берег реки, занятый немцами. «Этот патруль — на том берегу — должен был пройти на полчаса позже. Значит, или немцы сменили режим охранения, или мы что–то напутали. А мальчишка в любом случае может поплатиться жизнью. У нас же все было рассчитано по минутам… Ему нужно пройти более пятидесяти километров. Из них около двадцати он должен сделать до рассвета. И на каждом шагу можно напороться. А сколько всяких случайностей!»

Лишь в Берлине, перевозя немецкий архив, Гальцев случайно узнает из донесения о судьбе мальчика:

«При задержании русский школьник, лежавший в снегу и наблюдавший за движением эшелонов, оказал яростное сопротивление, прокусил полицаю руку и был доставлен в полицию. На допросах держался вызывающе: не скрывал своего враждебного отношения к немецкой армии и Германской империи. Расстрелян 25.12.43».




О ПРИРОДЕ И ЖИВОТНЫХ








Александр Иванович Куприн


(1870–1938)





А.И. Куприн


А.И. Куприн родился в небогатой чиновничьей семье в Пензенской губернии. Его отец был письмоводителем в канцелярии мирового посредника, мать происходила из обедневшего древнего рода татарских князей. Детство и юность А. Куприна прошли в Москве, куда привезла его мать после смерти мужа. С шести до десяти лет Александр воспитывался в сиротском Разумовском пансионе, потом десять лет провел в закрытых военных учебных заведениях.

Первый рассказ писателя — «Последний дебют» — был опубликован в 1889 году.

После окончания Александровского училища А. Куприн служил в провинциальных городах, где узнал будничную жизнь царской армии. В эти годы им были написаны повесть «Впотьмах», некоторые рассказы. В 1894 году А. Куприн оставил военную службу и переехал в Киев, став профессиональным литератором.

Служба в армии дала ему сюжеты для создания очерков «Киевские птицы» (это психологические этюды с постановкой острых нравственных и философских вопросов), а также для автобиографической повести «Кадеты» и для повести «Поединок» (1905 г.).

Впечатления от поездки по заводам Донецкого угольного бассейна, от работы на одном из этих заводов отразились в повести «Молох», в которой звучит тема развития российского капитализма. Но на фоне этой темы развертывается сюжет человеческих отношений. В следующей повести — «Олеся» — А. Куприн предстает писателем–гуманистом, замечательным художником, воспевающим чистую возвышенную любовь.

В начале XX века Куприн познакомился с А.П. Чеховым и А.М. Горьким, вошел в книгоиздательское товарищество «Знание», но в годы реакции, разразившейся после 1905 года, он отошел от писателей — «знаньевцев». В предоктябрьское десятилетие А. Куприн создал такие значительные произведения, как «Изумруд», «Суламифь», «Гранатовый браслет». Будучи противником насилия, писатель не смог принять октябрьский переворот, покинул Россию, в эмиграции жил в Париже. В 1937 году Куприн возвратился на Родину.

Животных А.И. Куприн всегда очень любил, они жили в его доме, он посвятил им много рассказов, к примеру, рассказ «Ю-ю» о домашней кошке, редкой красавице, которая являлась предметом зависти любителей; рассказ «Изумруд» о коне, несравненном пегом рысаке; рассказ «Белый пудель» о судьбе собаки бродячих артистов; рассказ «Сапсан» о сенбернаре, изволившем самостоятельно рассказать о себе и своих взглядах на мир.

Описание природы и животных в произведениях Куприна присутствует обязательно. Это позволяет полнее раскрыть характер героя (в повести «Олеся» главную героиню невозможно понять, не видя вокруг нее леса, болота, трав, деревьев, птиц). Детали, связанные с описанием природы и животных, определяют ситуацию (в повести «Гранатовый браслет» описанию подарка — присланного браслета — предшествует описание рыбы — морского петуха, чешуя которого отливала золотом, плавники были ярко–красного цвета, сам он слишком велик для лоханки и непредсказуемым поведением пугает княгиню и ее сестру).

Автор любовно и с большим знанием дела повествует в рассказе «Листригоны» о рыбах Черного моря и об улове черноморских рыбаков. Ловля макрели и белуги становится смыслом жизни балаклавских листригонов, темой их разговоров.

«Рыбы говорят между собой — это всякий рыбак знает. Они сообщают друг другу о разных опасностях и человеческих ловушках, и неопытный, неловкий рыбак может надолго испортить счастливое место, если выпустит из сетей рыбу».

Удивительную лекцию о драгоценных камнях предлагает читателю Куприн в повести «Суламифь». Это настоящий поэтический трактат по минералогии:

«Посмотри, Суламифь, на эти сапфиры. Одни из них похожи цветом на васильки в пшенице, другие на осеннее небо, иные на море в ясную погоду. Это камень девственности — холодный и чистый. Во время далеких и тяжелых путешествий его кладут в рот для утоления жажды. Он также излечивает проказу и всякие злые наросты. Он дает ясность мыслям. Жрецы Юпитера в Риме носят его на указательном пальце».

Говоря о кошке в рассказе «Ю-ю», автор упоминает и других животных, пишет о том, как чистоплотны и умны оклеветанные свиньи, как вороны на пять способов обманывают цепную собаку, чтобы отнять у нее кость. Но основное внимание он уделяет рассказу о привычках и характере пушистой красавицы — кошки. Хозяин должен был повиноваться короткому «муррм», чтобы открыть дверь, пустить воду… Другом и одновременно мучителем Ю-ю выступает молодой человек четырех лет. Когда он серьезно заболевает, то кошку к нему не пускают. Тогда она укладывается, как собака, на голом полу у двери и так лежит «все эти черные дни, отлучаясь только для еды и кратковременной прогулки». Эта кошка даже собирается говорить по телефону, прекрасно разбирается в людях и очень привязывается к своим хозяевам. Добрый тон повествования автора трогает читателей и наводит на воспоминания о дорогих их сердцу четвероногих друзьях, об их удивительных способностях и талантах.




Каштанка

Интонации рассказов о животных А.И. Куприна близки интонациям А.П. Чехова в рассказах «Каштанка» и «Белолобый». Легкий юмор повествования создает атмосферу доброжелательности, читатель разделяет умиление автора, понимает психологию поведения животного. К примеру:

«Каштанка виляла хвостом и решала вопрос: где лучше — у незнакомца или у столяра? У незнакомца обстановка бедная и некрасивая, у столяра же вещей много, стружек на полу целый ворох. У незнакомца не пахнет ничем, у столяра же в квартире… великолепно пахнет клеем, лаком и стружками». Собака тоскует по старым хозяевам, несмотря на то что новый хозяин ласков с ней, досыта кормит, «ни разу не крикнул: «Пошла вон, треклятая!» Постепенно собака привыкает к тому, что зовут ее не Теткой, а Каштанкой, что в квартире живут еще гусь, кот, а сапоги хозяина пахнут лошадью, она научилась стоять и ходить на задних лапах, прыгать сквозь обруч, бегать на корде, хватать сахар, плясать, ездить верхом на коте, но, «засыпая, она всякий раз чувствовала, что… пахнет клеем, стружками и лаком». Из тощей костлявой дворняжки она превращается в сытого холеного пса, но, услышав на цирковом представлении голос прежнего хозяина, бросает всё и бежит к нему. Так заканчивает свой рассказ А. Чехов.

Подобная история на самом деле произошла с артистом Дуровым, ему пришлось даже судиться со столяром из–за собаки. Артист предложил прежнему хозяину собаки деньги, но тот стал колебаться. Судья, поняв, что прежний хозяин вовсе не привязан к собаке, а, наоборот, имеет корыстный интерес, решил дело в пользу Дурова.

Автору же художественного произведения необходимо было убедить читателя в том, что собачья верность и преданность не зависят от условий жизни, от сытости и комфорта. Психология у собаки своя, и жизненные ценности у нее тоже свои: в тяжелую минуту она идет посмотреть, цела ли куриная лапка, которую украла она у кота Федора Тимофеевича. «Очень может быть, что хозяин нашел ее и скушал». Но лапка оказалась цела, и Каштанка успокоилась.

А.П. Чехов — великолепный знаток психологии не только человека, но и животного, поэтому читатель верит этой истории и с улыбкой прощает собаке все ее «прегрешения».




Иван Алексеевич Бунин


(1870–1953)





И.А. Бунин


Родился И.А. Бунин в Воронеже в старинной разорившейся дворянской семье, детство и раннюю юность провел на хуторе Бутырки Елецкого уезда Орловской губернии. Осенью 1881 года он поступил в Елецкую гимназию, но проучился там всего четыре года, после чего продолжал образование дома под руководством старшего брата Юлия, окончившего университет и высланного на родину за участие в народовольческом движении.

Литературная деятельность И.А. Бунина началась, когда ему не было еще семнадцати лет, но сам писатель считал началом серьезной литературной работы публикацию рассказа «Танька». Лирический характер носили первые рассказы, вошедшие в сборник «На край света», особая литературная манера творчества И.А. Бунина нашла отражение в его рассказе «Антоновские яблоки», а также в стихотворениях.

В начале XX века вышла повесть И.А. Бунина «Деревня» с противоречивыми размышлениями автора о судьбе России в период реакции (после революции 1905 года).

Являясь прекрасным мастером слова, Бунин рисовал в своих произведениях такую картину современной ему действительности, которая убеждала читателя в мысли, что так жить дальше нельзя.

В прозе Бунина всегда было сильно музыкальное, ритмическое начало. Наиболее отчетливо ритм чувствуется в зрелых произведениях Бунина, к примеру, в рассказе «Господин из Сан—Франциско».

В октябре 1917 года писателя ужаснул разгул слепых стихийных разрушительных сил, и в 1918 году он уехал сначала в Константинополь (Стамбул), а затем во Францию. Жизнь в эмиграции оказалась трудной, порой бывала даже мучительной, но Бунин продолжал писать о России, создал автобиографический роман «Жизнь Арсеньева».

В 1933 году Бунин стал нобелевским лауреатом.

В годы Второй мировой войны, живя на юге Франции — в Граасе, писатель отвергал все предложения оккупировавших Францию фашистов сотрудничать с ними, с радостью следил за победами советских войск.

По окончании войны, вернувшись в Париж, Бунин встречался в 1946 году с советским писателем К. Симоновым, который посетил Францию, в беседах с ним восторженно отзывался о поэме А. Твардовского «Василий Тёркин», о рассказах К. Паустовского.

Последний сборник И.А. Бунина «Темные аллеи» посвящен любви, это лучшие страницы его творчества, рассказы в сборнике лиричны и удивительно трогательны, по композиции они перекликаются с ранним рассказом «Антоновские яблоки».

Особым взглядом смотрит автор на окружающий его мир природы, вспоминает впечатления детства, прохладный осенний воздух, запах яблок, молочный туман…

«…Вспоминается мне ранняя погожая осень. Август…» — начало рассказа задается как музыкальная тема, потом следует ее развитие. Эта формула — «вспоминается мне» — повторится во второй части рассказа. Похожая — «вот я вижу» — будет присутствовать в третьей и четвертой частях. Исследователи характеризуют четырехчастную композицию «Антоновских яблок» и определяют жанр произведения как сонату.

От первой к четвертой части прослеживается изменение природы — от летнего августа к осеннему ноябрю, рассказ начинается колоритной картиной сбора яблок, а кончается эпизодом печального пиршества зимней ночью. Бунин с его обостренной памятью ностальгически рисует разорение «дворянских гнезд», выветривание запаха антоновских яблок из русских помещичьих имений.

«Запах антоновских яблок, запах меда и осенней свежести» ощущается особенно сильно и остро в первой части.

Во второй части читатель попадает сначала в Выселки, где узнает, что «ядреная антоновка» — в урожае, потом он знакомится с запущенным садом Анны Герасимовны, славившимся своими яблоками, с ее домом, где стоит запах яблок и где яблоками угощают.

В третьей части рассказа описывается сад в усадьбе Арсения Семеныча Тарасова в пору ветра и дождя, когда он выходит из «трепки» почти совсем обнаженным, засыпанным мокрыми листьями и каким–то притихшим, «смирившимся», но по–особенному красивым в конце ноября. «Черный сад будет сквозить на холодном бирюзовом небе и покорно ждать зимы, пригреваясь в солнечном блеске». Автор найдет «в мокрой листве случайно забытое мокрое яблоко, и почему–то оно покажется необыкновенно вкусным, совсем не таким, как другие».

Четвертая часть начинается с горького сожаления автора: «Запах антоновских яблок исчезает из помещичьих усадеб. Эти дни были так недавно, а меж тем мне кажется, что с тех пор прошло чуть не целое столетие». Сад здесь — «озябший за ночь, обнаженный», жизнь у мелкопоместного хозяина — нищенская, но и она, по Бунину, «хороша». Эту «эпитафию», поэму «запустения», не стоит сводить к одной лишь идее угасания, умирания. Жизнь, по мнению автора, всегда несет в себе особый аромат, остроту, свежесть. В запущенности сада своя особая поэзия, поэтому смысл композиций «Антоновских яблок» не только в скором угасании, но и в поэзии угасания.

Бунин наблюдает не за социальными, а скорее за природными основами деревенской жизни; патриархальность ее устоев вызвана близостью к природе. Поэтому дворянский уклад жизни и образ жизни зажиточного крестьянина не противопоставляются, а сопоставляются: «…Склад средней дворянской жизни имел много общего со складом богатой мужицкой жизни по своей домовитости и сельскому старосветскому благополучию». Исследователи предпочитают говорить об изображении Буниным не дворянской или крестьянской жизни, а деревенской, дворянско–крестьянской жизни.

Пройдет время, и Бунин будет горько и желчно говорить в повести «Деревня» (1910 г.) о нелепице и противоречиях деревенской жизни, но это будет результатом другого опыта, другого времени, другого подхода. «Флер воспоминаний» в «Антоновских яблоках», как это часто бывает в человеческой жизни, определяет все. Рассказ и построен по прихотливому закону человеческой памяти.




Михаил Михайлович Пришвин


(1873–1954)





М.М. Пришвин


«Открывая его книги, мы идем по волшебному мосту между Природой и Человеком и пьем из родника Радости», — отзывался о творчестве М.М. Пришвина писатель, журналист и исследователь Василий Песков. Мудрые книги Михаила Пришвина, в которых он выступает как «певец природы», продолжают удивлять, радовать и волновать читателей.

М.М. Пришвин родился в 1873 году в Елецком уезде Орловской губернии. Его детство и юность прошли в купеческой семье, в небольшом имении отца. Сельская школа, Елецкая классическая гимназия, Тюменское реальное училище, химико–агрономическое отделение Рижского политехникума — вот ступени образования будущего писателя. В конце XIX века, в годы революционного подъема М. Пришвин становится активным участников социал–демократического кружка, попадает под гласный надзор полиции. Но в начале XX века Пришвин постепенно отходит от политической деятельности и целиком посвящает себя агрономической работе. В 1900 году он уезжает в Германию, поступает в Лейпцигский университет на агрономическое отделение философского факультета. С 1902 года Пришвин усиленно трудится в Петровской сельскохозяйственной академии в Москве, сотрудничает в различных агрономических журналах.

В 1906 году он отправляется в лесной северный край — в Олонецкую губернию. Желание окунуться в атмосферу природного, естественного мира, слышать русский говор, изучать словесное богатство русского народа родилось еще в детстве, когда он слушал сказки своей бабушки и старой няни, рассказы простых крестьян.

Уже в первой книге М. Пришвина «В краю непуганых птиц» проявился его талант открывать в простых людях сокровища мудрости и высокой нравственности, благородство и чистоту души. Охотник Мануйло, талантливый исполнитель былин Григорий Андрианов, известная всему северному краю плакальщица Степанида Максимовна — ко всем этим людям писатель относится с большой любовью, сочувствием, симпатией. Первые произведения Пришвина полны сказочных образов, написаны в сказочной или фольклорной манере. Народность рассказов писателя нашла яркое выражение в словесной ткани произведений, в их форме, поражала современников — Ф. Шаляпина, А. Блока. В 1912 году в издательстве «Знание» вышло первое трехтомное собрание сочинений М. Пришвина.

Очерки, рассказы, путевые заметки открывали новые грани таланта писателя, тяготевшего к философско–лирическому осмыслению описываемых явлений. Цикл миниатюр «Родники Берендея» запечатлел прекрасную русскую природу и людей, близких к ней. «Ни у кого не находил я такой всеохватывающей, пронзительной и ликующей любви к земле нашей, ко всему ее живому… ни у кого, как у Вас», — отмечал М. Горький в письме к М. Пришвину.

От малой формы писатель постепенно перейдет к повестям, роману–сказке «Осударева дорога», философскому произведению, авторской исповеди Пришвина. Полны философских раздумий «Дневники» писателя.

Поэтические повести «Женьшень», «Журавлиная родина», очерк «Дорогие звери», сборник «Зверь–бурундук», цикл рассказов «Лисичкин хлеб», «Золотой луг», поэтическая миниатюра «Лесная капель», поэма в прозе «Фацелия» и другие произведения принесли М. Пришвину широкое признание детской и взрослой читательской аудитории.

Для М. Пришвина важно не только открыть новое явление в природе, описать его, ему необходимо раскрыть смысл этих явлений, донести его до читателя так, чтобы он слился с ним. Подтекстом большинства изображений М. Пришвиным природы стало разрешение проблем философского и этического характера.

Пришвинская «солнечная кладовая» хранит еще многое, неизданное и непрочитанное; это школа мастерства, высокого и глубокого постижения мира. К. Паустовский утверждал: «Если бы природа могла чувствовать благодарность к человеку за то, что он проник в ее тайную жизнь и воспел ее красоту, то прежде всего эта благодарность выпала бы на долю писателя Михаила Михайловича Пришвина».

В сборник «Родная земля» вошли рассказы «Кладовая солнца», «На Дальнем Востоке», «Колобок», «Кавказские рассказы», «Лесная капель».

О приключениях на Блудовом болоте героев рассказа «Кладовая солнца» Митраши и Насти, наверное, многие знают. А вот рассказы о Дальнем Востоке, где на тысячи километров раскинулась тайга, где в Японском море есть маленький остров Фуругельм, на котором живут голубые песцы, где есть питомник пятнистых оленей, пожалуй, стоит напомнить.

Узенький мыс, протянувшийся к морю, был поперек перегорожен сеткой, преграждавшей пятнистым оленям путь в тайгу. За ними наблюдали с Туманной горы те, кто должен был охранять ценных животных от хищников — от леопардов, волков и орлов. И вот однажды наблюдатели увидели, как мать–олениха стала защищать молоденького олененка от огромного орла, камнем бросившегося вниз на жертву. Смелая мать схватилась с громадной птицей и «встала на задние ноги против детеныша и передними копытцами старалась попасть в орла». И попала! Острое копытце ранило хищника, и тот едва оправился в гнезде. Красивые скалы, где когда–то было гнездо орла, с тех пор называют Орлиным гнездом.

А почему у оленей на спинках белые пятнышки? И это можно узнать. Сама природа помогает этим ценным животным сохранить себя: белые пятна в солнечный день выглядят словно солнечные зайчики — так им легче затаиться, когда высматривает свою добычу хищный зверь.

Наблюдательный, пытливый автор рассказов о животных поведал читателю и о том, что именно помогает оленям держаться всем вместе, когда что–либо угрожает их жизни и им приходится мчаться от врага. Дело в том, что сзади, возле хвоста, у оленя имеется «большой белый кружок, вроде салфетки». Вот это–то белое пятно и есть предупреждающий знак. «Один олень заметит врага, бросится, покажет белое пятнышко и спасает другого, а этот спасает третьего, и все вместе приходят в безопасные места». А помог догадаться обо всем писателю маленький бурундучок, напугавший однажды молодую олениху.

Пятнистые олени «так красивы, что по–китайски называются «олень–цветок». Каждый олень имеет свою кличку: Пискунья, Манька, а самый забавный и добрый олененок награжден смешным прозвищем — Кастрюлька. Родился он в диком стаде и в первые же дни попал к людям. Кормили его коровьим молоком, которое держали в кастрюльке. Нальют молоко в бутылочку и подносят ко рту. Но олененок пил прямо из кастрюльки, за что и получил такое имя.

Вот такие занимательные, удивительные рассказы у М. Пришвина о природе и животном мире Дальнего Востока!




Евгений Иванович Носов


(1925–2002)





Е.И. Носов


Е.И. Носов родился в 1925 году в селе Толмачево под Курском. Вскоре семья переехала в Курск, но каждое лето мальчик проводил у бабушки в деревне. Грянула Великая Отечественная война, и Е. Носов стал солдатом–артиллеристом. На подступах к Кенигсбергу был тяжело ранен. После окончания войны жил в Средней Азии, а в 1951 году вернулся в родной Курск. Работал художником–ретушером в комсомольской газете «Молодая гвардия». В 1957 году в сборнике молодых писателей был опубликован его первый рассказ «Радуга», давший название всему альманаху. В 1958 году вышла его первая книга рассказов «На рыбачьей тропе». Затем Е. Носов поступил на высшие литературные курсы при Литературном институте им. М. Горького. Его рассказы стали появляться в столичных литературных журналах. Вскоре пришла известность, которую ему принесли книги «Тридцать зерен», «За долами, за лесами», «Где просыпается солнце». Теме Великой Отечественной войны посвящены его рассказы «Красное вино победы», «Шопен, соната № 2», а также повесть «Усвятские шлемоносцы».

Необычно воспринимается повествование Е. Носова о природе, животных, птицах, простых людях, умеющих понять окружающую тайну леса, неба, болота.

К примеру, в рассказе «Евсейка» говорится о мальчонке, желающем догнать радугу и въехать в огромные радужные ворота. И не хочется Евсейке верить, что догнать нельзя радугу ни на машине, ни на реактивном самолете.

Другой мальчонка на вопрос, о чем он мечтает, признается, что хочет поглядеть, как солнце просыпается.

Главный герой рассказа «Белый гусь» — адмирал всего деревенского гусиного племени. Это гордый, надменный хозяин всей округи. Он сам выхаживает гусят, так как гусыню машина переехала, он спасает их от внезапно обрушившегося страшного града, закрыв собой «одуванчиков», и погибает. «Он лежал, раскинув могучие крылья и вытянув по траве шею. Серый немигающий глаз глядел вслед улетавшей туче. По клюву из маленькой ноздри сбегала струйка крови. Все двенадцать пушистых «одуванчиков», целые и невредимые, толкаясь и давя друг друга, высыпали наружу. Весело попискивая, они рассыпались по траве, подбирая уцелевшие градины».

Благородство и самоотверженность гусака — не метафора. Писатель считает, что эти черты характера свойственны птице. Так же, как у другого представителя птичьего племени есть в характере азарт, задиристость.

Интересен рассказ «Как патефон петуха от смерти спас». Читатель узнает, что во время весенних ночных заморозков обморозило петуху всю голову, да так сильно, что бабушка решила:

— Пропал петух! Надо зарезать. Все равно сдохнет.

«В горле у Витьки заскребло, глаза часто–часто замигали». Решено было подождать. Петуху смазали гребень и бороду гусиным жиром, насыпали пшена, устроили под печкой. Но и на следующий день петуху лучше не стало, глаза его «смотрели тускло и безразлично». По случаю морозов занятий в школе не было. А к Витьке заявился приятель Колька, и вместе они смотрели книжки, почтовые марки, играли в «Конструктор», а потом завели пластинку с баснями Крылова: «Лягушка и вол», «Кукушка и петух»… Из трубы патефона вылетало то кукареканье, то разнеженное кукование. «Петух на пластинке вдруг охрип и начал орать каким–то кошачьим голосом». Завели еще раз и опять услышали кукареканье. На это отреагировал живой петух из–под печки. Он «выпятил грудь и сделал навстречу патефону два предупреждающих шага. Вот ведь воинственная птица! Даже с распухшей головой и заплывшими глазами петух не мог стерпеть, чтоб противник нагло горланил, спрятавшись в этом ящике».

Петух готов был налететь на патефон, но, услышав осипший хрип противника, замахал крыльями, закукарекал, важно стал собирать раскатившееся по полу зерно.

Витькиной радости не было предела.

— Вот черт! Оттаял–таки, — ликовал он.

Природа и животные в рассказах Е. Носова неотделимы от людей. Человек видит рядом с собой братьев наших меньших, радуется дружбе с ними (как в рассказах о хитрюге–ежике или слепом охотничьем псе Чанге), печалится их гибели. В рассказе «Усатый» речь идет о кузнечике–музыканте, поющем крылышками. Он живет в спичечном коробке у Вовки и радует своего хозяина пением. В ту же коробку подсадили саранчу, она–то кузнечика и съела. «Сколько было огорчений! И кто бы мог подумать, что на дне музыкальной шкатулки произойдет такое злодейское убийство ее маленького веселого хозяина».




Гавриил Николаевич Троепольский


(1905–1995)





Г.Н. Троепольский


Г.Н. Троепольский родился на Черноземье — на Воронежской земле — и оставался верен этим краям всю жизнь. Сам он объяснял, что стал писателем под влиянием своего школьного учителя Г.Р. Ширмы, впоследствии народного артиста РСФСР.

Закончив обучение в сельскохозяйственном училище, Троепольский некоторое время преподавал в сельской школе в родной Воронежской губернии. После напряженного трудового дня молодой учитель записывал свои впечатления — тут были и охотничьи зарисовки, и портреты односельчан, и заметки крестьянского быта. Но все это не планировалось для печати, просто «рука чесалась», как объяснил потом Г.Н. Троепольский.

Однако «литература звала», и в 1953 году он послал в журнал «Новый мир» свои очерки под названием «Записки агронома». А.Т. Твардовский поддержал произведение смелого и даровитого автора, не юного годами. Памяти Александра Трифоновича Твардовского посвятил Троепольский свою повесть «Белый Бим Черное ухо», которая стала самым читаемым, самым любимым произведением этого автора. Уже не одно поколение юных читателей несет в душе образ Белого Бима.

Черноухий сеттер долго и тщетно ищет своего исчезнувшего хозяина, и в этих скитаниях одни люди преследуют его, а другие помогают, стараются выручить из беды. Все они очень точно очерчены в повести, оказываются будто запечатлены моментальной фотографией. Перед читателями проходят человеческие лица с их запоминающимися чертами, своеобразными судьбами. В них, в этих человеческих характерах, в их столкновениях — главное содержание повести. Бим объединяет все эпизоды, потому и названо произведение его именем: именно с его помощью «писатель нашел совершенно неожиданный угол зрения на, нашу жизнь».

Бим как бы проверяет каждого встреченного им персонажа на человечность. Характер Тетки в столкновении с Бимом раскрывается просто и убедительно — когда Бим не подал ей лапу даже по просьбе хозяина, она, написавшая жалобу на собаку, выдала себя с головой:

«Ты ж меня оскорбил! Какая–то паршивая собака меня, советскую женщину, ни во что ставит! Подожди!»

И хотя в этот раз Тетке не верят и не дают ей в обиду собаку, но впоследствии она все же не пускает обессилевшего, голодного пса в подъезд, сдает его в железный фургон собачникам.

Другой персонаж — мальчик Толик — лечит Бима, выхаживает его, гуляет с ним по вечерам. Родители Толика «страшно устают». «Маме всегда некогда: то прачка приходит, то полотеры, то телефон звонит без конца — никогда ей нет покоя». Даже времени на собственного сына не хватает.

Встречается Бим и с горе–охотником Климом, озлобившимся на собаку из–за упущенного зайца и с размаху ударившим ее громадным сапогом в грудь снизу. Бим теряет веру в добрых людей из–за таких, как Клим, Серый — отец Толика, Тетка. Но помнит пес своего прекрасного хозяина Ивана Ивановича и ищет его до последнего вздоха. Любопытно, что повествование в книге идет и от лица собаки, и от лица Ивана Ивановича, и, наконец, от самого автора, это дает возможность представить не только поведение, но также и размышления и переживания белого сеттера.

В 1966 году Г. Троепольский опубликовал очерк «О реках, почвах и прочем» — предупреждение об угрозе экологических катастроф.

Книга о Биме также является предупреждением читателю об угрозе очерствления души человека, обижающего четвероногого друга.




Виталий Валентинович Бианки


(1894–1954)





В.В. Бианки


Родился В.В. Бианки в Петербурге, в городе, одетом в камень, с его большими, каменными домами, булыжными мостовыми, закованной в гранит рекой. Отец Виталия был ученым — хранителем коллекций Зоологического музея, потом он заведовал орнитологическим (птичьим) отделом музея. В доме постоянно находились клетки с птицами, аквариумы с рыбами, в террариумах жили черепахи, ящерицы, змеи. Вся семья была в курсе музейных проблем и событий, сыновья часто бывали в музее и хорошо знали его. Каждую весну каменный город отпускал семью на дачу на берег Финского залива в Лебяжье. Виталий с удовольствием погружался в лесной мир. Отец со знанием дела показывал его сыновьям, много рассказывал о нем, учил терпеливо наблюдать и записывать свои наблюдения. Впоследствии Виталий Бианки вспоминал: «Оставшихся жить у нас зверюшек и птиц кормила мать, и они быстро ручнели. Больше всех мне полюбилась в детстве ручная желтенькая овсянка и две молоденькие косульки — козел и козлушка».

Недалеко от Лебяжьего был высокий песчаный берег Финского залива со множеством гнезд ласточек–береговушек. Там и наблюдал Виталий Бианки героев своих будущих рассказов: маленькую Береговушку и воробьишек Чика и Чирику. Среди «Сказок зверолова» у Бианки есть рассказ «Водяной конь» — о том, как горе–рыболов заставил плывущего лося буксировать его к берегу. Похожий случай произошел на самом деле в Лебяжьем со знакомым рыбаком. С этими же местами связаны рассказы «Одинец», «На Великом морском пути», «Уммб!», «Чайки на взморье» и другие. .

Поездки по стране давали пищу для написания новых рассказов и повестей. На Черном море В. Бианки бывал несколько раз. Выжженный солнцем степной аул, гроза в горах, жадный торговец, нищий храбрый джигит встретятся читателю в романтической повести «Черный сокол», рассказывающей историю безумной погони за соколом.

Больше всего потрясла В. Бианки природа Алтая. Там он провел четыре трудных, но счастливых года. Жил в Бийске, преподавал в школе биологию. Тяжело приходилось с питанием, дровами, случались болезни, но были молодость, жажда жить и совершать открытия.

Оказавшись в Новгородской области, В. Бианки подружился с юннатами, и через двадцать лет он рассказал об этом кружке в «Клубе колумбов». Вместе со своими юными друзьями он открывал для себя в Новгородской области неисследованную страну, изучал ее сам и страстно призывал всех заниматься краеведением.

В первый год Великой Отечественной войны Виталий Бианки с семьей эвакуировался на Урал. В 1943 году в одном из писем он пишет: «Человек должен жить страстью, напрягающей его душу. Но сил нет, простых физических сил.

На днях был на «перекомиссии». Опять выстукивали, выслушивали, качали головой. Оставили в прежней категории: нестроевщина».

Главной книгой для В. Бианки была «Лесная газета». Он «растил» ее с 1924 года до конца жизни. Названия статей в «Лесной газете» точные и остроумные: «Спроси у медведя», «А мы их перехитрили», «С поросенком на волков» и другие.

В книге один из разделов назывался «Тир», и содержал он призыв: «Бей ответом прямо в цель». Вопросы этого раздела, к примеру, были такие:

— Какой снег быстрее тает — чистый или грязный?

— Какая лесная птица весной резко меняет оперение?

— Слепыми или зрячими рождаются зайчата?

Ответы на них можно было найти в конце книги. А встречались в ней еще и лесные загадки:

«Мету–мету — не вымету; несу–несу — не вынесу. Время придет — сама уйдет».

Писатель и натуралист слились в этой книге воедино. К работе над ней привлекались и молодые художники, среди них были Чарушин и Курдов. Евгений Чарушин первым иллюстрировал повесть В. Бианки «Мурзук», и это определило на всю жизнь его путь в искусстве не только как художника–анималиста, но и как писателя.

От юннатов над книгой работал Н. Сладков. С огромным желанием В. Бианки помогал ему стать профессионалом.

В 50&#8209;х годах XX века из учеников В. Бианки собралась группа писателей, знающих и любящих природу, — «Могучая кучка», как их еще называли. Они стали готовить ежемесячные радиопередачи для детей о природе. Назывались эти передачи сначала «Лесные были и небылицы», а потом — «Вести из леса». Среди помощников В. Бианки был и Э. Шим, создавший свои чудесные сказки–монологи, вошедшие в книгу «Цветной венок».

В. Бианки писал о своей работе: «Одна у меня была и осталась цель, одно желание, страстное, неудержимое: рассказывать, рассказывать, рассказывать, кричать, петь людям о радостях той жизни, о которой они забывают, мимо которой проходят равнодушно, считая ее чем–то лишним в своей жизни…»

Портреты своих любимцев он нарисовал ласковыми и нежными словами: «Жил у нас с бабушкой летом снегирушка. Грудка розовая, как кисель. Ручной совсем. Такой милушка! И очень музыку любил. Заведешь патефон — он сейчас насвистывать». («Снегирушка–милушка».)

Сколько познавательного и удивительного в его нехитрых рассказах — «Сумасшедшая птица», «Голубые лягушки», «Муха и чудовище».

Чем больше будет удивляться читатель, тем вероятнее, что он сам захочет понаблюдать и увидеть обитателей животного мира, стать «переводчиком с бессловесного». Так называл своих авторов–рассказчиков о природе сам Виталий Бианки.




ИСТОРИЧЕСКИЕ СТРАНИЦЫ








«Слово о Полку Игореве»

«Слово о полку Игореве» — удивительный памятник литературы Древней Руси, созданный в XII веке. Это произведение было найдено в XVIII веке. Текст его требовал перевода с древнерусского языка, осмысления и сопоставления с исторической обстановкой того времени. Трудно было бы перечислить все построчные (дословные) и поэтические переводы этого литературного памятника. Исследователи и переводчики стремились дать правильное прочтение и представить современному читателю великую поэму Древней Руси. Переводили «Слово о полку Игореве» граф Мусин—Пушкин, В.А. Жуковский, А.Н. Майков, К.Д. Бальмонт, И.П. Еремин, Ал. Югов, Н. Заболоцкий, Д.С. Лихачёв, Н.И. Рыленков, А. Чернов, И. Шкляровский.

. Споры вокруг него ведутся по сей день. Один из самых обсуждаемых вопросов: кто был автором поэмы? Важно также понять, как неизвестный автор «Слова…» относится к походу князя Игоря. Широкий взгляд автора на события говорит о том, что его волнуют интересы Родины, а не честь князей.

Спорят также и по поводу того, каковы были последствия похода Игоря для Русской земли. «Стенанье пронеслось по Русской земле», «застонал Киев от горя, а Чернигов от напастей», «а князья сами на себя крамолу куют, а поганые с набегами набегают на Русскую землю, дань беря по белке от двора». Но если поэма содержит упрек князьям, жаждущим славы, а не единства земли Русской, то почему же князь Игорь прощен автором и страной, почему Русь не проклинает виновника бедствий, а сочувствует ему, даже славит его в финале произведения? Основным побуждением к походу для Игоря было желание защитить Русь. Он проявил мужество, верность брату в бою, попал в плен, где томился, тосковал и решился на побег. Д.С. Лихачев так комментирует исторические события, отраженные в поэме: «Одиннадцать дней пробирался Игорь до пограничного города Донца, убегая от погони. Приехав в родной Новгород—Северский, Игорь вскоре пустился в объезд — в Чернигов и Киев, ища помощи и поддержки, и всюду был встречен с радостью.

Так рассказывают о походе Игоря Святославовича летописи».





Авторы поэтических переводов поэмы желали запечатлеть ее красоту и передать художественные достоинства древнего текста. Особенно удавался поэтам эпизод с Плачем Ярославны, который вдохновил также многих художников и композиторов на создание шедевров.

В.А. Жуковский:

		Голос Ярославны слышится,
		на заре одинокой чечеткой кличет.
		«Полечу, — говорит, — кукушкою по Дунаю,
		Омочу бобровый рукав в Каяле–реке,
		Оботру князю кровавые раны на отвердевшем теле его».

К.Д. Бальмонт:

		Что за песня над Дунаем?
		Ярославнин слышен голос.
		Как безвестная кукушка,
		Кличет рано: «Полечу, мол,
		Я кукушкой по Дунаю,
		Омочу рукав бобровый я в реке
		Каяле быстрой.
		Раны я утру на князе,
		Кровь утру на теле сильном».





Н.А. Заболоцкий:

		«Над широким берегом Дуная,
		Над великой Галицкой землей
		Плачет, из Путивля долетая,
		Голос Ярославны молодой:
		«Обернусь я, бедная, кукушкой,
		По Дунаю–речке полечу
		И рукав с бобровою опушкой,
		Наклонясь, в Каяле омочу…»

Академик, специалист по древнерусской литературе, Д.С. Лихачев не только написал вступительную статью к «Слову о полку Игореве», но и сделал свой прозаический перевод. Роль Д.С. Лихачева в литературе и вообще в культуре России XX века трудно переоценить, как трудно переоценить подвиг безвестного автора «Слова о полку Игореве», призвавшего Русь к объединению для отпора врагам, а князей — к отказу от корысти и тщеславия: «Ибо сказал брат брату: «Это мое и то мое же». А поганые со всех сторон приходят с победами на землю Русскую».





Д.С. Лихачёв


«Если бы в современной России не было Дмитрия Сергеевича Лихачева, его следовало бы придумать. Как не может село без праведника, так и наше общество не может стоять и дышать без истинного интеллигента…» (писатель В. Астафьев).

Д.С. Лихачев (1906–1999) прожил нелегкую жизнь. Он родился в Санкт—Петербурге в 1906 году в семье служащих. Получил образование в Ленинградском университете. Доктор филологических наук, профессор, академик. В сталинские времена, в 1928 году, был репрессирован, провел четыре года в Соловецких лагерях и на строительстве Беломорско—Балтийского канала.

Д.С. Лихачев награжден многими орденами и медалями, ему присвоены всевозможные почетные звания, он опубликовал около 1500 работ, десятки книг, в числе последних — «Письма о добром и прекрасном», «Беседы прежних лет».




Николай Михайлович Карамзин


(1766–1826)





Н.М. Карамзин


Н.М. Карамзин — сын небогатого симбирского помещика, воспитанник иностранных пансионов, офицер столичного гвардейского полка — нашел свое истинное призвание, лишь выйдя в отставку и сблизившись с основателем «Типографской компании» Н.И. Новиковым. В 1789 году Н.М. Карамзин отправился путешествовать по странам Западной Европы. Поездка дала ему материал для написания «Писем русского путешественника». В русской литературе еще не было книги, которая так живо и содержательно рассказывала бы о быте и нравах европейских народов, о западной культуре.

Особую чуткость сердца, «чувствительность», Карамзин считал основным качеством, необходимым для писателя. Он явился основателем целого направления в русской литературе — «сентиментализма», образцами которого являются его повести «Бедная Лиза», «Наталья — боярская дочь».

Творчество Карамзина имело очень важное значение для развития литературного языка, который годился бы и «для книг, и для общества, чтобы писать, как говорят, и говорить, как пишут». Он упростил синтаксис, создал и ввел в употребление много новых слов (будущность, промышленность, общественность, влюбленность, человечный…), что было просто необходимо для того времени. Кстати, букву «Ё» тоже придумал Карамзин.

Против Карамзина выступали приверженцы старого слога — «архаисты» — во главе с А.С. Шишковым. Читающая публика начала XIX века следила за борьбой этих двух направлений, принимала чью–либо сторону.

Архаисты предлагали вместо заимствованных слов использовать славянские образования. Вместо слова «тротуар» они рекомендовали «топталище», вместо «фонтан» — «водомет», вместо «бильярдный кий» — «шаротык», вместо «целуй меня» — «да лобжет мя лобзанием».

Архаисты упрекали карамзинистов в вычурности стиля, пристрастии к изобилию стилистических украшений: «негоже им написать «лошадь», а «благороднейшее изо всех приобретений человека сие животное, гордое, пылкое»; вместо «рано поутру» — «едва первые лучи восходящего солнца озарили восточные края лазурного неба».

И хотя «новый слог» носил светско–салонный характер, автор пишет о тяготах крестьян как чувствительный барин. Н.М. Карамзин, по словам В. Белинского, впервые ввел в нашу литературу «жизнь сердца».

В 1803 году Карамзин, по его собственному определению, «постригается в историки». Последние двадцать три года своей жизни он. отдал грандиозному труду — созданию «Истории государства Российского». Смерть застала его за работой над двенадцатым томом, рассказывающим об истории Смутного времени. 31 октября 1803 года Александр I подписал указ об официальном назначении Карамзина «историографом».

Конечно, и до Карамзина писали русскую историю, но излагали ее столь тяжелым языком, что общество считало эти труды «специальными» и не интересовалось ими. «Древняя Россия, казалось, найдена Карамзиным, как Америка Колумбом», — определил молодой Пушкин труд нового историка, а позже посвятил своего «Бориса Годунова» «драгоценной для россиян памяти Николая Михайловича Карамзина». Карамзин считал, что таланта и знания недостаточно для этой работы, необходимо, чтобы историк питал «в себе желание всеобщего блага».

Сам Н.М. Карамзин жил в историческое. время: Отечественная война 1812 года, восстание декабристов в 1825 году. Несмотря на то, что Карамзину не пришлось воевать в народном ополчении, он одним из последних жителей оставил Москву 1 сентября 1812 года.

14 декабря 1825 года Карамзин, живший тогда в Петербурге, был болен, но, узнав о том, что на Сенатской площади собираются толпы, что войска отказываются присягать новому царю, историк вышел на улицу: он должен был видеть всё своими глазами. Когда восстание было разгромлено, началось следствие. Карамзина, близкого ко двору, поразила жестокость расправы над молодыми участниками событий. Он высказал царю свое мнение по этому поводу: «Заблуждения и преступления молодых людей суть заблуждения и преступления нашего века».

Современники были убеждены, что, если бы Карамзин не умер в мае 1826 года, приговор декабристам был бы не столь суров. Несмотря на то, что писатель не разделял их революционных взглядов, а прославлял монархию, говорил о ее необходимости, он одновременно желал оставаться честным историком. Поэтому не мог не сказать о тиранстве Ивана Грозного. Современников поражала смелость Н.М. Карамзина; его критиковали, но им и восхищались.

В главе V, описывающей жизнь князя Олега, его завоевания и его кончину, Н.М. Карамзин замечает: «Можем верить и не верить, что Олег в самом деле был ужален змеею на могиле любимого коня его, но мнимое пророчество волхвов или кудесников есть явная народная басня, достойная замечания по своей древности. Гораздо важнее и достовернее то, что летописец повествует о следствиях кончины Олеговой: народ стенал и проливал слезы. Что можно сказать сильнее и разительнее в похвалу государя умершего? Итак, Олег не только ужасал врагов: он был еще любим своими подданными».

А.С. Пушкин тоже воспользовался этим сюжетом, но он создал иное по замыслу произведение, с иными выводами — балладу «Песнь о вещем Олеге». Кудесник и князь в балладе — оба представители власти: один является представителем небесных сил, а другой представителем земной власти.

— Грядущие годы таятся во мгле;

Но вижу твой жребий на светлом челе, — вещает кудесник.

Поэт подробно рассматривает поведение князя, поверившего прорицателю, а потом усомнившегося в пророчестве:





— Кудесник, ты лживый, безумный старик!

Презреть бы твое предсказанье!

Вот тогда и сбывается пророчество: «Но примешь ты смерть от коня своего». Князь не обладает предвидением волхва, знающего волю небес: «И вскрикнул внезапно ужаленный князь».

Талант, данный от Бога, не подчиняется земной власти и выше ее. Поэт — это пророк, он указует и видит дальше земного владыки. Так старая легенда превратилась в утверждение высокой роли поэта.




«Песня про купца Калашникова»

Страницы истории русского народа интересовали М.Ю. Лермонтова, к ним он обращался и в юности в стихотворении «Песнь барда» (1830 г.), и позже, когда работал над поэмой «Боярин Орша», стихотворением «Бородино» и над «Песней про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова».

От мелкой, ничтожной жизни своих современников Лермонтов уходил в героическую пору истории царствования Ивана Грозного, об этом времени он рассказывает в «Песне про царя Ивана Васильевича…». Написана она белым стихом, без рифмы, по традициям песенного творчества XVI века. Зачином начинают гусляры–скоморохи свое исполнение: славят себя, свое творение. Их припевы мы слышим после каждой части:

		— Ай, ребята, пойте — только гусли стройте!
		Ай, ребята, пейте — дело разумейте!

Они же дают оценку всех произошедших событий и завершают произведение фольклорной концовкой.

В «Песне» сохраняется строй речи тех лет:

		— Ты наш старший брат, наш второй отец;
		Делай сам, как знаешь, как ведаешь,
		А уж мы тебя, родного, не выдадим.

Поэт использует архаическую лексику, историзмы (трапеза — общий стол для принятия пищи; пенный мед — сладкий опьяняющий напиток; стольники — слуги за царским столом; аргамак — порода верховых лошадей; охульники — кто срамит, позорит; тороватый — щедрый). Но главное, что привлекает Лермонтова, — мужественность, волевые, страстные, сильные характеры предков, русских людей той эпохи. Привлекает его купец Калашников, идущий на смертный бой за честь своей жены Алёны Дмитревны, за честь своей семьи, завещающий младшим братьям биться насмерть, если сам он погибнет. Привлекает Лермонтова также удалой боец опричник Кирибеевич, страстно полюбивший замужнюю женщину. Про него поэт пишет так:

		Сердца жаркого не залить вином,
		Думу черную — не запотчевать!
		***
		Как увижу ее, я и сам не свой:
		Опускаются руки сильные,
		Помрачаются очи бойкие…

Кирибеевич понимает, что замужняя женщина никогда не станет его женой «по закону христианскому». Он преступен, в своих ухаживаниях, сознает свою преступность, поэтому и погибает от руки законного супруга Алены Дмитревны — купца Степана Парамоновича Калашникова:

		Закачался, упал замертво,
		Повалился он на холодный снег,
		На холодный снег, будто сосенка…

Государь Иван Васильевич, устраивая потешные кулачные бои на Москве–реке, обещал:

Кто побьет кого, того царь наградит; А кто будет побит, тому Бог простит!

Но еще одно условие должно быть соблюдено в кулачном бою: убийство во время боя не должно быть намеренным. Поэтому государь и спрашивает:

		Вольной волею или нехотя
		Ты убил насмерть мово верного слугу,
		Мово лучшего бойца Кирибеевича?





Что стоило Калашникову слукавить и не признаться царю. Но в том–то и дело, что Степан Парамонович не только перед царем, но и перед Богом ответ держит, к тому же он горд, не робеет даже перед самим Иваном Грозным:

		Я убил его вольной волею,
		А за что, про что — не скажу тебе,
		Скажу только Богу единому.

Лермонтов прославляет справедливую государственную власть, когда закон оказывается для всех един. Государь грозит жестоко наказать виновника за совершение убийства по умыслу, и он казнит купца Калашникова, но за его ответ по совести обещает не оставить своей милостию его семью.

Решение государя не осуждается народом, но в памяти людской остались уважение и любовь к Калашникову:

		Пройдет молодец — приосанится,
		Пройдет девица — пригорюнится,
		А пройдут гусляры — споют песенку.

В названии произведения отразилось уважение автора к своим героям, главными он называет всех троих, что тоже соответствует традиции народной песни.




Лев Николаевич Толстой


(1828–1910)





Л.Н. Толстой


Во всем мире нет такой страны, где не знали бы и не ценили гениального русского писателя Льва Николаевича Толстого.

Он родился 28 августа (9 сентября) 1828 года в старинной графской семье, в Ясной Поляне — имении матери в Тульской губернии, где и провел большую часть своей жизни. Лев Николаевич получил аристократическое воспитание, неутомимо занимался самообразованием, так что с течением времени стал одним из образованнейших людей России. Но главная его сила заключалась не в обширности знаний, а в колоссальном художественном таланте и в принципиальной нравственной позиции. Очень рано Льва Николаевича начал мучить вопрос о том, что надо делать, чтобы жить по совести и по справедливости. Он ясно видел, сколько неправедных поступков совершают люди, особенно представители светского общества, и решил навсегда порвать с барской жизнью, чтобы приблизиться к трудовому народу. Лев Николаевич был глубоко убежден, что людям его круга есть чему поучиться у простого человека.

Поселившись в Ясной Поляне в 50&#8209;е годы XIX века, Л. Толстой начал работать над романом «Война и мир». К тому времени уже были опубликованы его повести «Детство», «Отрочество», «Юность», «Казаки», «Севастопольские рассказы», где отразились жизненные впечатления самого автора: годы, проведенные в родительском доме, осада Севастополя, война на Кавказе. Знаменитый писатель много сделал для крестьян, он открыл для их детей школу в Ясной Поляне, сочинил «Азбуку», басни, рассказы «Ученый сын», «Собака и ее тень», «Догадливый баран», «Волк и собака» и другие. И сегодняшние дети читают эти коротенькие и остроумные рассказики и учатся на примере их героев важным жизненным правилам: не задаваться, как городской сын, забывший грабли; не завидовать, как баран, чужой доле и чужому счастью.

В мировой литературе найдется немного писателей, которые могли бы сравняться с Толстым по силе художественного дарования, глубине мысли и возвышенности настроения. Лев Николаевич отразил самые разнообразные явления жизни — от самых сложных до самых простых. И всюду в его сочинениях проходит одна сквозная мысль: как строить человеческую жизнь, чтобы водворилось на земле Царство Божие. Своими сочинениями Лев Николаевич приобрел всемирную известность и славу учителя жизни. В Ясной Поляне побывало огромное количество посетителей из самых различных уголков земного шара. Всемирно известными стали его романы «Анна Каренина», «Воскресение», повести «Крейцерова соната», «Отец Сергий», «Смерть Ивана Ильича», статьи «В чем моя вера?», «О голоде», «Николай Палкин», «Не могу молчать».

Умер Лев Николаевич Толстой 7 ноября 1910 года и похоронен в своей родной Ясной Поляне, на краю Старого Заказа, где когда–то мальчиком Левушкой по совету старшего брата Николая искал «зеленую палочку», которая сделала бы всех людей счастливыми.

Когда вышла в свет первая повесть Л. Толстого «Детство», читающей публике стало понятно, что молодой писатель особое внимание уделяет проблемам взросления души своего героя. Графа Толстого, по словам Н.Г. Чернышевского, более всего интересует «сам психический процесс, его формы, его законы, диалектика души» персонажа. Эту диалектику души можно проследить во многих произведениях Толстого.

Обратимся к повести «Хаджи—Мурат». Она написана Л. Толстым уже в пожилом возрасте и рассказывает о реальном историческом персонаже — приближенном и доверенном лице Шамиля во время Кавказской кампании 1851 года. Полвека отделяет автора от событий, происходящих в повести. Что же заставило писателя вспомнить о них? Он сам объясняет это в предисловии, описывая загубленный цветок, репей, не поддавшийся человеческой руке, потерявший свой гордый, прекрасный вид, но не сдавшийся противнику.

Россия вела в то время войну с горцами на Кавказе. Хаджи—Мурат — знаменитый наиб (доверенное лицо) Шамиля — решает отомстить своему имаму (владыке) и перейти на сторону русских, с которыми до сих пор воевал и которых истреблял немилосердно. В заложниках у Шамиля осталась семья Хаджи—Мурата: жена, мать, дети. Чтобы сбросить Шамиля, Хаджи—Мурат рассчитывал поднять весь Дагестан, ведь он был очень уважаем и почитаем среди единоверцев. Сам Хаджи—Мурат продиктовал адъютанту наместника историю своей жизни, из которой стали ясны причины его вражды с Шамилем. Воспитывался Хаджи—Мурат во дворце у ханов, так как его мать была кормилицей старшего сына хана. Через пятнадцать лет мюриды (телохранители, послушники) Гамзата переманили на свою сторону чеченцев и аварцев, объявили «хазават», ханы же не принимали новых обрядов, за что и были казнены. Хаджи—Мурат и его брат Осман мстили за ханов, они убили имама Гамзата, но на его место стал Шамиль. Аварцы позвали Хаджи—Мурата управлять ими, русские заподозрили его в сговоре с Шамилем, так вражда сменилась вынужденным сотрудничеством. «Дружбы между мной и Шамилем никогда не было, — закончил свой рассказ Хаджи—Мурат, — но он боялся меня, и я был ему нужен». Хаджи—Мурат совершил много героических подвигов. Шамиль захотел избавиться от своего удачливого наиба, прислал мюридов взять его, но тот отбился и перешел на сторону Воронцова.

Бывая в качестве гостя в доме Воронцовых, Хаджи—Мурат видел иной образ жизни, но не прельстился им. На вопрос о том, как ему нравится то, что он видит, — отвечал всем, что у горцев этого нет, однако никогда не показывал своего отношения. На балу, среди «полуобнаженных женщин, лакеев в красных фраках, офицеров в золотых эполетах, Хаджи—Мурат думал о своем деле выкупа семьи. Но у русских были свои резоны. Воронцов был горд, что такая редкая птица, как Хаджи—Мурат, пожелала сдаться именно ему. Государь в Петербурге был более занят своими любовными похождениями, нежели военными, однако также был доволен пленением Хаджи—Мурата. Штабные и военные офицеры жили своими интересами: картами, тщеславием, пирушками. На Хаджи—Мурата и офицеры, и солдаты смотрели с любопытством и только. Он был чужой всем, но оставался верен себе: совершал в урочный час намаз (молитва пять раз в день), с гордостью и презрением относился к одним (Ивану Матвеевичу), с интересом к другим (к Бутлеру), с благодарностью к Марье Дмитриевне за заботу и сострадание.

Видя, что дело его не движется, Хаджи—Мурат решился бежать от русских вместе со своей свитой — пятью нукерами (телохранителями, служителями). Казаков, попытавшихся их остановить, били из пистолетов и рубили шашками, но ушли недалеко. Их окружили, смерть нашла каждого из беглецов, а голову Хаджи—Мурата возили по аулам, показывая и торжествуя победу над ним».

«Вот эту–то смерть и напомнил мне раздавленный репей среди вспаханного поля», — заканчивает свою повесть Л.Н. Толстой.

Удивительно тонко и внимательно описывает автор жизнь горного аула, традиции, законы другого народа, с уважением говоря о гостеприимстве и подчинении старшему в доме, преданности своим близким. Столь же сочувственно говорится о погибшем солдате Авдееве, об оставленной им семье и о трудностях мужицкого труда, но тон повествования меняется, когда речь заходит о дворцовых интригах. «Чернышев не любил Воронцова — и за всеобщее уважение… и за его огромное богатство, и за то, что Воронцов был настоящий барин, а Чернышев все–таки «выскочка»… И поэтому Чернышев пользовался всяким случаем, насколько мог, вредить Воронцову».

Исторические факты этой повести были интересны и в начале XX века, когда книга вышла из печати, и в наше время, так как характеры горцев остались прежними, разница в мусульманских и христианских обычаях не стерлась,. а интересы вершителей судеб и простых смертных все так же далеки друг от друга» К сожалению, опыт Кавказской войны XIX века актуален и в настоящее время. Что же касается характера гордого горца, то Хаджи—Мурат, раз испугавшись смерти в 15 лет, с тех пор уже больше ее не боялся, и это бесстрашие обеспечивало ему удачу в самых безнадежных операциях. В последней схватке с противниками он, получив многочисленные удары и пули, все еще оставался жив, поднимаясь и нанося ответные удары. Смерть ожидала его и в горах от рук мюридов Шамиля (они уже расправились с родными Хаджи—Мурата). Но оставаться жить у русских почетным пленником он не хотел и не мог. Все пять его служителей рассуждали точно так же, оставаясь преданными своей вере и чести.




Дмитрий Борисович Кедрин


(1907–1945)





Д.Б. Кедрин


Д.Б. Кедрин родился в 1907 г. Донбассе, в семье счетовода. Детство и юность его прошли в Днепропетровске. В 1924 году он окончил два курса Днепропетровского техникума путей сообщения, работал в редакции комсомольской газеты, в это время сам начал печататься. В 1931 году переехал в Москву, сотрудничал в мытищинской газете, позже был литературным консультантом в издательстве «Молодая гвардия». Жил одно время в «чулане у тетушки». По его собственному мнению, «написал много новых и, говорят, недурных стихов», день его был полон, да и сама Москва бодрила его. Семья тоже переехала в Москву. Жене, которая работала учительницей, дали крошечную комнатушку в Черкизове. Жили тесно и скромно, но весело и дружно. У Д. Кедрина было неважное зрение: он носил очки 16 диоптрий, однако в 1943 году ушел добровольцем в Красную армию. Работал в газете Северо—Западного фронта.

В творчестве Д. Кедрина выделяются стихи, написанные по фольклорным мотивам: «Сказка про важну барыню», «Гусак», «Горбун и поп», «Кровь», «Сердце». Вот отрывок из стихотворения «Сердце»:

		Девчину пытает казак у плетня:
		«Когда ж ты, Оксана, полюбишь меня?
		Я саблей добуду для крали своей
		И светлых цехинов, и звонких рублей!»
		Девчина в ответ, заплетая косу:
		«Про то мне ворожка гадала в лесу.
		Пророчит она: мне полюбится тот,
		Кто матери сердце мне в дар принесет».

Этот «бродячий» сюжет поэт позаимствовал из французской песенки, а читателю преподнес «украинскую» легенду.

Д. Кедрин отличался чудесным даром проникать мысленно в далекие эпохи. Замечательным историческим личностям посвящены его поэмы «Зодчие» (о создателях храма Покрова во времена Иоанна IV), «Конь» (о русском строителе Федоре Коне), «Ермак» (о покорителе Сибири), «Песня про Алену–старицу», водившую полки Степана Разина. В этих произведениях раскрывается удивительная душа русского человека. Драма в стихах «Рембрандт» повествует о великом голландском художнике, о трагической борьбе творческой личности за свою духовную свободу.

Д.Б. Кедрин был исключительно скромен и трудолюбив. «Требуйте от себя, — писал он, — абсолютной честности». К сожалению, при жизни Кедрин так и не увидел свою поэму «Конь» опубликованной, так же как и не увидел драму «Рембрандт» поставленной на сцене. Началась Великая Отечественная война. Из стихов, написанных в ту страшную осень 1941 года, сложилась книга «День гнева».

		В тот колокол, что звал народ на вече,
		Вися на башне у кривых перил,
		Попал снаряд, летевший издалече,
		И колокол, сердясь, заговорил.
		Услышав этот голос недовольный,
		Бас, потрясавший гулкое нутро,
		В могиле вздрогнул мастер колокольный,
		Смешавший в тигле медь и серебро.
		***
		И рухнули перил столбы косые,
		И колокол гудел над головой
		Так, словно то сама душа России
		Своих детей звала на смертный бой!

    («Колокол», 1942 г.)
Сразу после возвращения с фронта Кедрин приступил к написанию сразу нескольких больших произведений, но нелепая смерть не дала осуществиться этим планам. Он был убит неизвестными в пригородном поезде в 1945 году.

		Ты говоришь, что наш огонь погас,
		Твердишь, что мы состарились с тобою,
		Взгляни ж, как блещет небо голубое!
		А ведь оно куда старее нас…

Д. Кедрин был поэтом–мыслителем, поэтому его поэтическая догадка создавала исторически достоверный образ, перенося читателя в тот или иной момент истории, в те или иные края.

		У поэтов есть такой обычай —
		В круг сойдясь, оплевывать друг друга.
		Магомет, в Омара пальцем тыча,
		Лил ушатом на беднягу ругань.
		Только некто пил свой кофе молча,
		А потом сказал: «Аллаха ради!
		Для чего пролито столько желчи?»
		Это был блистательный Саади.

		Он заворожил их песней птичьей,
		Песней жаворонка в росах луга…
		У поэтов есть такой обычай —
		В круг сойдясь, оплевывать друг друга.

    («Кофейня», 1936 г.)
Поэма «Зодчие» обратила на себя внимание читателей «густотою живописи, душной теснотой слов». Символом бессмертия великого искусства русских зодчих Бармы и Посника выступает в поэме храм Покрова на Красной площади в Москве, построенный в честь победы русского воинства над Казанским ханством.

От Ивана Грозного получают задание выстроить этот каменный храм двое безвестных владимирских зодчих. «Крепко за руки взявшись», стоят они перед царем, «статные, босые, молодые, но в силах своих и в таланте своем уверенные («Можем! Прикажи, государь! — и ударились в ноги царю»).





Точные детали создают в поэме колорит эпохи, используемые в ней архаизмы и историзмы (устаревшие слова) изменяют строй речи. Слюдяное оконце в Кремле, угар и жара, посконные рубахи на владимирских мастерах, иноземные зодчие, пившие «чару вина в один дых», не робеющие перед государем, обращение царя:

		Смерды!
		Можете ль церкву сложить
		Иноземных пригожей?
		Чтоб была благолепней
		Заморских церквей, говорю?

— Лепота! — молвил царь, увидев церковь, которая «краше вилл италийских и пагод индийских была».

Но не пощадил он зодчих. Жестокое было время, жестокий был характер у государя, желавшего,

		Чтоб в земле его
		Церковь
		Стояла одна такова,
		Чтобы в Суздальских землях,
		И в землях Рязанских
		И прочих
		Не поставили лучшего храма,
		Чем храм Покрова!

Однако и строители тверды в своем ответе, не хитрят, не лукавят, не отказываются от того, что могут построить другой храм — благолепнее этого. «Страшную царскую милость» — ослепление, лишение зрения — принимают и с судьбой своей смиряются.

		И в Обжорном ряду,
		Там, где заваль кабацкая пела,
		***
		Мастера Христа ради
		Просили на хлеб и вино.

Осталась на века стоять их церковь, а по широкой Руси пошла гулять запретная песня «про страшную царскую милость». Но не мученичество строителей воспевает поэт, а талант щедрый, Богом данный, не робкий, а явный.

		Мастера выплетали
		Узоры из каменных кружев,
		Выводили столбы
		И, работой своею горды,
		Купол золотом жгли,
		Кровли крыли лазурью снаружи
		И в. свинцовые рамы
		Вставляли чешуйки слюды.




Александр Александрович Фадеев


(1901–1956)





А.А. Фадеев


А.А. Фадеев родился в 1901 году в городе Кимры Тверской губернии. В 1908 году его семья переехала на Дальний Восток. Здесь прошли детство и юность будущего писателя. Он получил образование в коммерческом училище Владивостока.

С 1918 по 1921 год А. Фадеев участвовал в Гражданской войне, был комиссаром одной из партизанских бригад, штурмовал Кронштадтскую крепость и получил ранение.

По окончании войны он учился в Горной академии в Москве, стал пробовать свои силы в литературе. Первыми произведениями, увидевшими свет, стали повесть «Разлив», романы «Разгром» и «Последний из удэге». События революции, Гражданской войны на Дальнем Востоке стали основой этих книг и принесли известность молодому автору.

Во время Великой Отечественной войны А. Фадеев служил военным корреспондентом, выезжал в осажденный Ленинград. В состоянии непрерывного творческого подъема создавал он роман о подвиге краснодонских комсомольцев. Назывался роман «Молодая гвардия».

В свои 16–17 лет молодогвардейцы оказывались настоящими борцами, патриотами, они отдали свои жизни за счастье народа, за освобождение Родины от завоевателей. Поэтому–то они так дороги и близки самому писателю.

В 1946 году Фадеева избрали генеральным секретарем Союза писателей СССР. Но обстоятельства складывались так, что все его творческие замыслы оказались обреченными на гибель.

Общественный деятель задавил в нем художника. Со смертью Сталина, с наступлением первой «оттепели» в стране у Фадеева произошел душевный надлом. Тогда и прозвучал выстрел в писательском поселке Переделкино, — Фадеев застрелился.

Художественное наследие его оказалось достаточно большим — тут и рассказы, и повести, и романы. Многие из них оставили в истории литературы заметный след. Романы «Разгром» и «Молодая гвардия» (в первой редакции) сохранили для читателя штрихи своего времени, они содержат описания событий и человеческих характеров.




Михаил Александрович Шолохов


(1905–1984)





М.А. Шолохов


М.А. Шолохов родился в крестьянской семье на хуторе Кружилине Вешенской станицы на Дону. Учился в гимназии, в пятнадцать лет уже был делопроизводителем станичного революционного комитета..

В автобиографии писатель вспоминал о своих юных годах: «Во время Гражданской войны был на Дону. С 1920 года служил и мыкался по Донской земле. Долго был продработником. Гонялся за бандами, властвовавшими на Дону до 1922 года, и банды гонялись за нами. Все шло как положено. Приходилось бывать в разных переплетах»»

В юности Шолохов сочинял пьесы, помогал ставить их на школьной сцене. Уже с 1923 года в газетах и журналах начали появляться его первые рассказы, в 1926 году они были объединены в сборники «Донские рассказы» и «Лазоревая степь», которые вышли отдельными изданиями. В 1925 году Шолохов приступил к написанию романа «Тихий Дон», который принес ему мировую известность. Это широкое полотно, охватывающее десятилетие русской жизни — с 1912 по 1922 год. М.А. Шолохов поднялся в нем до обобщений, позволивших читателю увидеть мир на переломе двух эпох. Первый том «Тихого Дона» вышел в 1928 году, последний, четвертый, — в начале 1940 года.

С 1932 по 1960 год М.А. Шолохов писал роман «Поднятая целина», повествующий о проведении коллективизации на Донской земле.

Во время Великой Отечественной войны Шолохов был военным корреспондентом газеты «Правда». Уже в самом начале войны он писал очерки и рассказы о подвигах советского народа.

В 1943 году писатель приступил к созданию романа «Они сражались за Родину». Отдельные его главы печатались в «Правде» и во фронтовой прессе. Роман остался незавершенным.

После войны, развивая опыт отечественной батальной классики, Шолохов написал рассказ «Судьба человека» (1956 год), признанный образцом этого жанра.

В 1965 году, во время процесса над писателями–диссидентами А.Д. Синявским и Ю.М. Даниэлем, Шолохов высказал сожаление, что их не приговорили к смертной казни, покрыв себя несмываемым позором (Лидия Корнеевна Чуковская тогда приговорила его к высшей мере наказания для писателя — к творческому бесплодию, — и проклятие ее сбылось), но писателем он был действительно талантливым и в своих произведениях показал Гражданскую войну такой, какой видел ее сам. Выросший в казацкой станице, он хорошо знал, каким молохом прошла по семьям, по родственным отношениям революция, а потом и война, как оказались раздробленными казачьи станицы на два лагеря — на белых и красных.

В этих рассказах предстает «Россия, кровью умытая», где кровь льется потоком, где смысл жизни состоит в том, чтобы «шлепнуть», «пустить в расход», «осуществить меру социальной защиты» по отношению к тому, кто враг, кто из другого лагеря.

Гражданская война, по мнению М. Шолохова, — беда, пожар, которого избежать нельзя, потушить невозможно. Наболело, накипело на душе так, что не остановишь ни тех, ни других. Только тогда человек опомнится, когда вспомнит, что он человек. Здесь не романтика кровопролития, а невозможность сойтись и поладить миром, столкновение двух правд. Ведь бандиты — здешние казаки, донские и кубанские, властью советской недовольные, испокон веку службу царям несли. Члены исполкома, председатель Совета станицы — тоже свои казаки, здешние, поддерживающие новую власть, партийные.

		— И что нам прикажут отцы–командиры,
		Мы туда идем — рубим, колем, бьем!

    (Казацкая солдатская песня)



Борис Леонидович Пастернак


(1890–1960)





Б.Л. Пастернак


Б.Л. Пастернак родился в 1890 году в Москве, в семье академика живописи Л.О. Пастернака.

Окончил гимназию, затем поступил в Московский университет на философское отделение историко–филологического факультета. Летом 1912 года изучал философию в Марбургском университете (Германия), ездил в Италию. Находясь под сильным впечатлением от музыки А.Н. Скрябина, в течение шести лет занимался изучением композиции,

Первые стихи Б. Пастернака появились в печати в 1913 году. Тогда же он выступил с философско–литературной работой «Символизм и бессмертие».

В предреволюционные годы он становится участником футуристической группы поэтов «Центрифуга». В это время написаны стихи, вошедшие в сборники «Близнец в тучах», «Поверх барьеров», «Сестра моя жизнь» (опубликован в 1922 году).

В произведениях этого периода открывается одна из главных черт поэзии Б. Пастернака — ее неразделимость с миром природы, с жизнью в целом. Он становится одним из самых популярных в стране поэтов.

После революции 1917 года в его творчестве наметился переход к эпическому жанру. Им написаны поэмы «Высокая болезнь», «Девятьсот пятый гад», «Лейтенант Шмидт», «Воздушные пути», роман в стихах «Спекторский». Сквозной темой проходят в них раздумья о драматической судьбе личности в революции.

В 1930–1931 годах Б. Пастернак создает книгу «Второе рождение», где, как и прежде, в его стихах неразрывно слиты быт и бытие. Чувствуется усталость «от пустозвонства во все века вертевшихся льстецов». Вопреки требованиям времени он высказывает свою концепцию искусства, считая его «заповедной», неуправляемой творческой стихией, не терпящей социального заказа.

Вокруг поэзии Пастернака обостряются споры. Его положение в литературе осложняется. Превосходно владея немецким, английским и французским языками, он переводит стихи Гете, Шекспира, Верлена и других зарубежных поэтов.

В 1922 году Пастернак обращается и к прозе, печатает повесть «Детство Люверс». После войны он пишет роман «Доктор Живаго», в котором выражается его глубокое разочарование в идее революции. Он отрицает революционное насилие как средство достижения высоких целей и идеалов.

Д.С. Лихачев писал о романе «Доктор Живаго»: «Произведение Пастернака автобиографично, хотя в романе отсутствуют внешние факты, совпадающие с реальной жизнью автора». Автор и главный герой романа «Доктор Живаго» очень похожи, они одинаково мыслят, рассуждают о мире, жизни, творчестве. Поэтому не случайно в название романа Пастернак выносит имя центрального героя.

Очень трудно однозначно определить жанр произведения. Роман вобрал в себя много тем, связанных с вопросами русской культуры, искусства, религии, политики. Это глубокое, многомерное произведение, затрагивающее философские проблемы, над которыми билась русская литература XIX века. Поэтому можно считать, что это произведение поэта больше, чем о жизни, и больше, чем. роман.

В романе «Доктор Живаго» нет прямого политического обличения, гнева или сарказма, хотя речь в нем идет о трудных моментах в истории России: о революции, Гражданской войне и об очень сложной послереволюционной действительности.

Юрий Живаго — лирический герой романа, русский интеллигент по своему богатому внутреннему миру и по милосердной, человеколюбивой профессии врача. Его открытость, гуманизм, любовь к ближнему, самопожертвование, удивительная чуткость и отзывчивость — истинно христианские черты. В финале романа слова Христа звучат уже из уст лирического героя:

		Я в гроб сойду и в третий день восстану,
		И, как сплавляют по реке плоты,
		Ко мне на суд, как баржи каравана,
		Столетья поплывут из темноты…

Доктор Живаго принимает революцию, жизнь и историю такими, какие они есть. Живаго восхищается «великолепной хирургией» революции, считая ее «простым, без обиняков, приговором вековой несправедливости, но он не может согласиться с тем, что достижения революции должны утверждаться силой, кровопролитиями, страданиями невинных людей.

Попав по принудительной мобилизации в партизанский отряд, Юрий Андреевич с особой отчетливостью увидел все ужасы Гражданской войны: «Изуверства белых и красных соперничают по жестокости друг с другом, попеременно возрастая одно в ответ на другое». Во время войны рушатся семьи и судьбы людей, обесценивается человеческая личность. Доктор Живаго теряет семью, Лару, попадает в плен к чужим людям; лишается свободы и Лара. И чем дальше развиваются революционные события, тем более мелочной становится обстановка, окружающая Юрия Андреевича.

Характеры других персонажей романа раскрываются путем сопоставления их с центральным героем. Недаром Живаго, обращаясь к своим друзьям, произносит: «Всё самое лучшее в вас — это то, что вы жили в одно время со мной и меня знали». Это не самовосхваление: ведь именно присутствие Юрия Андреевича позволяет автору дать оценку событиям и героям.

«Юрий Андреевич второй год пропадал в плену у партизан». Отряду нужен был доктор, и Живаго «вынужден был подчиняться своей несвободе». К тому же и работы у него среди партизан было по горло.

«По Международной конвенции о Красном Кресте военные врачи и служащие санитарных частей не имеют права вооруженно участвовать в боевых действиях воюющих». Доктор Живаго в тот день наблюдал за боем, в котором участвовали красные партизаны и белый отряд добровольцев, большинство в этом отряде составляли молодые люди — студенты, гимназисты. Принадлежа к отряду красных партизан, доктор тем не менее сочувствовал белому отряду. «Их выразительные, привлекательные физиономии казались близкими, своими».

Каково же было потрясение Юрия Андреевича, когда он узнал, что у тех и других был один и тот же талисман — переписанный девяностый псалом: «Текст псалма считался чудодейственным, оберегающим от пуль». Весь ужас происходящего заключался в том, что свой воевал и убивал своего соотечественника, единоверца… и не было возможности остановить эту кровавую бойню. Среди воюющих все чаще встречались душевнобольные люди. «По моим наблюдениям, мы сходим с ума, и виды временного помешательства имеют формы инфекции, заразы».

«Переделка жизни! Так могут рассуждать люди, хотя, может быть, и видавшие виды, но ни разу не узнавшие жизни, не почувствовавшие духа, души ее. Для них существование — это комок грубого, не облагороженного их прикосновением материала, нуждающегося в их обработке. А материалом, веществом, жизнь никогда не бывает».




Алексей Николаевич Толстой


(1883–1945)





А.Н. Толстой


А.Н. Толстой — писатель многогранного и яркого дарования. Им созданы романы о современной ему жизни («Хождение по мукам») и историческом прошлом нашей Родины («Петр I»), рассказы и пьесы, сценарии и политические памфлеты, фантастические повести («Гиперболоид инженера Гарина», «Аэлита») и сказки для детей.

А.Н. Толстой родился в 1883 году в городе Николаевске Самарской губернии, рос в обстановке дикого быта разорившихся заволжских помещиков. Эту жизнь писатель красочно изобразил в рассказах и повестях 1909–1922 годов: «Мишутка Налымов», «Чудаки», «Хромой барин».

Октябрьскую революцию А.Н. Толстой сначала не принял и эмигрировал за границу. Тоска по Родине вызывала в памяти писателя воспоминания детства, картины родной природы. Так появилась автобиографическая повесть «Детство Никиты» (1919 г.). Вернувшись в 1923 году на Родину, Толстой создает рассказы о советской действительности. Над трилогией «Хождение по мукам» он работал на протяжении почти двадцати двух лет. Повествует трилогия о жизни России периода революции и Гражданской войны.

К Петровской эпохе А. Толстой обращается в 1929–1934 годах. При написании романа «Петр I» автор использовал исторические исследования, записки и письма современников Петра, военные донесения и судебные архивы. Это роман не только о великом преобразователе Петре I, но и о судьбах русской нации. в один из «трагических и творческих» периодов ее истории.

В годы Великой Отечественной войны А. Толстой писал о силе и героизме советских людей в борьбе за свою Отчизну (очерки «Родина», «Москве угрожает враг», рассказ «Русский характер»). Тогда же он создал драматическую повесть «Иван Грозный». Многогранный талант А. Толстого сделал его любимым писателем как малышей, читающих «Приключения Буратино», так и взрослых, ищущих правду о Гражданской войне. Это время отразил А.Н. Толстой не только в трилогии «Хождение по мукам», но и в романах и повестях «Эмигранты», «Похождения Невзорова, или Ибикус», «Гадюка»…




Владимир Федорович Тендряков


(1923–1984)





В.Ф. Тендряков


В.Ф. Тендряков родился в 1923 году в Вологодской области в семье сельского служащего.

В 1941 году он окончил среднюю школу и сразу ушел на. фронт. После ранения под Харьковом и демобилизации работал сначала преподавателем военного дела в Подосиновской средней школе Кировской области, затем секретарем Подосиновского райкома комсомола.

В 1945 году В. Тендряков приехал в Москву, поступил в Институт кинематографии на художественный факультет, через год перевелся в Литературный институт им. М. Горького. После окончания института (1951 г.) работал в ТАСС (Телеграфное агентство Советского Союза) редактором промышленного отдела; некоторое время ездил по стране в качестве корреспондента журнала «Огонек».

Первый опубликованный рассказ В.Ф. Тендрякова — «Дела моего взвода» (1947 г.), затем вышли повесть «Чудотворная», романы «За бегущим днем» (1959 г.), «Свидание с Нефертити» (1964 г.), «Ночь после выпуска», «Весенние перевертыши», «Затмение», «Расплата» (1970&#8209;е годы). После смерти писателя были опубликованы «Классовые гримасы, или Картинки истории», в которых автор писал: «Не пророк здесь вещал — пытался вдумываться всего–навсего человек, кому не чуждо самое распространенное человеческое — способность ошибаться».

Попытку разобраться в окружающем мире и оценить прожитый день своей страны делает писатель в рассказах «Пара гнедых» (лето 1929 г.), «Хлеб для собаки» (лето 1933 г.), «Параня» (лето 1937 г.), «Донна Анна» (лето 1942 г.).

Повествование ведется от первого лица (сначала, в 1929 году, это пятилетний мальчик, потом девятилетний паренек, тринадцатилетний юноша и восемнадцатилетний солдат).




Борис Николаевич Полевой


(Кампов) (1908–1981)





Б.Н. Полевой


Борис Полевой рассказывал о себе в статье «Оглядываясь на прожитое»: вырос, учился, приобщился к журналистской профессии в Твери. Отец был юристом, умер рано, когда сыну исполнилось всего восемь лет, но оставленная им обширная и умело подобранная библиотека русской и зарубежной классики развила вкус сына. С детства самым любимым писателем для Полевого стал Максим Горький, а своим псевдонимом Полевой обязан редактору тверской газеты, работа в которой увлекала журналиста и сформировала его взгляды. В годы Великой Отечественной войны Б. Полевой был военным корреспондентом и брал интервью у героя–летчика Алексея Маресьева. Эта встреча дала сюжет для «Повести о настоящем человеке», где главным героем был Алексей Мересьев (автор изменил одну букву в фамилии героя). Эту книгу знает почти каждый в нашей стране. Сам же Алексей Маресьев прожил долгую жизнь после войны и принимал Парад на Красной площади в честь 55-летия Победы над фашизмом в 2000 году.

Борис Полевой создал образ героя, которому хочется подражать. Для многих, в том числе и для первого космонавта Юрия Гагарина, «Повесть о настоящем человеке» стала любимой книгой.

Начинается она с описания воздушного боя, в котором сбивают самолет молодого летчика. Взрыва на истребителе не произошло, удар смягчили верхушки сосен, и летчик, падая, остался жить. Но с этого момента начинается цепь испытаний, которые Алексею Мересьеву приходится преодолевать: ноги его отбиты при падении с самолета, идти летчик не может, каждый шаг вызывает дикую боль, но он передвигается по зимней лесной дороге, считая эти мучительные шаги, потом ползком, питаясь скудными ягодами, сохранившимися под снегом, кореньями… Так он двигается две недели, и наконец оказывается у брошеной деревни — у пепелища, оставленного немцами. Жители ушли к партизанам, и если бы не мальчишки, пришедшие в деревню на поиски оставшихся после пожара вещей, то надежды выжить у Алексея не было бы совсем. Партизаны смогли переправить раненого летчика на Большую землю, но там в госпитале, ему ампутировали пораженные гангреной ноги выше колена.

Молодой человек оказывается на положении калеки. Но смириться с этим он не согласен. Ему заказали протезы. Алексей пытается сразу приспособиться к ним, но каждый шаг его сопровождается резкой болью. Он учится ходить на протезах, танцевать — кружится в вальсе с улыбкой на губах, а после танца бросается на траву и скрежещет зубами от боли. И в результате упорный летчик добивается своего. Ему удается убедить комиссию, что он сможет опять летать. Ему разрешают вернуться в строй, и он садится за штурвал, а то, что его ноги не ощущают машины, он заменяет доведенным до автоматизма знанием самолета.

По этой книге после войны был снят хороший фильм, где роль Алексея Мересьева исполнял Павел Кадочников. А прототип главного героя — Алексей Петрович Маресьев — приезжал на съемки фильма и говорил, что ему посчастливилось родиться трижды: во второй раз его возродил Б. Полевой в книге, а в третий — Кадочников — в кино.

«Полевой был тем писателем, который увидел в герое войны черты, необходимые нам сегодня: он нашел Настоящего Человека, подвиг которого заключался в огромном нравственном потенциале. Мересьев сражался с самим собой, он на наших глазах делал из себя Настоящего Человека, а не демонстрировал это во внешнем подвиге», — так оценил книгу Б. Васильев, работавший в редакции журнала «Юность» под руководством Б. Полевого. О характере своего главного редактора Б. Васильев отозвался так: «Искренняя заинтересованность в судьбе человека и доброжелательность были, как мне кажется, основой характера Б. Полевого. А ведь заинтересованность в судьбе ближнего и благожелательность к окружающим — это как раз то, чего так не хватает в нашем мире. То действенное добро, без которого трудно жить и трудно работать». Б. Полевой отдал журналу «Юность» почти двадцать лет вдохновенной работы (1962–1981). Работы сложной, ибо она была связана для него с будущим нашей литературы, для которой сам он сделал удивительно много.




Василь Быков


(Василий Владимирович Быков) (1924–2003)





В.В. Быков


Василь Быков родился в Белоруссии, в крестьянской семье. Жили бедно и трудно, без особых радостей.

После окончания семилетки Быков поступил на скульптурное отделение Витебского художественного училища, но не закончил его и снова вернулся в деревню. Началась Великая Отечественная война, и В. Быкова направили в инженерный батальон на строительство оборонительных укреплений. Потом он участвовал в тяжелых боях на Юго—Западном фронте, а по окончании пехотного училища в Саратове младший лейтенант В. Быков сражался на Украине, в Румынии, Венгрии, Австрии, где и встретил Победу.

В. Быков пришел в литературу, чувствуя себя обязанным рассказать о том, «насколько тяжела была минувшая война, как нелегко давалась она нам — наша победа». Он вспоминал: «Меня как–то спросили, были ли у меня на войне светлые минуты. Да, когда удавалось невредимым вырваться из пекла. Тогда было светло и радостно. Но ненадолго. Вообще на войне и даже долго после нее не только писать, но и читать о ней не хотелось». После победы Быков несколько лет служил на Дальнем Востоке. В 1955 году он вернулся в Белоруссию, работал в редакции газеты, начал писать художественную прозу. Его первая повесть «Журавлиный крик» вышла в 1960 году. Жанр повести стал основным в творчестве писателя. Он является автором более двадцати повестей. Наиболее известны из них «Альпийская баллада», «Третья ракета», «Сотников», «Дожить до рассвета», «Знак беды», «Обелиск», «Облава».

Теме партизанской борьбы с фашистскими оккупантами на территории Белоруссии посвящены такие книги, как «Волчья стая», «Круглянский мост», «Пойти и не вернуться», «Обелиск».

В. Быкова интересуют не масштабные события, не расположение войск на фронтах, не передвижение армий, не батальное полотно сражения, а конкретные моменты войны и судьбы отдельных людей. Человека на войне описывает В. Быков, его рассуждения о цене жизни («Дожить до рассвета»), его желание выжить, даже когда нет надежды на спасение («Волчья стая»), принципиальную позицию в вопросе о том, какой ценой сохранить свою жизнь («Сотников»).

Герои В. Быкова часто оказываются перед ответственным и решительным выбором, но этот выбор определяет их человеческую высоту («Альпийская баллада», «Обелиск», «Карьер»). Связь событий войны с сегодняшним днем волнует автора и заставляет его говорить об оценке этих событий следующими поколениями. Был ли героем учитель О.И. Мороз, не убивший ни одного немца, но разделивший со своими учениками участь приговоренных к смерти? Формальный подход одних героев к событиям прошлого и болезненное чувство справедливости других становятся основой повести «Обелиск».

В рассказе «Одна ночь» в подвале разрушенного дома оказываются немецкий и русский солдаты. Они объединены общим желанием выбраться из этого каменного мешка, в котором невольно оказались. Так враги становятся товарищами по несчастью и вместе пытаются разобрать завал, выйти на свет, даже находят общий язык. «Всего несколько минут назад, не видя и никогда не зная один другого, они насмерть дрались в этом подвале, полные злобы и ненависти, а сейчас, будто ничего между ними и не произошло, дружно расшатывали кусок бетона, чтобы выбраться из общей беды». В мирной жизни тот и другой были столярами. Фриц не одобряет войну, не рад ей, но в русский плен не хочет и колхозы не уважает, он заботится об Иване, а недавно Иван посочувствовал раненому немцу и бросил пакет для перевязки раны. Но чем ближе маячит возможность выйти наверх, тем озабоченнее становятся оба героя, Иван не знает, как примут товарищи его братание с немцем.

Оказавшись на свободе, русский солдат, не желая отпускать немца, стреляет ему вслед, а тот бросает в русского солдата гранату и ранит его.

«Переполненный душевной сумятицей, он (Иван Волока) брел по середине разбитого бомбами переулка и твердил в отчаянии: «От же гады! От гады!».

Вот теперь все встало на свои места: враги, ненависть, смерть друг для друга. Возможно, в мирное время вернется к людям человечность, но пока война диктует свои законы. Куда Фриц зовет Ивана, увидев своих? Радость сменяется растерянностью. Почему Иван кричит «Стой!» своему спасителю? Они оказались сейчас по разные стороны развалин. Выбор сделан, но возможность найти общий язык вспомнит каждый из них. Потом.




Борис Львович Васильев


(род. в 1924 г.)





Б.Л. Васильев


Борис Васильев — русский писатель, кинодраматург, потомственный военный. Его отец был командиром Красной армии, воевал в Гражданскую войну, а сам Борис Васильев окончил Военную академию бронетанковых войск.

Начало войны Б. Васильев встретил в Воронеже, где учился в девятом классе средней школы. Добровольцем ушел на фронт, участвовал в боях в Белоруссии, затем долгие месяцы с группой бойцов по лесам и болотам выходил из окружения, был ранен.

Борис Васильев — автор повестей «А зори здесь тихие», «Встречный бой», «В списках не значился», все они рассказывают о событиях Великой Отечественной войны.

Проблемы сегодняшнего дня поднимаются в повести «Не стреляйте в белых лебедей» и в романе «Летят мои кони». Нравственные вопросы затрагиваются в повести «Завтра была война», посвященной предвоенному поколению советских школьников. Повесть «Неопалимая купина» — о послевоенной жизни фронтовиков. Необыкновенной пронзительностью и душевностью отличаются пьесы, киносценарии и рассказы Б. Васильева «Экспонат №», «Великолепная шестерка», «Мир. Восклицательный знак», «Вы чьё, старичьё?»

Больше всего в человеке писатель ценит надежность, стойкость, а любой обман и предательство, оставление другого в беде категорически не приемлет. Газетные и журнальные публикации Б. Васильева выделяются четкостью поставленных задач, логичностью и эрудицией автора. Автору верят, к его доводам прислушиваются, над его рассказами задумываются.

Писательская биография Б. Васильева началась с выхода книги «А зори здесь тихие». Война, которая сидела внутри писателя–фронтовика, просила выхода, ее надо было выплеснуть на страницы книги. Тем более что Васильев знал и партизанскую войну; знал, что на войне в армии погибли 300 тысяч женщин, а о них тогда никто не писал. О женщинах–фронтовичках создал Б. Васильев повесть под названием «Весна, которой не было» и отослал ее рукопись в журнал «Юность». В этом журнале она и была впервые опубликована под названием «А зори здесь тихие». Главный редактор журнала Б. Полевой приветствовал появление нового талантливого писателя.

Действие повести происходит в мае 1942 года — немцы бомбят Беломорский канал и Мурманскую дорогу. На 171&#8209;м разъезде расположилось женское зенитно–пулеметное отделение. Пока всё тихо. Но и в эту спокойную службу врывается война. При выполнении боевого задания против 16 немецких десантников оказываются пять девчонок в военной форме да старшина. Погибают все пять девушек: Лиза Бричкина, Соня Гурвич, Галя Четвертак, Женя Комелькова, Рита Осянина. Всех их хоронит старшина Федот Евграфович Басков и казнит себя за то, что не уберег девчонок. «Положил ведь я вас, всех пятерых положил, а за что? За десяток фрицев? — говорит он. — Пока война — понятно. А потом, когда мир будет? Будет понятно, почему вам умирать приходилось?» Только сейчас, на боевом задании, становится понятно, что старшина Басков — знающий, сметливый, опытный командир, а не «пенек замшелый», как казалось девчонкам. За смерть каждой из них должен отомстить безоружный старшина. Почти голыми руками, в ознобе от полученной раны, он берет в плен фашистских десантников ночью, когда те спят, выставив одного часового. Боясь потерять сознание, он ведет их к своим, и «лишь тогда он сознанию своему оборваться разрешил, когда окликнули их и когда понял он, что навстречу идут свои».

Исполняя обещание, данное смертельно раненной Рите Осяниной, старшина Басков вырастил ее сына. В эпилоге мы видим молодого капитана–ракетчика и старика без руки, которые привезли мраморную плиту, чтобы установить ее на могиле в тех местах, где шли. бои и где зори тихие и чистые, как слезы. Значит, не были напрасными эти жертвы.

Как сказала Рита Осянина:

«Родина ведь не с каналов начинается. Совсем не оттуда. А мы ее защищали. Сначала ее, а уж потом — канал».

Женщина и война — эти понятия несовместимы. Но пришлось во время Великой Отечественной войны и женщине эту ношу принять. Ношу вечно ждущей и не верящей похоронке, живущей ради близкого человека (рассказ «Мир. Восклицательный знак»). Ношу участника войны, пусть не на передовой, но всегда рядом с ней (рассказ «Ветеран»). «Алевтина Ивановна всю войну прошла бойцом банно–прачечного отряда, а попросту говоря — прачкой». Обмундирование, бинты кровавые для перевязок стирали по норме и сверх нормы. Был момент, когда двадцать два часа у корыт простояли и ели тут же, среди щелока и мыла, в едком пару. От кипятка и ядовитого мыла трескалась кожа и сходили ногти, а тяжелые баки, которые приходилось ворочать, инвалидностью грозили. Детей не иметь после войны девчонки боялись, желание остаться женщиной, привлекательной и желанной, сохранялось, несмотря ни на что.

Вот об этом и хотела рассказать ветеран Алевтина Ивановна, когда попросили ее выступить в Доме культуры с трибуны. Дома вспоминала, готовилась, а когда вышла на сцену, то вдруг неожиданно для себя громко и размеренно начала:

«Выполняя свой священный долг, победоносная Советская армия вступала на территории порабощенной Европы…»

Как же так выходит, что казенная речь соответствует моменту, а живые воспоминания оставляются для другого случая?




Константин Дмитриевич Воробьев


(1919–1975)





К.Д. Воробьев


К.Д. Воробьев родился в Курской области. Участник войны, ушедший на фронт в составе роты кремлевских курсантов, испытавший ужасы концентрационных лагерей, Воробьев не мог не писать о том, что выпало пережить ему самому и его поколению. Поэтому тема войны, тема истинного патриотизма является главной в его произведениях.

Психологизм, углубленное проникновение во внутренний мир отдельного человека, суровый драматизм и трагизм ситуаций характерны для его прозы.

В 1956 году вышел первый сборник рассказов К. Воробьева «Подснежники». В этом же году он стал членом Союза писателей СССР. В 1961 году были опубликованы его повести «Крик», «Убиты под Москвой», «Мой друг Момич».

«Учебная рота кремлевских курсантов шла на фронт». Так резко, без подготовки, врываясь в сознание читателя, начинает повествование Константин Воробьев в своей повести «Убиты под Москвой». И это конкретное, краткое и ясное начало приковывает внимание и не позволяет закрыть книгу, пока не будет закончено ее чтение.

В ограниченном временном промежутке разворачивается действие повести — всего пять дней из жизни кремлевских курсантов, молодых, энергичных парней. Каждого из них в первые дни переполняет чувство радости и ожидания чего–то неизвестного, но неизбежно героического.

Что такое война для мальчишек, только вчера надевших военную форму и сейчас идущих на фронт, на границу мира и войны, жизни и смерти, детства и подвига? Каждый думает о том, что такое подвиг — броситься на врага с самозарядными винтовками, гранатами и бутылками с бензином в необъятном пламени мальчишеского патриотизма — и враг разбит. Бой представляется им «полевыми танко–инженерными занятиями в училище». Но за всем этим, вместо «привычной, размеренно скучной жизни с четкой выправкой тела и слова» — война, за ней — подвиг или смерть.

Первый же бой показывает «невероятную явь войны» не только курсантам, но и ведущим их в бой командирам. Здесь и первые убитые товарищи, и первый страх перед смертью, и первое отвращение к ней… Через все это проходит и главный герой повести Алексей Ястребов, только накануне получивший лейтенантское удостоверение. Первый бой выигран. «Да, есть раненые, убитые. А как же иначе? Но бой выигран, и не могло быть по–другому», — так заставляет он себя думать, ощущая мальчишескую радость первой победы.

Но вот и «отвратительный вой приближающихся бомб», «плотная карусель самолетов, встающие и опадающие фонтаны взрывов… смятые каски и поломанные винтовки». Вот настоящее лицо войны, показавшееся перед бойцами, теперь уже навечно оставшимися мальчишками. Сказывается внутренняя неподготовленность к войне не только этих ребят, вчерашних школьников, но и командующего состава, тех людей, на которых равняются и которым стараются подражать курсанты.

Рюмин, командир роты, любимец и идеал курсантов, не смог простить себе тогда уже неизбежной гибели ребят, попавших в окружение. Они не знали о сужающемся кольце немцев, но Рюмин–то знал… А все ли осознавали свои ошибки, как Рюмин, все ли пытались их исправить… или, уже совершив и не имея возможности очистить свою совесть, способны были приставить пистолет к виску? Не все — таков ответ повести. «Патриотизм состоит не в пышных возгласах» генерал–майора Переверзева, который, переодевшись в рядового, позорно бежал, спасая свою жизнь.

Были моменты малодушия и у главного героя Алексея Ястребова. Через все трагические испытания, с которыми столкнула роту война, пришлось пройти и ему — первый бой, первый раз один на один с танком, первый страшный позор: он прячется в воронке, а ведь на него, лейтенанта, должны равняться гибнущие сейчас мальчишки, в том числе й курсант, что прячется вместе с ним.

Но Воробьев не спешит осуждать своего героя, он дает ему возможность исправиться. Алексей начинает судить себя самым жестоким и правдивым судом — судом собственной совести. Только тогда он «почти физически ощутил, как растаяла в нем тень страха перед собственной смертью».

Как страшно переступить через вечный человеческий закон «не убий», даже если тот, кого надо убить, — враг. Враг, несущий с собой зло, ненависть, но главное — смерть.

Таковы реалии войны. Такова страшная правда войны, которой так много на страницах этой маленькой повести.




Александр Исаевич Солженицын


(род. в 1918 г.)





А.И. Солженицын


А.И. Солженицын родился в декабре 1918 года в Кисловодске. Его отец происходил из крестьян, а мать была дочерью пастуха, ставшего впоследствии зажиточным хуторянином. После учебы в средней школе Солженицын оканчивает физико–математический факультет университета в Ростове–на–Дону, поступает в Московский институт философии и литературы на заочное отделение. Не окончив двух курсов, уходит на фронт, с 1942 по 1945 год командует батареей, награжден орденами и медалями. В феврале 1945 года в звании капитана арестован из–за обнаруженной в его письме критики Сталина и осужден на восемь лет. Из них почти год проводит на следствии и пересылке, три года — в тюремном НИИ («шарашке») и самых трудных четыре года — на общих работах в политическом Особлаге. Затем определен в Казахстане «на вечное поселение», однако в феврале 1957 года реабилитирован.

Работая школьным учителем в Рязани, создает несколько произведений. После появления в 1962 году рассказа «Один день Ивана Денисовича» принят в Союз писателей СССР. Но последующие произведения вынужден отдавать в самиздат или печатать за рубежом. В 1969 году исключен из Союза писателей СССР, в 1970 году удостоен Нобелевской премии по литературе. В 1974 году в связи с выходом первого тома «Архипелага ГУЛАГ» насильственно изгнан на Запад. До 1976 года жил в Цюрихе, затем перебрался в Соединенные Штаты Америки, жил в штате Вермонт, напоминающем своей природой среднюю полосу России. В 1976 году получил премию Фонда Свободы. В 1989 году ему возвращено гражданство СССР и отменено решение об исключении его из Союза писателей СССР. В мае 1994 года Александр Исаевич Солженицын вернулся на Родину.

Хотя сам писатель и утверждает, что наиболее влекущая его в литературе форма — «полифоническая с точными приметами времени и места действия», из пяти его крупных произведений, как это ни удивительно, романом в полном смысле слова является «В круге первом», а многие другие его произведения — скорее исторические или публицистические исследования, а не художественные произведения (это, однако, нисколько не умаляет их значения для России и мира вообще и для литературы в частности).

Роман «В круге первом» писался тринадцать лет и имеет семь редакций.

Рассказ «Один день Ивана Денисовича» задуман автором, когда он находился на общих работах в особом лагере. «Я таскал носилки с напарником и подумал, как нужно бы описать весь лагерный мир одним днем».

В повести «Раковый корпус» Солженицын выдвинул свою версию сталинизма, красного террора, репрессий.

А.Д. Сахаров, известный ученый, правозащитник, писал о своем соотечественнике: «Особая, исключительная роль Солженицына в духовной истории страны связана с бескомпромиссным, точным и глубоким освещением страданий людей и преступлений режима… Солженицын… является гигантом борьбы за человеческое достоинство в современном трагическом мире».

Чем же притягивает читателя творчество Солженицына? Правдивостью, болью за происходящее, прозорливостью. Писатель, историк, он все время предупреждает: не потеряйтесь в истории; живите не по лжи. Он уверен: «Наперекор всему тяга к общественной жизни, к нравственной жизни не загасла: есть энергия добрых действий.

«Один день Ивана Денисовича» — это литературный дебют А.И. Солженицына. Благодаря авторитетному заступничеству А. Твардовского, главного редактора журнала «Новый мир», а также наступившей «оттепели», рассказ был опубликован.

«Жизненный материал, положенный в основу повести А. Солженицына, необычен в советской литературе. Он несет отзвук тех болезненных. явлений в нашем развитии, связанных с периодом развенчанного, отвергнутого партией культа личности. Но прошлое, каким бы оно ни было, никогда не становится безразличным для настоящего. Залог полного и бесповоротного разрыва со всем тем прошлым, чем оно было омрачено, — в правдивом и мужественном постижении до конца его последствий», — писал А. Твардовский.

Автор рассказа, который иногда называют повестью, описал один день из жизни зэка Ивана Денисовича Шухова. Жизнь показал не со стороны, а изнутри, подробно останавливаясь на мелочах быта людей за колючей проволокой. Время действия — январь 1951 года. Герой повести Иван Денисович до войны жил в маленькой деревушке Темгенево, работал в колхозе, кормил семью — жену и двоих детей. Во время Великой Отечественной войны честно воевал, был ранен, возвратился из медсанбата в часть, попал в плен, бежал из него, скитался по лесам, болотам, добрался до своих. Но его стали обвинять в измене, утверждать, что он выполнял задание немецкой разведки. «Какое же задание — ни Шухов сам не мог придумать, ни следователь. Так и оставили просто — задание». На восемь лет каторги в Усть—Ижиме и Особлаге осудили заключенного Щ-854 — таково имя Шухова в лагере. Первоначально рассказ и назывался «Щ-854. Один день одного зэка».

Что же происходит в этот описываемый день, который заключенный определяет как «почти счастливый». Что же в нем «счастливого»? Чувствуя недомогание, Шухов задержался при подъеме, но в карцер не попал; бригаду не выгнали на мороз натягивать проволоку, в обед удалось «закосить» кашу; бригадир отметил работу, и пять дней бригада будет «сыта»; припрятал кусок ножовки и при «шмоне» не попался; подработал вечером, получив за это немного харчей; купил хорошего табачку; чувствуя недомогание, не заболел. Таков, казалось бы, совсем не страшный день. (нет выстрелов, никого не убили…). Но! Конвоиры всегда готовы убить; мороз такой, что немощные (голод тоже убивает) люди могут умереть, имен нет — только номера, словно и не люди это. И везде — колючая проволока. А еще есть карцер, в котором просидеть десять дней, значит, получить верную болезнь, а просидеть пятнадцать дней — смерть. Такова жизнь (жизнь ли это?) за колючей проволокой. Иван Денисович живет, научился жить здесь, где нет жизни. Не поддавшись процессу расчеловечивания (неизбежному, казалось бы) в лагере, Шухов остался человеком. Что помогло ему? Вроде бы живет Шухов одним днем, но нет, думает о следующем дне, прикидывает, как его прожить, не уверен, что выйдет на волю, а живет так, словно уверен. Не задает себе «проклятых вопросов». Лишь однажды спросил: «А за что я сел? За то, что в 41&#8209;м к войне не приготовились, за это? А я при чем?» Живет Шухов так, как живет природный, естественный человек, не предаваясь размышлениям, не анализируя, а признавая прежде всего непосредственную жизнь, существование как процесс (еда, сон, работа). Бригада заменила ему семью. Спасает Шухова труд. Он не привык плохо работать, не может, душа не велит. Шухов ощущает в работе (а работает он здесь так же добросовестно, как на воле) радость труженика, мастера. Обо всем он забывает во. время работы — так увлечен делом: «И как вымело все мысли из головы. Ни о чем Шухов сейчас не вспоминал и не заботился, а только думал — как ему колена трубные составить и вывести, чтоб не дымило». Труд для него — жизнь. С крестьянской бережливостью припрятывает он свой мастерок — «большое дело для каменщика, если он по руке и легок». Солженицын рисует своего героя прежде всего человеком, который не может себе «допустить есть в шапке», помогает Цезарю, заключенному, бывшему кинорежиссеру, и никогда не будет долизывать тарелки, не будет «шестеркой». Рассудительный, обстоятельный, цепкий, предусмотрительный, он все подмечает, видит, понимает, что «качать права» в лагере бессмысленно, живет по старому мужицкому правилу: на Бога надейся, а сам не плошай!

Рядом с ним такие же осужденные, брошенные за колючую проволоку; власть делала все, чтобы подавить в них личность. Это и капитан второго ранга Буйновский, и Сенька Клевшин, совершивший побег из Бухенвальда, и латыш Кильдигс, и помощник бригадира Павно, и сам бригадир Тюрин. Им так же, как и Ивану Денисовичу, присуще умение жить, не роняя себя.

Иван Денисович Шухов верит в конечную справедливость, надеясь на ее торжество, ощущая в себе необъяснимую любовь к самой жизни. Все это подсознательно живет в нем: «Сейчас ни на что Шухов не в обиде, ни что срок долгий, ни что воскресенья опять не будет. Сейчас он думает: «Переживем! Переживем все, Бог даст — кончится!»

Один день героя Солженицына, пробежавший перед глазами читателя, разрастается до пределов целой человеческой жизни, до масштаба народной судьбы, до символа целой эпохи в истории России. В небольшом повествовательном пределе Солженицын раскрыл мир людей, несущих в себе трагический отсвет эпохи, мир со множеством оттенков отношений, выходящих за рамки «лагерной темы».




ПУТЕШЕСТВИЯ, ПРИКЛЮЧЕНИЯ И ФАНТАСТИКА








Константин Михайлович Станюкович


(1843–1903)





К.М. Станюкович


Сын «грозного адмирала», К.М. Станюкович родился в приморском городе Севастополе в 1843 году. Отец его страстно желал, чтобы из сына также вышел моряк. Поэтому Станюкович обучался в морском корпусе в Петербурге и по настоянию отца в 1860 году поступил во флот. Но служба эта была не по душе молодому человеку. Он видел, Россия вступала в то время в новую эпоху: 19 февраля 1861 года в стране было отменено крепостное право, готовились другие реформы. Станюковичу хотелось словом и делом принять участие в этих преобразованиях. Он покинул морскую службу, пошел в сельские учителя, потом некоторое время служил в Петербурге в разных учреждениях, но, главное, почти полностью отдался литературной деятельности.

Лучшими его сочинениями стали морские рассказы. Здесь талант писателя раскрылся во всю силу: он смог передать читателю свою любовь к красотам моря и возбудить интерес к тяжелой жизни моряков, показывая ее с такой стороны, которая важна для каждого человека.

Рассказ «Человек за бортом» знакомит нас с жизнью матросов в дальнем походе. «Куда ни взглянешь, все та же безбрежная водяная равнина, слегка волнующаяся и рокочущая каким–то таинственным гулом…»

Тропическая жара, летучие рыбы, африканский берег. Служба на корабле идет своим чередом. Офицеры, матросы, боцман — все при своих обязанностях. Но всякому человеку отдых требуется; «песенникам разрешается петь песни». «Особенно приводит всех в восторг превосходный бархатный тенорок подголоска Шутикова». А где пение, там и пляска.

Среди матросов свои разговоры, свои отношения, но Егорка Шутиков пользуется общей приязнью. Все любят его, и он всех, кажется, любит». Он незаменим и на отдыхе, и во время шторма, когда кругом бушует буря..

Иное дело — Прошка, вор, подлец; мерзавец, собачий сын. Именно на него падает подозрение, когда у пожилого матроса Игнатова из сундучка пропало 20 франков! Игнатов в кругосветное плавание пошел с целью прикопить денег. «Он вел крайне воздержанную жизнь, вина не пил, на берегу денег не тратил».

Неписаный матросский закон считает за бесчестье обращаться с рапортом к командиру и докладывать о воровстве.

 Трус и лодырь Прошка был человеком лет тридцати, без следа матросской выправки, презираемый и битый всеми. Сейчас он упорно стоял на своем: «Разрази меня на месте, а я денег не брал!»

— Запрятал, шельма, куда–нибудь, — решили многие.

В эту ночь на вахте стояли Шутиков и Прошка. Разговор опять зашел о пропавших деньгах.

Шутиков не выпытывал, взял ли Прошка деньги, а предложил ему свои двадцать франков, чтобы рассчитаться с Игнатовым, ведь от него жалости не добьешься — изобьет на берегу.

— Спасибо тебе, добрая твоя душа! — отвечал Прошка дрогнувшим от волнения голосом. — Я сам после вахты отдам Игнатову его золотой. А твое ласковое слово вовек не забуду!

— Испужался Прошка Семеныча–то! Предоставил деньги. А ведь как запирался, шельма! — говорили матросы.

Но истинной причины Прошкиного раскаяния никто не знал, только видели, что привязался беспутный Прошка к Егорке Шутикову, а вскоре доказал, на что способна его благодарная душа.

В Индийском океане в тихое солнечное утро, когда Шутиков стоял на грот–русленях (площадка сбоку у корабля) и учился бросать лот, произошло неожиданное: он сорвался и упал в море, следом за товарищем прыгнул Прошка.

На клипере все замерло, с юта (верхней части палубы) бросили спасательные буйки, приказ ложиться на дрейф, спускать баркас, искать людей.

— Оба в шлюпке! — весело крикнул сигнальщик.

Радостный вздох вырвался у всех. И все дивились Прошке, Прошка был героем минуты.

Мы видим, как человек, всеми презираемый и меньше всего подходящий для подвига, вырастает на наших глазах благодаря вниманию, жалости, чуткости другого человека. Не раздумывая, он бросается в море за своим товарищем, спасает его, заслуживает одобрение всего экипажа, который раньше знал этого матроса только как вора и подлеца, и становится из забитого Прошки — Прохором.




Александр Грин


(Александр Степанович Гриневский) (1880–1932)





А. Грин


К. Паустовский написал художественную биографию Александра Грина: «Грин прожил тяжелую жизнь. Было непонятно, как этот угрюмый человек, не запятнав, пронес через мучительное существование дар могучего воображения, чистоту чувств и застенчивую улыбку».

Семья Гриневских жила в Вятке, куда был сослан отец как участник польского восстания 1863 года, там он работал счетоводом в больнице, умер в нищете.

Сын Александр рос мечтательным, рассеянным мальчиком, учился плохо, но запоем читал Майн Рида, Жюля Верна. С восьми лет мальчик начал мечтать о путешествиях. Он обладал тонким воображением. Когда Александр Грин стал писателем, то представлял себе несуществующие страны, где происходило действие его рассказов, как хорошо изученные, сотни раз исхоженные места. Именно так описаны дворец из повести «Золотая цепь», легендарные города Зурбаган и Лисс, не существующие в реальности.

С ранних лет у Грина была безрадостная жизнь. Дома мальчика постоянно били, дразнили. Его выгнали из реального училища за стихи о классном наставнике. После этого пришлось перейти учиться в городское училище. К тому времени мать умерла, отец женился второй раз, и Александр в этой семье был опять лишним. Мальчику приходилось за несколько копеек копировать больничные сметы, переплетать книги, клеить бумажные фонари, переписывать роли для актеров.

А. Грин не умел устраиваться в жизни. Был неудачником, но всегда надеялся на случайную встречу, неожиданное счастье. Так и в его книгах неожиданно происходит та самая встреча («Бегущая по волнам», «Алые паруса», «Блистающий мир», «Дорога в никуда», «Зеленая лампа»).

А. Грин уехал из дома к морю — в Одессу. После долгих мытарств его взяли без жалованья учеником на пароход, ходивший из Одессы в Батум. Там он столкнулся с неприглядной изнанкой морской жизни, и это заставило его вернуться в Вятку, потом уехать в Баку. Грин забивал сваи в порту, счищал краску со старых пароходов, грузил лес, ночевал в пустых котлах на пристани, под лодками.

Потом Грин искал золото на Урале, был дровосеком и сплавщиком, служил в пехотном полку в Пензе, где познакомился с эсерами и полностью ушел в революционную деятельность. В 1903 году был арестован в Севастополе, просидел в тюрьме до октября 1905 года. Здесь, в тюрьме, он начал писать. Ссылка в Архангельскую губернию оказалась для него отдыхом, там он продолжил свою литературную работу.

В 1920 году Грин, заболев сыпным тифом, оказался в Петрограде. Без крова, без пропитания, он был на краю гибели. Спас его М. Горький — он добился выделения для А. Грина комнаты, пайка, помог с работой.

В 1924 году писатель переехал в Феодосию, потом в Старый Крым, где умер в 1932 году.

К. Паустовский писал о нем: «Грин умер, оставив нам решать вопрос, нужны ли нашему времени такие неистовые мечтатели, каким был он.

Грин населил свои книги племенем смелых, простодушных, гордых и добрых людей. Мир, в котором живут герои Грина, может показаться нереальным только человеку, нищему духом.

После рассказов Грина хочется увидеть весь земной шар».





Дом А. Грина в Старом Крыму


Пленительную, сказочную феерию «Алые паруса» Грин начал писать в Петрограде в 1920 году, когда после тифа бродил по обледенелому городу и искал ночлега у случайных людей.

«Алые паруса» — произведение, утверждающее силу человеческого духа, просвеченное насквозь любовью к жизни, к юности и верой в то, что человек в порыве к счастью способен своими же руками совершить чудеса.

Его главные герои (Ассоль и Грей) верят в чудо, в то, что несбывшееся должно сбыться. Маленькая «корабельная» Ассоль с детства верит в сказку, рассказанную ей прохожим собирателем песен: за ней приедет принц на корабле с алыми парусами и увезет ее отсюда, из этого поселка, где все дразнят ее и не любят ее отца. Хотя мнение односельчан мало волнует девушку, она живет в своем мире, в своих мечтах и не стыдится их. Разговаривая с угольщиком, она не подлаживается под его взгляд на мир, а зовет в свой: «Ты, верно, когда наваливаешь углем корзину, то думаешь, что она зацветет». Пораженный угольщик даже «малость протрезвел» от таких речей. Не каждый поймет ее, а скорее назовет Ассоль «тронутой, сумасшедшей». Жители поселка — обыкновенные люди, они мало смотрят вокруг себя, поэтому не видят, как светится море, как «стальной цвет спящего океана переходил в синий и черный», как белые облака тронулись слабым румянцем. Они не понимают, почему Лонгрен, отец Ассоль, не спас трактирщика, а крикнул только в ответ на его мольбы о помощи: «Она так же просила тебя! Думай об этом, пока еще жив, и не забудь!» Лонгрен говорил о смерти своей жены Мери, просившей трактирщика одолжить денег до приезда мужа. Трактирщик соглашался дать денег, но требовал за это любви. Мери ничего не добилась, хотя просила не ради себя, а ради новорожденного ребенка. Лонгрен горевал до конца жизни о Мери и сам воспитывал дочку. «Э, Ассоль, — говорил Лонгрен, — разве они умеют любить? Надо уметь любить, а этого–то они не могут». В таком мире вырастает Ассоль.

Совсем иная судьба Грея. Он от рождения обречен был быть лордом и прожить жизнь достойно своего звания. Но сила характера и стремление сделать всё по–своему победили. Цель жизни мальчик определил себе сам, он мечтал стать капитаном, окунуться в путешествия и приключения. Изнеженный пятнадцатилетний мальчик хотел быть «дьявольским» моряком и стал им, заслужив уважение капитана Гопа, взявшего его юнгой на судно «из некоего злорадства», предвкушая слезы, жалобы и просьбу вернуть к маме. Капитан Грей стал не только настоящим капитаном, он сохранил в душе своей склонность к необычному. Увидев Ассоль спящей на берегу, а потом идущей по дороге, Грей ощутил как бы удар в сердце, погрузился на мгновение во взгляд этой девушки и захотел сделать ее счастливой, сделать чудо своими руками. «Когда для человека главное — получать дражайший пятак, легко дать этот пятак, но когда душа таит зерно пламенного растения — чуда, сделай ему это чудо, если ты в состоянии».

По замыслу автора, «есть не меньшие чудеса: улыбка, веселье, прощение — и вовремя сказанное, нужное слово. Владеть этим — значит владеть всем». «Что до меня, то наше начало — мое и Ассоль — останется нам навсегда в алом отблеске парусов, созданных. глубиной сердца, знающего, что такое любовь», — говорит капитан Грей.

То, что Грей нашел Ассоль, а Ассоль дождалась Грея, тоже чудо. Растерянная, пристыженная, счастливая, появилась она на берегу, где уже злословили односельчане, и протянула руки к высокому кораблю, и вбежала в воду, боясь ошибки или недоразумения. «Счастье сидело в ней пушистым котенком», когда протянула она руки к Грею и произнесла: «Совершенно такой». Счастье состоялось для них, потому что они были его достойны. И все, наблюдавшие эту встречу, могли думать о счастье, как думал о нем сам Александр Грин, романтизм которого мало интересовал официального читателя, но всегда был близок отзывчивой душе и доброму сердцу.

Книги А. Грина получили признание, по ним снимались фильмы, они вдохновляли на создание поэтических строк:

		Ребята, надо верить в чудеса!
		Когда–нибудь весенним утром ранним.
		Над океаном алые взметнутся паруса
		И скрипка пропоет над океаном…




Вениамин Александрович Каверин


(1902–1989)





В. А Каверин


В.А. Каверин родился в 1902 году в Пскове в семье музыканта. В 1912 году он поступил в Псковскую гимназию. В шестнадцать лет приехал в Москву, учился в средней школе, которую окончил в 1919 году. Учебу продолжал сначала в Московском университете, затем с 1920 года в Петроградском. Одновременно поступил в Институт восточных языков. Стихи начал писать рано. Любовь к настоящей литературе привил ему друг старшего брата — Ю.Н. Тынянов. Дружба с этим интереснейшим человеком, ставшим известным писателем, многое определила в жизни В. Каверина.

Первая книга Каверина называлась «Мастера и подмастерья» (1923 г.). Это был сборник фантастических рассказов с самыми необычными героями — монахами, чертями, студентами, алхимиками, Все они населяли рассказы молодого писателя, а необыкновенные истории, случавшиеся с ними, по признанию самого Каверина, были, «конечно, детской игрой». М. Горький тем не менее отнесся к этой книге с серьезностью и ответственностью. В. Каверин писал впоследствии: «Мне очень повезло, что в юности я встретился с этим необыкновенным человеком».

Становление писателя совпало со временем многочисленных диспутов, споров, дискуссий в литературных и философских обществах. Это была настоящая школа любви к искусству, своеобразные «университеты». В одно из таких обществ — «Серапионовы братья» — входил и В. Каверин. Тут велись горячие споры о «столбовой дороге нашей литературы». «Другой спор, запомнившийся мне, касался вопроса о стиле — разговорном и не орнаментальном», — вспоминал Каверин позже. Среди «Серапионовых братьев» были такие писатели, как Иванов, Зощенко, Федин, Тихонов, Лунц, — люди, «уже успевшие много увидеть и понять, писатели, относившиеся к литературе, как к делу жизни». В эти годы и появляются первые повести Каверина — «Конец Хазы», «Девять десятых», «Скандалист, или Вечера на Васильевском острове», «Пролог». Позднее Каверин начинает работать над романом «Исполнение желаний».

В годы Великой Отечественной войны В.А. Каверин был военным журналистом. В 1944 году он закончил роман «Два капитана», первые части которого были опубликованы еще до войны. В послевоенные годы написаны трилогия «Открытая книга», увлекательные сказки: «Много хороших людей и один завистник», «Летающий мальчик», «Сын стекольщика» и другие. В этих сказках много приключений, неожиданных превращений, в них всегда заключена глубокая мысль, они требуют серьезных раздумий.

Наследие В. Каверина обширное — это рассказы, повести, романы, публицистика, мемуары. Самым дорогим для себя произведением Каверин назвал роман «Перед зеркалом», о котором Д.С. Лихачев, известный ученый–гуманист, писатель, говорил: «Очень понравился этот роман. За романтизм, за возрождение веры в настоящую любовь. Я очень ценю в вас романтизм и нравственное начало. — Это так важно в наш век всяческого безверия».

Романтизм, вера в настоящую любовь отличают и другой роман В. Каверина «Два капитана». В основу его легла история жизни молодого ученого, которую он сам рассказал писателю в 1936 году. В течение шести дней Каверин с интересом слушал молодого человека, в нем «горячность соединялась с прямодушием, а упорство с удивительной определенностью цели. Он умел добиваться успеха в любом деле. Ясный ум и способность к глубокому чувству были видны в каждом его суждении». Первые страницы романа писались необычайно легко и быстро. Такой же необычайно удивительной и в то же время похожей на сотню других людей была жизнь героя романа Сани Григорьева. Это история мальчика, у «которого было трудное детство и которого воспитало советское общество, — люди, ставшие для него родными и поддержавшие мечту, с ранних лет загоревшуюся в его прямом и справедливом сердце». Роман писался в 1930&#8209;е годы, в годы активного освоения Арктики, и свет арктических побед человека коснулся судьбы десятилетнего мальчика, оставшегося сиротой. События происходят в городе Энске, маленьком, заброшенном городишке, затем перемещаются на огромное пространство Советского Союза, которое исколесил Саня Григорьев в поисках мечты, правды, справедливости. На первых страницах писатель рассказывает историю утонувшего почтальона и приводит письмо штурмана Климова. Из письма Саня Григорьев узнает о капитане дальнего плавания Татаринове, пытавшемся в одну навигацию пройти Северный морской путь. Мальчик станет летчиком, капитаном, и всю жизнь* будет стремиться узнать тайну «Святой Марии», на которой отважные моряки когда–то отправились покорять Крайний Север. Найти пропавшую экспедицию капитана Татаринова станет целью жизни Сани Григорьева. И Саня никогда не отступится от этой цели. Он остается верен юношеской клятве: «Бороться и искать, найти и не сдаваться!», верен своим друзьям, своей любви к дочери капитана Татаринова Кате, верен своей мечте.

Читателя ждут на страницах книги и удивительные тайны, и счастливые совпадения, и неожиданные находки, и опасности, и победы, и поражения, а также динамически сложный сюжет, в центре которого два главных героя — Саня Григорьев и Катя Татаринова. Это роман о счастье, любви, правде. «Прямое и справедливое сердце» приведет героя в небо воюющей с фашистами Испании, затем в небо своей страны в годы Великой Отечественной войны. Шаг за шагом укрепляются воля, характер Сани Григорьева. При всей своей настойчивости, редком трудолюбии, целеустремленности Григорьев не совершает исключительных поступков. Автор, проводя героя через испытания, словно говорит читателю: «Это способен совершить каждый честный человек». Судьба сталкивает Саню Григорьева с подлецом Ромашовым и с хитрым карьеристом Николаем Антоновичем — братом капитана Татаринова, но верность Сани клятве, чистая любовь к Кате Татариновой помогают достичь цели. Счастье завоевывается трудом, правда утверждается в борьбе. Сильная волевая личность Сани Григорьева, нашедшего свое счастье, добившегося торжества правды, запоминается читателю, равно как запоминаются и его друзья — Петя Сковородников, Валя Жуков.

Вернувшись после долгой разлуки и испытаний в родной город Энск, Саня Григорьев, возмужавший, повзрослевший, слышит от старшего друга, увидевшего четыре ордена на груди Сани: «А пятый — за капитана Татаринова… потому что такие капитаны, как он и ты, двигают вперед человечество и науку».

Неудивительно, что на глазах у Григорьева наворачиваются слезы, когда он представляет, какая «…чудная картина открывается с высокой скалы, у подошвы которой растут дикие полярные маки. Заходящие в Енисейский залив корабли проходят с приспущенными флагами, отдавая траурный салют, видя на скале могилу из белого камня. На нем высечены слова: «Здесь покоится тело капитана И.А. Татаринова, совершившего одно из самых отважных путешествий и погибшего на обратном пути с открытой им Северной Земли в июне 1915 года. Бороться и искать, найти и не сдаваться».




Александр Романович Беляев


(1884–1942)





А.Р. Беляев


Жизнь А. Беляева была такой удивительной, что можно написать роман о ней. Отец А. Беляева был священником, и сын тоже должен был принять духовный сан, но вместо этого он решил стать юристом, однако зарабатывал тем, что рисовал театральные декорации, играл в оркестре. Он учился в духовной семинарии и интересовался последними достижениями науки и техники (воздухоплаванием, фотографией), поклонялся музе театра, путешествовал по Европе, был в Швейцарии, Германии, Австрии, Франции, пробовал себя в режиссуре, был знаком со Станиславским.

С детства Беляев мечтал научиться летать по воздуху, как птица, но без использования крыльев. Свою мечту он решил осуществить, прыгая с крыши. Один из таких прыжков закончился переломом позвоночника. После этого юноша заболел костным туберкулезом и от этой болезни не мог избавиться всю жизнь.

В возрасте тридцати двух лет А. Беляев оказался прикован к постели, но смог подняться и включиться в новую жизнь — это были годы революции, Гражданской войны, строительства страны Советов. Он трудился в угрозыске, детском доме. Начал выпускать журналы «Всемирный следопыт» и «Вокруг света». Работая то в детском доме, то в милиции, то в библиотеке, Беляев много писал и с 1925 по 1941 год опубликовал около шестидесяти романов и повестей. Популярность автору принесли книги «Голова профессора Доуэля», «Человек–амфибия», «Звезда КЭЦ», «Остров погибших кораблей», «Властелин мира», «Воздушный корабль», «Ариэль», «Последний человек из Атлантиды»… В этих фантастических произведениях рассказывается о полетах в мировое пространство, передаче мыслей на расстояние, об освоении Арктики, о покорении морских глубин, продлении человеческой жизни.

Когда началась Великая Отечественная война, А. Беляев, прикованный к постели, остался в оккупированном фашистами городе Пушкине и умер от голода.

Особенность фантастики этого писателя заключается в том, что она имеет под собой научную основу. При этом Беляеву был свойственен редкий дар предвидения. «Советский Жюль Берн» обладал обширными знаниями во многих областях науки, медицины. В 1920&#8209;е годы им была написана удивительная книга «Голова профессора Доуэля». Это было произведение «в значительной степени автобиографическое», как писал Беляев в статье «О моих работах»: «Болезнь уложила меня однажды на три с половиной года в гипсовую кровать. Этот период болезни сопровождался параличом нижней половины тела. И хотя руками я владел, все же моя жизнь сводилась в эти годы к жизни «головы без тела», которого я совершенно не чувствовал — полная анестезия. Вот тогда я передумал и перечувствовал все, что может испытать «голова без тела»…

Сначала, в 1925 году, был опубликован научно–фантастический рассказ «Голова профессора Доуэля», который в 1937 году писатель переработал в роман, посвященный проблеме оживления органов, отделенных от человеческого тела. Эта проблема, такая фантастическая тогда, стала животрепещущей сегодня, много лет спустя.

Сюжет романа несложный. Профессор Керн нанимает помощницу для проведения опытов при одном условии: «Вы должны быть немы как рыба. Вы должны молчать обо всем, что увидите и услышите здесь. Неисполнение повлечет за собой крайне неприятные последствия». При знакомстве с лабораторией будущая помощница, Мари Лоран, видит странные предметы, аппаратуру и… голову без туловища. «Голова жила самостоятельной и сознательной жизнью».





Это была голова умершего друга Керна — голова профессора Доуэля. Он страдал неизлечимым недугом. Умирая, завещал свое тело для научных опытов: «Вся моя жизнь была посвящена науке. Пусть же науке послужит и моя смерть». Так началась работа Мари Лоран в лаборатории профессора Керна. Она должна была в течение дня следить за аппаратами, поддерживающими жизнь головы. Между Лоран и головой установились дружеские отношения. Мари помогает голове заговорить, открыв тайну запретного крана. Она много узнает от Доуэля о его жизни и о профессоре Керне, который, как оказалось, использует знания и ум Доуэля в научной работе. «Он, как паразит, питается вашей мозговой деятельностью, сделал из вашей головы какой–то аккумулятор творческой мысли и зарабатывает на этом деньги и славу», — возмущается Мари Лоран, узнав, что на самом деле произошло с Доуэлем. Потом в лаборатории появляется еще две головы, и Мари невольно станет не только свидетельницей, но и участницей эксперимента. Керн узнает о том, что Мари разговаривает с Доуэлем, и ставит новые чудовищные условия, желая избежать огласки и довершить эксперимент с другими головами. Теперь Керн собирается соединить голову с туловищем, и эта операция соединения женской головы с туловищем проходит успешно. Но далее случаются незапланированные события. Оживленная женщина сумела убежать из лаборатории. Она волею судьбы знакомится с сыном профессора Доуэля. Расплата за все злодеяния настигает Керна, но оживить Доуэля невозможно. Сын еще раз (после смерти Доуэля) увидится с отцом. Зло будет наказано. Захватывающий сюжет подходит к логическому завершению. Автор убеждает читателя, что научные достижения не должны быть употреблены во вред человеку. Остается вера в оптимистическую идею бессмертия человеческой мысли.




Анатолий Наумович Рыбаков


(1911–1998)





А.Н. Рыбаков


Анатолий Рыбаков к шестнадцати годам прочитал всю мировую и русскую классику, прекрасно знал Пушкина и Бальзака, восхищался Гоголем и Чеховым, наизусть знал Есенина.

Отец его был инженером–технологом, человеком просвещенным; мать знала и любила музыку, в доме была отличная библиотека. Семья жила в Москве, на Арбате, Анатолий учился в школе–коммуне, был увлечен романтикой революционной борьбы. После школы пришел на химический завод чернорабочим, работал грузчиком, шофером. Позже он поступил на автодорожный факультет и стал инженером–автодорожником.

Начались трудные для Рыбакова годы — он расстался с родным домом, с любимой Москвой, несколько лет скитался по всей стране. Был репрессирован, и с 1933 по 1936 год провел в заключении. Тридцатилетним встретил Великую Отечественную войну, его призвали в армию, всю войну он прошел начальником автослужбы гвардейского стрелкового корпуса. Лишь в 1946 году, оправившись от ран, вернулся на Арбат, вся грудь его была в орденах и медалях. Вспоминая своих прежних товарищей, Рыбаков решил написать о них книгу. За восемь месяцев была написана повесть «Кортик», которую восторженно встретили и читатели, и литературная критика. В этой повести рассказывается о жизни и приключениях ребят в первые годы после окончания Гражданской войны.

За первой повестью следуют романы «Водители», «Екатерина Воронина», повесть «Бронзовая птица», на мысль о создании которой автора навел старинный громоздкий чернильный прибор, стоявший на его столе. Но в основном это рассказ о том, как жили ребята — герои повести «Кортик» — в пионерском лагере, устроенном в старой помещичьей усадьбе, давно покинутой ее бывшими владельцами.

О недавнем прошлом повествуют и эти книги, и вышедшие гораздо позже «Тяжелый песок», «Дети Арбата», «Тридцать пятый и другие годы», «Прах и пепел». Известна читателю и чудесная трилогия А. Рыбакова «Приключения Кроша», «Каникулы Кроша», «Неизвестный солдат». Поиски неизвестного солдата становятся сюжетом последней из них. В ней удивительно органично сочетаются суровые военные страницы, написанные живым участником Великой Отечественной войны, и взволнованный рассказ Кроша, родившегося после войны и знающего о ней по рассказам очевидцев.




Кир Булычев


(Игорь Всеволодович Можейко) (1934–2003)





Кир Булычёв


И.В. Можейко родился в Москве, родители его были уроженцами Петербурга, мать до Великой Отечественной войны была комендантом Шлиссельбургской крепости. Во время войны семья пережила эвакуацию и связанные с ней потрясения. Игорь Можейко окончил Московский педагогический институт иностранных языков им. Мориса Тореза, работал в Бирме переводчиком, получил степень доктора исторических наук, работал в академическом Институте востоковедения, автор многих научных статей и монографий. С середины 1960&#8209;х годов он решил использовать свой опыт востоковеда и написал художественную фантастическую повесть — так в русской литературе появился писатель–фантаст Кир Булычев.,

Читателям наиболее известны его циклы повестей о девочке из будущего Алисе, космическом медике Павлыше и славном городе Великий Гусляр.

Повести об Алисе («Тайна третьей планеты», «Сто лет тому вперед», «Алиса и чудовище»), «Заповедник сказок» написаны с добрым юмором и желанием торжества добрых намерений над злыми, корыстными.

Рассказы об обычном русском городке Великий Гусляр часто называют философской фантастикой.

На примере судеб своих героев из романа–дилогии «Поселок» автор показал модель человеческой истории. Одно поколение стареет, другое не знает, чему отдать предпочтение: культуре или силе. И лишь соединив и то и другое, новое поколение сможет выжить.

Приключения со стрельбой, романтической любовью и восточными тайнами отразились в повестях Кира Булычева 1980–1990&#8209;х годов, среди них «Подземелье ведьм», «Чужая память», «Город наверху».

В книге «Похищение чародея», помимо описания фантастических ситуаций, повествуется об исторических событиях XII–XIII веков. Когда немецкие рыцари основали город Ригу, возник орден меченосцев, который крестил язычников, а непослушных брал в рабство. Русские города один за другим были взяты, устояли лишь литовцы, создав единое государство. Повесть «Похищение чародея» построена на пересечении трех времен, миров и живущих в них людей. В настоящем времени живут Аня, приехавшая в деревню погостить в теткином пустом доме, и дедушка Геннадий, занимающийся краеведением. Их посещают гости из будущего Кин и Жюль с целью переселиться в ХIII век, чтобы найти необходимого им человека. Гости выбирают для переселения в прошлое тот самый временно пустующий дом, в который неожиданно для них приезжает отдохнуть на лето Аня. Это завязка повести.

Зачем же понадобилось людям из будущего перемещаться в прошлое? Они собирают гениев из разных времен и со всевозможных земель. «В войнах, в эпидемиях, в массовых казнях, в темницах гении погибали чаще, чем обыкновенные люди. Гении становились еретиками, бунтовщиками. Гений — очень хрупкое создание природы. Его надо беречь и лелеять. Но никто этим не занимался». Нежданные посетители так объясняют Ане цель своего визита, показывают шар, на котором совершают перелеты в прошлое время, вместе с ними Аня знакомится с обороняющими город русскими воинами и меченосцами, божьими дворянами, штурмующими городище Замошье. Но кто есть кто среди увиденных в крепости лиц, мужчин и женщин? Кто тот самый гений, чародей и алхимик? Сам боярин Роман или нет? Стремление ответить на эти вопросы развивает сюжет повести.

Человека в момент его смерти можно забрать в будущее, сохранив и дав ему возможность проявить свою гениальность. Акиплета — всего лишь шут боярина Романа, но без него боярин не смог бы прослыть чародеем. Это понимают пришедшие в прошлое и рискующие остаться там навсегда Аня и Кин.

Раб владеет несколькими языками, занимается ворожбой, знаком с приворотными зельями, он проницателен и умен, ему подвластны алхимия, книгопечатание. Момент, когда «меч рыцаря Фридриха разрубил воздух», а Кин и шут исчезли с места боя, был главным, кульминационным.

За ним следует развязка — возвращение в настоящий день, где нет гостей из будущего, где не действует прошлое, но жива память о нем.

Кир Булычев является прекрасным киносценаристом. По его произведениям сняты художественные фильмы и мультфильмы.




Юрий Иосифович Коваль


(1938–1995)





Ю.И. Коваль


Юрий Коваль окончил в 1960 году филологический факультет педагогического института в Москве, но еще студентом выступал с Юлием Кимом как автор и исполнитель собственных песен.

Работая учителем в деревне, Коваль начал писать истории для детей. С 1966 года он регулярно выпускает детские книги: «Станция "Лось"», «Пять похищенных монахов», «Пограничный пес Алый», «Чистый Дор», «Листобой», «Про них», «Суер—Выер». Вышли также его книги для подростков «Недопёсок», «Приключения Васи Куролесова», «Самая легкая лодка в мире». По данным ЮНЕСКО, Юрий Коваль стал одним из наиболее переводимых и популярных детских писателей в Европе. Все его книги читаются легко, язык их самобытен, не лишен лиризма и юмора, поэтому книги интересны читателю «от 9 до 90 лет», как определил сам автор.

Ю. Ковалю важен окружающий его мир, в его произведениях речь часто идет о путешествиях и приключениях (побег песца со зверофермы, поездка на рынок Васи Куролесова…).

Невероятные приключения и путешествия ожидают романтика–мечтателя, построившего самую легкую лодку, чтобы попасть на Багровое озеро. На этом озере никто не бывал уже лет двести, потому что берега его стали зарастать и «в конце концов так заросли, что превратились в непроходимые болота. Люди, которые хотели пробраться к воде, погибали или возвращались ни с чем».

Сначала мечтателю, от лица которого идет повествование, пришлось пройти много испытаний и переговорить много разговоров, чтобы соорудить свою лодку из бамбука, опробовать ее и найти для нее капитана — своего напарника. Название для самой легкой лодки подобрали тоже легкое — «Одуванчик». Таинственные происшествия начались еще в поезде.

«Опасайтесь лысых и усатых, берегитесь Волны», — предупреждает старуха в вагоне. «Надо бояться Папашку трехголового, у которого щучья, медвежья и человечья головы», — советует шестилетний парнишка Пашка. К тому же в Багровом озере хозяйничают бесы, а в Покойном — понятно кто. Веселая перспектива у наших рыбаков. И начали они с ловли раков — ночью, на фонарь. «Раки наступали из глубины на берег, ночные летучие мыши летали над нами, и выдра проплывала, спрятав голову под водой. А что еще там делалось, я не знал — не бесы ли катались на лодочке под бесшумными парусами?» А на утро следующего дня чудеса продолжаются. И Коряга обращается в живую тварь и уплывает от берега, и остров пропадает бесследно, унеся с собой сало и фотокамеру, и травяная голова деда Авери летает, оставив свое тело сидеть под сосной.

Но кроме мистических проявлений в повести предстает столь же необычный мир природы: окружающие травы, рыбы, птицы. Окунь, пойманный в Багровом озере, «горбат и крупноглаз, бока его черны и чугунны, двуязыкий хвост горел ярче брусники, колючки росли из горба».

В конце концов лодка, рассчитанная на двух человек, уплывает, увозя с собой четверых. Куда они плывут, кто есть кто на самом деле, что с ними приключится еще? Все это может представить себе читатель, если он тоже мечтатель, фантазер и любитель приключений.




ПИСАТЕЛЬ В ЗЕРКАЛЕ ЛИТЕРАТУРЫ








Писатели о писателях

Человеку творческого труда необходимо постичь, каков его талант, осмыслить роль творчества в жизни людей своего времени и его значимость для потомков.

Писатель не сразу становится признанным, его мучит вопрос о своем предназначении, справедливости читателей и критиков, но более мучительной является потребность браться вновь и вновь за перо, невозможность не писать, не сочинять, не собирать, не следить за мыслью создающей.

Восхищаясь собратьями по труду, многие писатели исследовали их способность творить и создавать — так появлялись произведения писателей и поэтов о писателях и поэтах.

К примеру, Вл. Ходасевич создал роман «Державин», Ю. Тынянов написал три романа: «Пушкин», «Кюхля», «Смерть Вазир—Мухтара» (о Грибоедове), М. Булгаков написал роман «Мольер» и пьесу «Последние дни» (о Пушкине), В. Набоков создал повесть «Николай Гоголь», а Б. Зайцев — художественные биографии «Жизнь Тургенева», «Жуковский», «Чехов».

Данью признательности, благодарности, восторга становятся поэтические посвящения брату–стихотворцу. Обращения к А.С. Пушкину звучали, звучат и, наверное, будут звучать, «доколь в подлунном мире жив будет хоть один пиит».




Труд писателя

В. Каверин советовал: перелистайте черновики рукописей великих русских писателей — Толстого, Чехова, Достоевского, и вы убедитесь, что очень важное место в них занимают вымышленные биографии персонажей будущих произведений. В набросках Тургенева можно найти такие подробности жизни героев, которые никак не отражены в его романах. Но писатель должен знать о своих героях гораздо больше, чем рассказывает читателю. Он должен знать и себя для того, чтобы научиться познавать других. Прочитайте дневники Л. Толстого, и вы увидите, что, записывая с поразительной тщательностью подчас ничтожные подробности своей жизни, он неустанно изучал себя. Дневники были для него психологической школой мастерства.

Н.В. Гоголь писал: «Сначала нужно набросать как придется, хотя бы плохо, водянисто, но решительно всё и забыть об этой тетради. Потом, через месяц, через два, иногда более, достать написанное и перечитать: вы увидите, что многое не так, много лишнего, а кое–что и недостает. Сделайте поправки и заметки на полях — и снова забросьте тетрадь. При новом пересмотре ее — новые заметки на полях, где не хватает места — взять отдельный клочок и приклеить сбоку. Когда всё будет таким образом написано, возьмите и перепишите тетрадь собственноручно. Тут сами собой явятся новые озарения, урезы, добавки, очищения слога. Так надо делать, по–моему, восемь раз. Только после восьмой переписки — непременно собственной рукою, труд является вполне художнически законченным, достигает перла создания».

М.А. Булгаков часто испытывал удивительное духовное единение со своими персонажами. «Героев своих надо любить; если этого не будет, не советую никому браться за перо — вы получите крупнейшие неприятности, так и знайте», — это сказано в «Театральном романе», последнем незаконченном его произведении. Но ведь это и главный закон всего булгаковского творчества. Ясно, что любовь эта предельно требовательна, в прозе и пьесах Булгакова немало иронии и сатиры. Но в его произведениях всегда есть персонажи, для которых и рассказываются все эти грустные и веселые истории. Именно поэтому истории эти становятся воспитательными. Судьба Мастера из романа «Мастер и Маргарита» ни в коем случае не судьба Булгакова: хотя образ Мастера нарисован с явной симпатией, за ним нет никакой вины, но все же он не заслужил света, он получил только покой. Значит, в судьбе его были ошибка, слабодушие, отказ от борьбы за истину и любовь. Сам Булгаков считал: «Писатель должен быть стойким, как бы ни было ему трудно. Без этого литературы не существует».

Борис Полевой вел дневники. Это были маленькие записные книжки, которые умещаются в кармане пиджака, блокноты, иногда толстые тетради. И всегда: в пути, на отдыхе, после интересных встреч — он или по свежим следам глубоким вечером, или рано утром спешил записать все наиболее значительные впечатления прошедшего дня, события, наблюдения, мысли. «Да, жизнь — отличный и неутомимый соавтор», — записал однажды Б. Полевой.




Константин Георгиевич Паустовский


(1892–1968)





К.Г. Паустовский


К.Г. Паустовский родился в Москве, в семье железнодорожного служащего. В 1911 году окончил Первую киевскую классическую гимназию и поступил в Киевский университет на естественно–исторический факультет. Проучился в университете два года, перевелся в Московский университет на юридический факультет, но курса не окончил из–за начавшейся Первой мировой войны.

К.Г. Паустовский начал работать, еще учась в гимназии. С 1913 до 1929 года он переменил несколько профессий и много ездил по России. Был в разное время вожатым и кондуктором трамвая в Москве, санитаром военно–полевого поезда, учителем, рыбаком на Азовском море, журналистом.

Несколько лет Паустовский работал редактором РОСТА (Российское телеграфное агентство). С середины 1920&#8209;х годов он активно печатался в журналах «30 дней», «Наши достижения» и других. В 1932 году Паустовский, объехав берега Каспийского моря, написал повесть «Кара—Бугаз». Первый его роман «Романтики» вышел в свет в 1935 году.

Во время Великой Отечественной войны он был военным корреспондентом на Южном фронте.

Значительное место в творчестве писателя в послевоенные годы занимала работа над автобиографической книгой «Повесть о жизни» (1947–1963).

Перу К.Г. Паустовского принадлежат пьесы «Поручик Лермонтов», «Наш современник», биографические очерки «Исаак Левитан», «Орест Кипренский», книга о писательском труде «Золотая роза».

С 1938 года он вел творческий семинар в Литературном институте им. М. Горького (последний семинар был проведен в 1959 году), на занятиях обсуждались проблемы работы автора над своими книгами. Вот ответы самого К. Паустовского на вопросы анкеты:

Приходится ли изучать вопросы для того, чтобы о них написать? — Да, и очень долго и тщательно.

Что послужило толчком к тому, что стал писать? — Среда, в которой я рос. Я рос в среде журналистов. Почти все современные писатели начинают с журналистики.

Что лучше для человека пишущего: путешествовать или сидеть сиднем на месте? — Слово «путешествовать» не подходит. Дело не в путешествиях, а в тесной связи с жизнью и строительством. Можно, находясь в Москве, участвовать в жизни и можно сидеть в кабинете, высасывать из пальца и плодить чепуху.

Как условия жизни действуют на работу, можно ли писать в скверных жилищных условиях? — Если у вас есть что сказать, то скверные условия могут затормозить, но никогда не убьют вас как писателя.

У К. Паустовского есть книга «Золотая роза», в которой он раскрывает секреты мастерства. Начинается эта книга рассказом «Драгоценная пыль» о бывшем солдате французских колониальных войск и нынешнем парижском клошаре Жане Шамете. Клошар — опустившийся, неряшливый человек — вдруг загорается мыслью осчастливить Сюзанну, которую девочкой он привез по заданию своего командира к тетке в Руан. Сюзанна выросла, стала красавицей, но верит, что счастливым может стать только тот, кто обладает золотой розой. Шамет работает мусорщиком, и он решил, что, убираясь в ювелирной мастерской, будет просеивать выметенную пыль, собирать золотой порошок и в конце концов подарит девушке золотую розу. Проходят годы. Сюзанна уезжает в Америку, а золотая роза остается под подушкой умершего Жана Шамета (он все–таки выполнил свое решение).

Узнав эту историю, пожилой писатель приобретает розу. Он говорит, что каждый литератор, подобно Шамету, собирает жизненные впечатления, чтобы из них «выковать» свою книгу — свою ценность, свою золотую розу.




Тема поэта и поэзии

Тема поэта и поэзии звучит в творчестве многих поэтов ХIХ-ХХ веков. Каждому поэту близки мысли, высказанные А. Пушкиным в романе «Евгений Онегин»:

		Но отдаленные надежды
		Тревожат сердце иногда:
		Без неприметного следа
		Мне было б грустно мир оставить.
		Живу, пишу не для похвал;
		Но я бы, кажется, желал
		Печальный жребий свой прославить,
		Чтоб обо мне, как верный друг,
		Напомнил хоть единый звук.
		***
		И чье–нибудь он сердце тронет;
		И, сохраненная судьбой,
		Быть может, в Лете не потонет
		Строфа, слагаемая мной;
		Быть может (лестная надежда!),
		Укажет будущий невежда
		На мой прославленный портрет
		И молвит: то–то был поэт!





А.С. Пушкин


А. Пушкин осмыслил свое литературное призвание, находясь в ссылке в Михайловском, Тогда им было написано стихотворение «Пророк», где поэт представляет те мучительные, но необходимые испытания, которым подвергается земной человек (да и не всякий земной, а тот, кто «духовной жаждою томим»), чтобы стать поэтом–пророком.

Шестикрылый серафим отверзает вещие зеницы, наполняет уши шумом и звоном, вкладывает «жало мудрыя змеи», а вместо сердца «угль, пылающий огнем».

Но всего этого недостаточно, только голос Бога создает пророка, исполненного волею Всевышнего, «Глаголом жечь сердца людей» — предназначение поэта.

А еще раньше, в «Песне о Вещем Олеге», А. Пушкин показал превосходство кудесника, обладающего божьим даром предвидения, над земным владыкою:

		Волхвы не боятся могучих владык,
		А княжеский дар им не нужен;
		Правдив и свободен их вещий язык
		И с волей небесною дружен.

Позже осмыслению своей роли как поэта и роли своего творчества А. Пушкин посвятит стихотворения «Поэт»:

		Но лишь божественный глагол
		До слуха чуткого коснется…;

«Поэту»:

		Поэт! Не дорожи любовию народной.
		…Ты сам свой высший суд…;

и наконец «Я памятник себе воздвиг»:

		Веленью божию, о, муза, будь послушна,
		Обиды не страшась, не требуя венца…

Это последнее стихотворение восходит к оде Горация, которую переводили и Ломоносов, и Державин. Ломоносов сделал перевод, наиболее близкий к оригиналу. Державин же под памятником разумел свою поэзию. Памятник чудесен превосходством над природой («металлов тверже») и над славой «земных богов» — царей («он выше пирамид»).

Гораций видел залог своего бессмертия в мощи Рима:

		Я буду возрастать повсюду славой,
		Пока великий Рим владеет светом.

    (Перевод Ломоносова)
Державин видит прочность своей славы в уважении к Отечеству, обыгрывая слова «слава» и «славяне»:

		И слава возрастает моя, не увядая,
		Доколь славянов род вселенна будет чтить.





Г.Р. Державин


Свои заслуги Державин видит в том, что сделал русский слог «забавным», то есть веселым, простым, острым. Поэт «дерзнул…возгласить не о подвигах, не о величии, а о добродетелях императрицы — о достоинствах ее человеческих ». Державин видит свою заслугу также в том, что в поэзии сохранял достоинство, искренность, справедливость, что мог:

		В сердечной простоте беседовать о Боге
		И истину царям с улыбкой говорить.

А свою Музу он призывает к воинственности и величию:

		О, Муза! Возгордись заслугой справедливой,
		И презрит кто тебя, сама тех презирай…

А. Пушкин, оценивая свои заслуги в поэзии, называет основным достоинством «чувства добрые», которые «лирой пробуждал», и еще то,

		Что в мой жестокий век восславил я свободу
		И милость к падшим призывал.

В стихотворении «Поэт и толпа» А, Пушкин защищает независимость поэта. Он всегда признавал творчество возвышающим и спасительным:

		И забываю мир — и в сладкой тишине
		Я сладко усыплен моим воображеньем,
		И пробуждается поэзия во мне…

По–иному оценивает свой поэтический труд преемник и продолжатель Пушкина — молодой поэт М. Лермонтов. Он тоже знает о своей избранности, подлинной, не мнимой, но судьба его поэта, описанная в стихотворении, «Пророк», печальна. Поэт–пророк отвергнут обществом. Старцы детям говорят с улыбкою самолюбивой:

		Смотрите ж, дети, на него:
		Как он угрюм, и худ, и бледен!
		Смотрите, как он наг и беден,
		Как презирают все его!

Но творчество помогло и М. Лермонтову сохранить веру в жизнь, дало силы отвечать на удары судьбы бунтом, не согласиться с рабским и скучным веком:

		Есть сила благодатная в созвучье слов живых,
		И дышит непонятная, святая прелесть в них.

    («Молитва», 1839 г.)
В стихотворении М. Лермонтова «Поэт» эта тема представлена образно и ярко. В начальных строфах описывается кинжал — боевое оружие, надежное и необходимое джигиту:

		Не по одной груди провел он страшный след
		И не одну прорвал кольчугу.

Потом кинжал переходит в руки казака, затем в походную лавку армянина и, наконец, становится игрушкой — украшением жилища:

		И надписи его, молясь зарей,
		Никто с усердьем не читает…

Столь подробно описан кинжал для того, чтобы на примере его судьбы представить судьбу поэта:

Бывало, мерный звук твоих могучих слов Воспламенял бойца для битвы, Он нужен был толпе, как чаша для пиров, Как фимиам в часы молитвы.





Приходят другие времена, Пламенность речей поэта становится не в моде, да и слушатель им не верит. Но Лермонтов желает всем сердцем, чтобы пророк вспомнил о своем предназначении. И хотя последняя строфа заканчивается вопросом, а не утверждением, автор напоминает поэту о былом его величии и высоком призвании:

		Твой стих, как божий дух, носился над толпой,
		И отзыв мыслей благородных
		Звучал, как колокол на башне вечевой
		Во дни торжеств и бед народных.




Н. А. Некрасов о поэте и поэзии

Настоящим исследователем жизни и творчества Н.А. Некрасова был К. Чуковский. В своей статье о поэтическом мастерстве и таланте Некрасова он писал:

«Всё. разнообразное свое мастерство Некрасов отдал на службу народу. Его стихами впервые в истории заговорило о своих муках и нуждах трудовое крестьянство.

Некрасов никогда не заботился о той нарядной красивости, какая требовалась дворянской эстетикой. Многие формы его демократической речи нередко возмущали реакционных рецензентов и критиков, которые в многочисленных журнально–газетных статьях называли его поэзию «вульгарной», «топорной», «корявой». Они были преднамеренно слепы к его мастерству, к его смелой новаторской технике, к его могучей песенной силе:

		Вчерашний день, часу в шестом,
		Зашел я на Сенную.
		Там били женщину кнутом,
		Крестьянку молодую.
		Ни звука из ее груди,
		Лишь бич свистал, играя…
		И Музе я сказал: «Гляди!
		Сестра твоя родная!»

    (1848 г.)
Когда какой–то критик из реакционного лагеря стал нападать на стихотворения Некрасова, поэт гордо ответил ему:

		Против твоей я публики грешу.
		Но только я не для нее пишу.

Те, для кого он писал, видели в нем выразителя своих чувств и мыслей. Форма его стихов, ее демократизм была в их глазах прекрасна. Добролюбов писал в 1860 году от лица революционной демократии: «Нам нужен был бы теперь поэт, который бы с красотою Пушкина и силою Лермонтова умел продолжить и расширить реальную, здоровую сторону стихотворений Кольцова». И таким поэтом стал Н.А. Некрасов:

		Стихи мои! Свидетели живые
		За мир пролитых слез!
		Родитесь вы в минуты роковые
		Душевных грез —
		И бьетесь о сердца людские,
		Как волны об утес.

    (1858 г.)
Чудесные душевные свойства Некрасова отразились в его поэзии. Ее основной источник — горячее сочувствие угнетенным людям:

		К народу возбуждать вниманье сильных мира —
		Чему достойнее служить могла бы лира?..

Но изобразить или отразить современность — этого ему было мало, он жаждал преобразить, переделать ее. Его реализм был действенным. Это был реализм борца:

		Поэтом можешь ты не быть,
		Но гражданином быть обязан.
		А что такое гражданин?
		Отечества достойный сын.
		Ах! Будет с нас купцов, кадетов,
		Мещан, чиновников, дворян,
		Довольно даже нам поэтов.
		Но нужно, нужно нам граждан!

    («Поэт и гражданин», 1856 г.)
В день смерти Гоголя, 21 февраля 1852 года, Некрасов написал стихотворение «Блажен незлобивый поэт», которое заканчивается строками:

		Но нет пощады у судьбы
		Тому, чей благородный гений
		Стал обличителем толпы,
		Ее страстей и заблуждений.
		Со всех сторон его клянут
		И, только труп его увидя,
		Как много сделал он, поймут,
		И как любил он — ненавидя!

Любить свой народ для Некрасова значило ненавидеть его притеснителей, и потому некрасовская поэзия с 1845 года стала поэзией обличения и гнева. Он обличал в своих стихах помещиков («В дороге», «Родина», «Псовая охота»), чиновников («Чиновник», «Колыбельная песня», «Современная ода»), богатеев–купцов («Секрет»). В это же время он стал с глубочайшим участием писать о рабстве крестьян («Тройка», «Огородник»…).

		Пускай нам говорит изменчивая мода,
		Что тема старая — «страдания народа».
		И что поэзия забыть ее должна, — 
		Не верьте, юноши! не стареет она, — 

напишет поэт–гражданин в 1874 году в «Элегии», подводя итог своей поэтической жизни.

Пройдут годы, десятилетия. Поэты XX века представят свои поэтические программы. Время начала 20&#8209;х годов XX века назовут Серебряным веком русской поэзии. Каждый представитель этого момента видел по–своему назначение поэта и рассуждал по–своему об особенностях поэтического труда».




Александр Александрович Блок


(1880–1921)





А.А. Блок


Личность и творчество А.А. Блока привлекали всеобщее внимание и вызывали самые противоречивые суждения. Даниил Андреев (философ, мистик XX века) в книге «Роза Мира» пишет так: «Блок принадлежит к категории поэтов, стихи которых могут оказывать художественно–эмоциональное воздействие на кого угодно, но человек, лишенный мистического чувства и опыта, так же бессилен «разобраться» в Блоке, как бессилен осмыслить теорию относительности тот, кто не обладает знанием высшей математики».

Об А. Блоке оставили свои воспоминания 3. Гиппиус «Мой лунный друг. О Блоке», К. Бальмонт «Три встречи с Блоком», Б. Зайцев «Побежденный», Ю. Анненков, К. Чуковский и другие писатели и поэты. Биография его известна, но черты личности и душевное творческое состояние толкуются по–разному.

А. Блок родился в Петербурге и вырос в семье деда, знаменитого ботаника Бекетова. Мальчик был баловнем и любимцем окружающих. Бабушка, мама, тетки окружали его лаской, приобщали к литературе, театру. Образование Александр получил стародворянское: семейное, гимназическое, университетское.

Женился Блок в 1903 году на дочери Д.И. Менделеева, которую давно любил и знал с детства, так как их семьи были соседями по подмосковным усадьбам.

Началась идиллическая семейная жизнь, были поездки за границу, вышел первый сборник «Стихи о Прекрасной Даме», написанный в традициях символистов под влиянием Вл. Соловьева. Но все это внезапно отодвинулось на второй план, а сам Блок «почувствовал себя бессемейным бродягой и почти все свои стихи стал писать от имени этого отчаянного, бесприютного, пронизанного ветром человека» (К. Чуковский). Революцию поэт встретил с какой–то религиозной радостью, надеясь на то, что она преобразит людей.

Отчаяние и осуждение старого мира обостряются у Блока после того, как он побывал на фронтах Первой мировой войны в инженерно–строительной дружине. В 1916 году он чувствовал приближающуюся гибель, неблагополучие общества, семьи, личности. Февральскую революцию принял с радостью, работал в Чрезвычайной комиссии, расследовавшей деятельность бывших министров и сановников. Но робость и непоследовательность действий Временного правительства разочаровали Блока.

Об октябрьских событиях он пишет в статье «Интеллигенция и революция», обращаясь к русской интеллигенции с пожеланием «слушать ту великую музыку будущего, звуками которой наполнен воздух».

Ревом и звоном этого времени наполнена его поэма «Двенадцать».

В тяжелые послереволюционные годы у А. Блока обострилась его болезнь — астма, он все время задыхался, но покинуть Россию теперь казалось ему предательством. •

Не меньше, чем от болезни, Блок страдал от того, что перестал слышать музыку времени. После 1918 года стихов он почти не писал.

И хотя он работал в Союзе писателей Петрограда, участвовал в заседаниях, коллегиях, секциях, в 1918–1921 годах писал статьи, но серьезного смысла в этом не видел.

В 1914 году им было написано стихотворение, вошедшее впоследствии в сборник «Ямбы»:

		О, я хочу безумно жить:
		Все сущее — увековечить,
		Безличное — вочеловечить,
		Несбывшееся — воплотить!

Вот задача, определившая всю последующую жизнь, внушающая оптимизм и надежду. Но в том же сборнике есть другие строки, говорящие о роли поэта в обществе. В них нет бодрости духа, но есть твердость и непреклонность:

		О, как смеялись вы над нами,
		Как ненавидели вы нас
		За то, что тихими стихами
		Мы громко обличили вас!
		***
		Так смейтесь, и не верьте нам,
		И не читайте наши строки
		О том, что под землею струи
		Поют О том, что бродят светы…

		Но помни Тютчева заветы:
		Молчи, скрывайся и таи
		И чувства, и мечты свои.

    (1911 г.)
Призыв к несгибаемости поэта звучит и еще в одном стихотворении сборника — «Земное сердце стынет вновь»:

		Пускай зовут: забудь, поэт!
		Вернись в красивые уюты!
		Нет! Лучше сгинуть в стуже лютой!
		Уюта — нет. Покоя — нет.

    (1911–1914 гг.)
Одна из основных тем лирики Блока — тема Родины. «Этой теме я сознательно и бесповоротно посвящаю жизнь», — писал А. Блок. Она дает настроение поэту, надежду и отчаяние:

		О, весна без конца и без краю —
		Без конца и без краю мечта!
		Узнаю тебя, жизнь! Принимаю!
		И приветствую звоном щита!
		***
		Принимаю пустынные веси
		И колодцы земных городов! .
		Осветленный простор поднебесий
		И томления рабьих трудов!
		И смотрю, и вражду измеряю,
		Ненавидя, кляня и любя:
		За мученья, за гибель — я знаю —
		Все равно: принимаю тебя!

    (1907 г.)
Отчаяние поэта объясняется бесплодностью его попыток, невозможностью оторваться, уйти в сторону от своего, от родного:

		Много нас — свободных, юных, статных —
		Умирает, не любя…
		Приюти ты в далях необъятных!
		Как и жить, и плакать без тебя!

    («Осенняя воля», 1905 г.)
В начале своего творческого пути А. Блок был близок к символистам и младосимволистам. Его поклонение Вечной Весне, Прекрасной Даме сочеталось с поисками возвышенных чувств, дум:

		Странных и новых ищу на страницах
		Старых испытанных книг,
		Грежу о белых исчезнувших птицах,
		Чую оторванный миг.

		Белая Ты, в глубинах несмутима,
		В жизни — строга и гневна.
		Тайно тревожна и тайно любима,
		Дева, Заря, Купина.

    (1902 г.)
		***
		Любил я нежные слова.
		Искал таинственных соцветий.
		И, прозревающий едва,
		Еще шумел, как в играх дети.
		***
		Я знал, задумчивый поэт,
		Что ни один не ведал гений
		Такой свободы, как обет
		Моих невольничьих служений.

    (1902 г.)




Петербург А. Блока


Но поиски нежных слов, вера в Хранительницу—Деву сменились другими темами, хотя и с явным сохранением традиций символистов. Это стихотворения «Фабрика» и «Из газет» в сборниках «Распутья» и «Пузыри земли». Сами названия сборников говорят о повороте в творчестве. Позже, через десять лет после этого поворота, будет написана поэма «Соловьиный сад» (1915 г.), где тема поэта и поэзии (увлечение символизмом, отход от него) будет отражена в художественных образах.

Перед читателями предстанет обремененный тяжелой физической работой человек:

		Я ломаю слоистые скалы
		В час отлива на илистом дне,
		И таскает осел мой усталый
		Их куски на мохнатой спине.

Дорога к морю идет мимо тенистого сада, за оградой которого «кто–то тихо смеется и потом — отойдет и поет». Прелесть соловьиного сада манит измученного человека. И вот — лом брошен, осел забыт, работа оставлена, а сам труженик желанным гостем принят в этом раю:

		Не стучал я — сама отворила
		Неприступные двери она.

Забыты все страдания и тяготы труда, но продолжается это недолго, несмотря на сладкозвучие и ласку:

		И, спускаясь по камням ограды,
		Я нарушил цветов забытье.
		***
		Я вступаю на берег пустынный,
		Где остался мой дом и осел.

Прошлая жизнь во всей ее простоте и даже неказистости притягательнее для героя поэмы, И хотя образ возлюбленной до конца остается прекрасным («Спит она, улыбаясь, как дети… Как под утренним сумраком чарым лик, прозрачный от страсти, красив!..), герой возвращается к морю, которое в блоковской символике обычно означает подлинную жизнь, народ, историю.

Поэт писал в письме Л.А. Дельмас, которой было посвящено это произведение: «Искусство там, где есть ущерб, потеря, страдание, холод…»

Человек возвращается к своему прежнему тяжкому труду, Но что его ожидает? Нет ни дома, ни осла:

		А с тропинки, протоптанной мною,
		Там, где хижина прежде была,
		Стал спускаться рабочий с киркою,
		Погоняя чужого осла.

Место занято, финал поэмы читатель должен представить себе сам. Сможет ли герой утвердиться и найти свое место в этом тяжелом мире или вернется к беззаботности соловьиного сада? Не для того он оттуда уходил, поняв, что:

		Заглушить рокотание моря
		Соловьиная песнь не вольна!

В черновых набросках к «Соловьиному саду» есть важная для понимания смысла поэмы авторская запись: «Он услышит чужой язык, испугается, уйдет от нее, несмотря на ее страсти и слезы, и задумается о том, что счастию тоже надо учиться».

Поэзия А. Блока, его лирический герой всегда дают читателю темы для размышления. Поэт, по мнению А. Блока, должен разделить судьбу своего народа, какой бы трагической она ни была:

		О, Русь моя! Жена моя! До боли
		Нам ясен долгий путь!
		Наш путь — стрелой татарской древней воли
		Пронзил нам грудь.
		***
		И вечный бой! Покой нам только снится
		Сквозь кровь и пыль…
		Летит, летит степная кобылица
		И мнет ковыль…

    («На поле Куликовом», 1908 г.)



Анна Ахматова


(Анна Андреевна Горенко)


(1889–1966)





А.А. Ахматова


А.А. Ахматова родилась под Одессой, ее отец — отставной инженер–механик флота — перевез семью в Царское Село, когда Ане был всего год.

Здесь А. Ахматова прожила до шестнадцати лет, сроднилась с этим местом. Училась в Царскосельской женской гимназии:

		И кажется такой нетрудной,
		Белея в чаще изумрудной,
		Дорога не скажу куда…

		Там средь стволов еще светлее,
		И все похоже на аллею
		У Царскосельского пруда.

    («Приморский сонет», 1958 г.)
Первое стихотворение девочка написала в одиннадцать лет. Знакомство с поэзией началось для нее с Державина и Некрасова. Образование А. Ахматова получила на юридическом факультете Высших женских курсов в Киеве и на историко–литературных курсах в Петербурге. В 1910 году она вышла замуж за поэта Н.С. Гумилева. В это время была опубликована первая книга ее стихов. А. Ахматова принадлежала к Цеху поэтов, куда входили акмеисты Мандельштам, Зенкевич, Нарбут.

Акмеизм провозглашал стремление к «прекрасной ясности» (М. Кузмин), воспевал «радостное любование бытием» (Н. Гумилев). .

В основе этого течения — простота и ясность поэтического языка, строгость поэтической композиции, стремление создавать зримые образы и точно называть предметы:

		Ржавеет золото и истлевает сталь,
		Крошится мрамор, К смерти все готово.
		Всего прочнее на земле — печаль
		И долговечней — царственное слово.

Сборники ее стихов выходили один за другим: «Вечер» (1912 г.), «Четки» (1914 г.), «Белая стая» (1917 г.), «Подорожник» (1921 г.), «Anno Domini» (1922 г.).

С середины 1920&#8209;х годов А. Ахматова занимается изучением архитектуры старого Петербурга и одновременно изучает жизнь и творчество А. Пушкина. Но ее стихи почти не печатают.

В послевоенное время она много переводит. «Я не переставала писать стихи. Для меня в них — связь моя с временем, с новой жизнью моего народа. Когда я писала их, я жила теми ритмами, которые звучали в героической истории моей страны. Я счастлива, что жила в эти годы и видела события, которым не было равных», — писала А. Ахматова в 1965 году.

5 июня 1965 года в Оксфорде (Англия) состоялись торжества по случаю присуждения А. Ахматовой почетной степени доктора Оксфордского университета. Но на Родине произведения ее не появлялись в печати с 1946 года, после печально известного доклада Жданова и постановления ЦК ВКП(б) от 1946 года «О журналах "Звезда" и "Ленинград"». (Его признали ошибочным и клеветническим и отменили только в 1988 году, более чем через 20 лет после смерти Анны Андреевны!)

В период замалчивания ее творчества А. Ахматова пророчески писала:

		Забудут? — вот чем удивили!
		Меня забывали сто раз,
		Сто раз я лежала в могиле,
		Где, может быть, я и сейчас,
		А Муза и глохла и слепла,
		В земле истлевала зерном,
		Чтоб после, как Феникс из пепла,
		В эфире восстать голубом.

Полученное классическое образование, прекрасное знание многовековой русской культуры, широкий интерес к античности, Библии, творчеству Данте и Шекспира — всё это не могло не найти отражения в ее стихах:

		Когда я ночью жду ее прихода,
		Жизнь, кажется, висит на волоске.
		Что почести, что юность, что свобода
		Пред милой гостьей с дудочкой в руке.

		И вот вошла. Откинув покрывало,
		Внимательно взглянула на меня.
		Ей говорю: «Ты ль Данту диктовала
		Страницы Ада?» Отвечает: «Я».

    («Муза», 1924 г.)
Позже она напишет цикл стихов «Тайны ремесла», в котором поэзию, творчество она обозначит как РЕМЕСЛО:

		По мне, в стихах всё быть должно некстати,
		Не так, как у людей.

		Когда б вы знали, из какого сора
		Растут стихи, не ведая стыда,
		Как желтый одуванчик у забора,
		Как лопухи и лебеда.

А в 1944 году она строго и величаво заявит в стихах:

		Наше священное ремесло
		Существует тысячи лет…
		С ним и без света миру светло.
		Но еще ни один не сказал поэт,
		Что мудрости нет, и старости нет,
		А может, и смерти нет.

Иосиф Бродский, говоря о поэме Ахматовой «Реквием», не напечатанной, но известной по самиздату, писал так: «Бывают в истории времена, когда только поэзии под силу совладать с действительностью. Наверное, в истории России не было страшней 15 предвоенных лет. Не было чернее их и в жизни Ахматовой. Жизнь в те годы, или, точнее, множество оборванных тогда жизней (среди прочих расстрел Н. Гумилева (1921 г.), арест и смерть О. Мандельштама (1937 г.); несколько арестов единственного сына — Л. Гумилева, позже, в 1953 г., смерть в лагере Пунина — второго мужа, арестованного в 1949 г.), увенчали ее музу венком скорби. Стихи о любви уступили место стихам памяти мертвых.

Ее поэзия, читаемая, гонимая, замурованная, принадлежала людям.

Стихи ее уцелеют независимо от того, опубликуют их или нет, потому что они насыщены временем…»

Она и сама это знала:

		За меня вы будете в ответе,
		Можете пока спокойно спать.
		Сила — право, только ваши дети
		За меня вас будут проклинать.

«На смерть Анны Ахматовой» написал поэт Н. Рыленков:

		И лесть и клевета —
		какие это крохи
		В сравненье с бременем
		святого ремесла
		Для той, что на ветру
		трагической эпохи
		Честь наших русских муз
		так высоко несла.

В предисловии к сборнику стихов Ахматовой в английском переводе (1983 г,, Нью—Йорк) И. Бродский пишет еще и о том, как хранила Ахматова «крамольные» стихи, среди которых были посвящения Блоку, Цветаевой, Пастернаку, Зощенко: «Подобные стихи… не могли быть опубликованы и записаны. Они хранились в ПАМЯТИ автора и еще нескольких человек для пущей сохранности. Время от времени она производила переучет: ей наизусть читали те или иные отрывки. Она не так боялась за себя, как за сына, которого в течение 18 лет пыталась вызволить из лагерей…»

		Пусть так. Без палача и плахи
		Поэту на земле не быть.
		Нам покаянные рубахи,
		Нам со свечой идти и выть.

В 1946 году, после войны, зал встал, когда на сцену вслед за почетными представителями Союза писателей СССР поднялись А. Ахматова и Б. Пастернак, их приветствовали аплодисментами — незапланированными и никем не организованными.




Марина Ивановна Цветаева


(1892–1941)





М.И. Цветаева


М.И. Цветаева родилась в Москве, Ее отец — профессор–искусствовед И.В. Цветаев, основатель Государственного музея изобразительных искусств им. А.С. Пушкина (первоначально назывался Музеем изящных искусств им. Александра III). Мать — М.А. Мейн — пианистка, художница, много помогала мужу в его благородном деле. В семье было две дочери: Марина и Анастасия.

Марина Цветаева окончила в 1908 году гимназию, слушала лекции по истории французской литературы в Сорбонне. С шестнадцати лет начала печатать свои стихи. Ее первые сборники — «Вечерний альбом» (1910 г.) и «Волшебный фонарь» (1912 г.) — встретили единодушное одобрение таких поэтов, как Брюсов, Волошин, Гумилев.

Последующие сборники выходили небольшими тиражами (сборник «Версты» был издан в Москве в 1921 году тиражом одна тысяча экземпляров). Поэтическая индивидуальность Марины Цветаевой, а также тематика ее творчества: Россия, любовь и смерть, поэзия — поставили ее имя на высшую ступень поэтического мастерства.

		Красною кистью
		Рябина зажглась.
		Падали листья.
		Я родилась.
		Спорили сотни
		Колоколов.
		День был субботний:
		Иоанн Богослов.
		Мне и доныне
		Хочется грызть
		Жаркой рябины
		Горькую кисть.

    (1916 г.)
Революцию она не приняла. Период с 1917 по 1920 год был в ее жизни трудным и драматичным: умерла маленькая дочь, отданная в приют из–за голода, Марина и ее старшая дочь Аля (Ариадна) испытывали нужду, холод и голод.

Муж Цветаевой С. Эфрон находился в рядах Добровольческой армии, и от него в течение трех лет не было вестей. Положение М. Цветаевой, жены белого офицера, оказалось в Москве двусмысленным. Сама же она даже демонстративно подчеркивала его, открыто читала на публичных вечерах стихи из цикла «Лебединый стан», посвященные Белой гвардии:

		Белая гвардия, путь твой высок:
		Черному дулу — грудь и висок.
		Божье да белое — твое дело:
		Белое тело твое — в. песок.

    (1918 г.)
		Каждый вечер, каждый вечер
		Руки Вам тяну навстречу.
		Там, в просторах голубиных —
		Сколько у меня любимых!
		Я на красной Руси
		Зажилась — вознеси!

    (1920 г.)
В 1922 году М. Цветаева с семьей эмигрировала из России. Первые три года, проведенные в Праге (до конца 1925 года), оказались самыми светлыми. Встреча с любимым мужем, рождение сына Георгия, выход в свет новых книг: «Стихи к Блоку», «Разлука», «Психея», «Ремесло»…

Оказавшись в Париже, она столкнулась с материальной нуждой, испытывала тоску по Родине, ненависть к фашизму. Чувство одиночества, изоляция в эмигрантском кругу побудили ее вернуться на Родину. В 1939 году она возвратилась с сыном в СССР, где уже были С. Эфрон и старшая дочь. Но участь всех членов семьи оказалась плачевна: С. Эфрона расстреляли, Ариадну сослали, Марина осталась без работы, без жилья, получая редкие гонорары за переводы. В начале Великой Отечественной войны М.И. Цветаева эвакуировалась в Елабугу, где покончила с собой 31 августа 1941 года.

Пророчество ее стихов очевидно:

		Моим стихам, написанным так рано,
		Что и не знала я, что я — поэт,
		Сорвавшимся, как брызги из фонтана,
		Как искры из ракет,

		Ворвавшимся, как маленькие черти,
		В святилище, где сон и фимиам,
		Моим стихам о юности и смерти,
		— Нечитанным стихам! — 

		Разбросанным в пыли по магазинам
		(Где их никто не брал и не берет!),
		Моим стихам, как драгоценным винам,
		Настанет свой черед.

    (1913 г.)
А. Эфрон вспоминает, «как она писала»: «Отметя все дела, все неотложности, с раннего утра, на свежую голову, на пустой и поджарый живот….К письменному столу каждый день своей жизни шла, как рабочий к станку — с тем же чувством ответственности, неизбежности, невозможности иначе. Глохла и слепла ко всему, что не рукопись, в которую буквально впивалась — острием мысли и пера».

Ее стихи, обращенные к письменному столу, — изумительная исповедь поэта:

		Я знаю твои морщины,
		Изъяны, рубцы, зубцы —
		Малейшую из зазубрин
		(Зубами — коль стих не шел).
		Да, был человек возлюблен,
		И сей человек был — стол.

    (1934 г.)
Цветаева быстро уводит читателя в мир своих ритмов, образов, слов, эмоции. Она любила музыку и умела ворожить словами, как слагатели древних заговоров:

		Ветреный век мы застали, Лира!
		Ветер в клоки изодрал мундиры,
		Треплет последний лоскут Шатра…
		Новые толпы — иные флаги!
		Мы же останемся верны присяге,
		Ибо дурные дожди — ветра.

    (1918 г.)
«Может быть, самыми прекрасными можно назвать стихи Цветаевой об искусстве. Она презирала стихотворцев–ремесленников, но твердо знала, что нет вдохновения без мастерства, и высоко ставила ремесло.

В русскую поэзию она принесла много нового: настойчивый цикл образов, расходящийся от одного слова, как расходятся круги по воде от брошенного камня, необычайно острое ощущение притяжений и отталкиваний слов, поспешность ритма, который передает учащенное биение сердца… Будучи часто не в ладах со своим веком, М. Цветаева много сделала для того, чтобы художественно осмыслить и выразить чувства своих современников. Ее поэзия — поэзия открытий», — писал И. Эренбург.

		Сижу без света, и без хлеба,
		И без воды.
		Затем и насылает беды
		Бог, что живой меня на небо
		Взять замышляет за труды.

    (1920 г., С. Э.)
И. Бродский, спустя полвека размышляя о творчестве М. Цветаевой, скажет: «С формальной точки зрения Цветаева бесконечно интереснее всех своих современников, включая футуристов, и ее рифмы более изобретательны, чем рифмы Пастернака…»

В стихотворении «Поэт», написанном в 1923 году, читаем:

		Поэт — издалека заводит речь.
		Поэта — далеко заводит речь.

		Планетами, приметами… окольных
		Притч рытвинами… Между да и нет
		Он — даже размахнувшись с колокольни —
		Крюк выморочит… Ибо путь комет —
		Поэтов путь. Развеянные звенья
		Причинности — вот связь его! Кверх лбом —
		Отчаетесь! Поэтовы затменья
		Не предугаданы календарем.

«Она запретила себе повторяться и всё шла и шла вперед. Самое удивительное, что она могла бы быть лучше всех других, она могла делать всё то, что любой другой». (И. Бродский.)

Ее поэтические посвящения А. Пушкину, А. Блоку, А. Ахматовой, В. Маяковскому, Б. Пастернаку говорят о понимании ею роли и ценности каждого поэта.

«Ее всегда окружало, как облако, звучание стихов», — подытожил И. Эренбург жизненный путь М. Цветаевой.

		Вскрыла жилы: неостановимо,
		Невосстановимо хлещет жизнь.
		Подставляйте миски и тарелки!
		Всякая тарелка будет — мелкой,
		Миска — плоской.
		Через край — и мимо —
		В землю черную, питать тростник.
		Невозвратно, неостановимо,
		Невосстановимо хлещет стих.

    (1934 г.)



Владимир Владимирович Маяковский


(1893–1930)

В.В. Маяковский родился в селе Багдади близ города Кутаиси в семье лесничего.

Автобиографию, написанную в 1928 году, Маяковский назвал «Я сам». В ней он пишет:

		— Я — поэт. Этим и интересен.
		Гимназия.
		Иду первым. Весь в пятерках. Читаю Жюля Верна.
		Какой–то бородач стал во мне обнаруживать
		Способности художника. Учит даром.

В 1906 году в семье случилось несчастье — умер отец от заражения крови, уколов палец, сшивая бумаги. Семья переехала в Москву, Жили скудно, за отца получали пенсию десять рублей в месяц. Мать сдавала комнаты студентам, чтобы Володя и две дочери учились. От студентов Владимир узнал про теорию социализма, вступил в партию большевиков; его трижды арестовывали: в 1908 году и. два раза в 1909 году.





В.В. Маяковский


Началом своей литературной деятельности Маяковский считает 1909 год. Попав в Бутырскую тюрьму, он познакомился со всеми литературными новинками, читал стихи А. Белого, К. Бальмонта. «Попробовал сам писать так же хорошо, но про другое. Оказалось так же про другое — нельзя». В 1911 году В. Маяковского приняли в училище живописи, ваяния и зодчества, где он познакомился с Давидом Бурлюком — организатором группы русских футуристов.

Вскоре Маяковский «весь ушел в стихи», писал их вместе с В. Хлебниковым, А. Крученых, и они «родили совместный манифест — «Пощечина общественному вкусу». В нем были такие призывы:

«Прошлое тесно. Академия и Пушкин

непонятнее иероглифов».

«Бросить Пушкина, Достоевского, Толстого и

прочих с ПАРОХОДА СОВРЕМЕННОСТИ».

«Всем этим Максимам Горьким,

Куприным, Блокам, Сологубам… Буниным

нужна лишь дача на реке. Такую награду

дает судьба портным.

Мы приказываем чтить права поэтов:

признать СЛОВО-НОВШЕСТВО, ненависть

к прежнему языку…»


Манифест был. подкреплен стихами футуристов:

		О, рассмейтесь, смехачи!
		О, засмейтесь, смехачи!
		Что смеются, что смеянствуют смеяльно,
		О, засмейтесь, усмеяльно!

    (В. Хлебников. «Заклятие смехом», 1910 г,)
Право Самоценного (самовитого) Слова утверждал всю свою недолгую жизнь этот поэт–скиталец Велимир Хлебников (1885–1922).

Другой поэт–футурист Александр Крученых написал такие стихи:

		«Дыр бул
		щил
		убещур
		скум
		вы со бу
		р л эз»

    (1913 г.)
А в 1922 году появились его «Боен — кр» и «Мокредная мосень», что подтвердило характеристику автора — «иезуит слова», — данную Маяковским.

Давид Бурлюк в стихотворении «Утверждение бодрости» (1914 г.) провозглашал:

		Каждый молод, молод, молод,
		В животе чертовский голод…
		Будем кушать камни, травы,
		Сладость, горечь и отравы.
		Будем лопать пустоту,
		Глубину и высоту…

В его стихотворении «Приказ» звучала та же тема:

		Заколите всех телят
		Аппетиты утолять.

А вывод был сделан в духе футуризма:

		Потрошите неба своды;
		Озверевшие народы!

Не отставал от своих собратьев по перу и Владимир Маяковский, он написал стихотворения «Ночь», «Адище города», «Нате!» (1913 г.):

		Через час отсюда в чистый переулок
		вытечет по человеку ваш обрюзгший жир,
		а я вам открыл столько стихов шкатулок,
		я — бесценных слов мот и транжир.
		***
		А если сегодня, мне, грубому гунну,
		кривляться перед вами не захочется — и вот
		я захохочу и радостно плюну,
		я — бесценных слов транжир и мот.

В этот же период он создал трагедию «Владимир Маяковский», позже — поэмы «Облако в штанах», «Флейта–позвоночник», «Война и мир».

Октябрьскую революцию поэт принял безоговорочно. В своем послереволюционном творчестве он стремился дать, как он сам говорил, «героическое, эпическое и сатирическое изображение нашей эпохи». Самыми известными его произведениями этой поры являются поэмы «150 000 000», «Люблю», «Про это», «Владимир Ильич Ленин», « Хорошо », пьесы « Мистерия–буфф », «Клоп», «Баня». Работая в окнах РОСТа (Российского телеграфного агентства), он придумывал злободневные плакаты, лозунги, призывы.

Окружающие обстоятельства складывались так, что поэту пришлось смирять себя, «становясь на горло собственной песне», и в 1930 году он покончил жизнь самоубийством.

В 1917–1923 годах на сцене Политехнического музея на поэтических вечерах выступали многие поэты, в том числе В. Маяковский. Он был прекрасным оратором, участие в вечерах и митингах считал необходимой деятельностью поэта. О его выступлениях в Политехническом музее осталось много воспоминаний, среди них воспоминания Льва Кассиля:

«В зале копится пока еще скрытое восхищение и негодование. И вот Маяковский начинает свой доклад.

Собственно, это не доклад, это блестящая беседа, убедительный рассказ, зажигательная речь, бурный монолог!..

Начинается, как всегда, разговор о классиках, критическом изучении их. Маяковский, уважительно отзываясь о Пушкине, Лермонтове и Толстом, говорит, что новому времени нужны новые литературные приемы, новый поэтический словарь.

***

Затем Маяковский отвечает на записки и вопросы с места:

— Мы с товарищем читали ваши стихи и ничего не поняли.

— Надо иметь умных товарищей!

***

— Маяковский, ваши стихи не волнуют, не греют, не заражают.

— Мои стихи не море, не печка и не чума.

***

— Маяковский, зачем вы носите кольцо на пальце?! Оно вам не к лицу.

— Вот потому, что не к лицу, и ношу на пальце, а не в носу.

***

— все–таки Пушкин лучше вас!

И Маяковский начинает наизусть «Евгения Онегина». Он прочел первую главу, начинает вторую. В зале хохочут, вскакивают. Только тогда, когда зал уже изнемог, Маяковский останавливается. И, пользуясь затишьем, он опять серьезно и неутомимо сражается за боевую, за политическую поэзию наших дней:

		Мне наплевать
		на бронзы многопудье,
		Мне наплевать
		на мраморную слизь.
		Сочтемся славою, — 
		ведь мы свои же люди, — 
		Пускай нам
		общим памятником будет
		Построенный
		в боях
		социализм».

В 1926 году Маяковский написал статью «Как делать стихи?», в которой давал советы для выполнения «поэтической работы»:

«1. Социальный заказ.

2. Точное… ощущение желаний вашего класса, то есть целевая установка.

3. Постоянное пополнение… редкими, изобретенными, обновленными… словами».

***

Завершал он статью следующим выводом:

«Поэзия — производство. Труднейшее, сложнейшее, но производство».

В том же году он написал стихотворение «Разговор с фининспектором о поэзии», где подтверждал тот вывод:

		Поэзия —
		та же добыча радия.
		В грамм добыча,
		в год труды.
		Изводишь
		единого слова ради
		тысячи тонн
		словесной руды.

Но основное призвание поэта, как он его понимал, Маяковский сформулировал в стихотворении «Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче» (1920 г.):

		Пойдем, поэт,
		взорим,
		вспоем
		у мира в сером хламе.
		Я буду солнце лить свое,
		а ты — свое,
		стихами.
		Светить всегда,
		Светить везде,
		До дней последних донца,
		Светить —
		и никаких гвоздей!
		Вот лозунг мой —
		И солнца!

Наследие поэта осталось большое и неоднозначное. Всё, что он писал по так называемому «социальному заказу», партийные функционеры раздергали на лозунги и плакаты. Потомки же читают и заучивают строки из ранних стихов Маяковского о любви, которые писались с болью и тоской:

		Послушайте!
		Ведь, если звезды зажигают —
		Значит — это кому–нибудь нужно?
		Значит — это необходимо,
		Чтобы каждый вечер
		над крышами
		загоралась хоть одна звезда?!

    (1914 г.)



Сергей Александрович Есенин


(1895–1925)





С.А. Есенин


С.А. Есенин родился в селе Константинове Рязанской губернии в крестьянской семье.

Воспитывался он у деда по матери, человека зажиточного, знатока церковных книг. Сергей окончил сельское училище, затем церковно–учительскую школу.

В 1912 году переехал в Москву, работал у купца в лавке, трудился в типографии, занимался на историко–философском отделении народного университета имени А.Л. Шанявского, ходил в Суриковский литературно–музыкальный кружок.

Первые его стихи появились в журналах в 1914 году, в них явно звучали народно–песенные традиции.

		Поет зима — аукает,
		Мохнатый лес баюкает
		Стозвоном сосняка.
		Кругом с тоской глубокою
		Плывут в страну далекую
		Седые облака.

    (1910 г.)
В автобиографии С. Есенин писал, что в 1915 году он поехал в Петербург: «Там меня приняли весьма радушно. Первый, кого я увидел, был Блок, второй — Городецкий». Тогда же Есенин вошел в группу новокрестьянских поэтов. А через год вышла первая книга его стихов «Радуница», в которой картины деревенской жизни переплетались с библейскими сюжетами, образами:

		Пахнет яблоком и медом
		По церквам твой кроткий Спас.
		И гудит за корогодом
		На лугах веселый пляс.
		Кто–то в солнечной сермяге
		На осленке рыжем едет.
		Прядь волос нежней кудели,
		Но лицо его туманно.
		Никнут сосны, никнут ели
		И кричат ему: «Осанна!»

    (1914 г.)
В начале своего творческого пути С. Есенин примкнул к имажинистам. В автобиографии он писал: «В 1919 году я с рядом товарищей опубликовал манифест имажинизма… Но эта школа… умерла сама собой, оставив правду за органическим образом». Имажинисты провозглашали «победу образа над смыслом», в стихотворении собирали «толпу образов».

У С. Есенина читаем:

		Ягненочек — кудрявый месяц —
		Пасется в голубой траве.

Или:

		Золотою лягушкой луна
		Распласталась на тихой воде.
		Словно яблонный цвет, седина
		У отца пролилась в бороде.

    (1918 г.)
В 1919–1921 годах поэт путешествовал по России, Кавказу, Крыму, доехал до Ташкента, много писал.

Цикл стихов «Москва кабацкая» свидетельствует о душевном спаде, творческом кризисе поэта, вызванном его неверием в строительство новой жизни. Но взгляды С. Есенина меняются, он приветствует индустриализацию после поездки с американской танцовщицей А. Дункан по Европе и Америке. До конца своих дней Есенин оставался поэтом предельной искренности. Его стихи отражали остроту противоречий жизни, разобраться в которых пытался поэт:

		Не знали вы,
		Что я в сплошном дыму,
		В развороченном бурей быте
		С того и мучаюсь, что не пойму —
		Куда несет нас рок событий.

    («Письмо женщине», 1924 г.)
В стихах С. Есенина звучат темы Родины и революции, Руси новой и уходящей, тревога за судьбу русской деревни, призыв к милосердию и любви ко всему живому:

		Дар поэта — ласкать и корябать,
		Роковая на нем печать.
		Розу белую с черной жабой
		Я хотел на земле повенчать.

		Пусть не сладились, пусть не сбылись
		Эти помыслы розовых дней.
		Но коль черти в душе гнездились —
		Значит, ангелы жили в ней.

    (1923 г.)
Поэмы С. Есенина «Пугачев», «Поэма о двадцати шести», «Анна Онегина», «Черный человек», статьи «Ключи Марии», «Быт и искусство» свидетельствуют о многогранности дарования поэта.

«Ключи Марии» — статья о художественном творчестве. «Мария на языке хлыстов шелапутского толка означает душу», — поясняет автор в примечании.

Вот отрывки из этой статьи:

«Я еду к тебе, в твои лона и пастбища», — говорит наш мужик, запрокидывая голову конька в небо. Такое отношение к вечности как к родительскому очагу проглядывает и в символе нашего петуха на ставнях. Известно, что петух встает вместе с солнцем, он — вечный вестник его восхода, и крестьянин не напрасно посадил его на ставню, здесь скрыт глубокий смысл его отношения и восприятия солнца».

«Человеческая душа слишком сложна для того, чтоб заковать ее в определенный круг звуков какой–нибудь одной жизненной мелодии или сонаты. Во всяком круге она шумит, как мельничная вода… и горе тем, которые ее запружают, ибо, вырвавшись бешеным потоком, она первой сметет их в прах на пути своем. Так на этом пути она смела монархизм, так рассосала круги классицизма, декаданса, импрессионизма и футуризма, так сметет она… и сонм кругов, которые ей уготованы впереди».

Связь с родной деревней жила в душе поэта всегда:

		Низкий дом с голубыми ставнями,
		Не забыть мне тебя никогда…

		До сегодня еще мне снится
		Наше поле, луга и лес,
		Принакрытые сереньким ситцем
		Этих северных бедных небес.





Константиново, родина С. Есенина


Больно осознавать поэту, что время изменило деревню и он сам стал для нее чужим:

		Вот так страна!
		Какого ж я рожна
		Орал в стихах, что я с народом дружен?
		Моя поэзия здесь больше не нужна,
		Да и, пожалуй, сам я тоже здесь не нужен.
		***
		Пускай меня сегодня не поют —
		Я пел тогда, когда был край мой болен.

    («Русь советская», 1924 г.)
Осмысляя несущуюся мимо жизнь, размышляя о своей роли в этом вихре событий, поэт высказывает свои сомнения, боль, любовь в стихах:

		Припадок кончен.
		Пусть в опале.
		Приемлю жизнь, как первый сон.
		Вчера прочел я в «Капитале»,
		Что для поэтов —
		Свой закон.

Этот «свой закон» означает для него лечить душу любовью к братьям нашим меньшим, к женщине, к родной стороне.

		Шаганэ ты моя, Шаганэ!
		Потому, что я с севера, что ли,
		Что луна там огромней в сто раз,
		Как бы ни был красив Шираз,
		Он не лучше рязанских раздолий.

А, обращаясь к А.С. Пушкину, С, Есенин выскажет свои задушевные мысли:

		Но, обреченный на гоненье,
		Еще я долго буду петь…
		Чтоб и мое степное пенье
		Сумело бронзой прозвенеть.

За славой ехал рязанский паренек в Петербург, верил в свой талант и не стыдился стихов–песен о ковыльных степях и черных болотах, о синих небесах родного края:

		Несказанное, синее, нежное…
		Тих мой край после бурь, после гроз,
		И душа моя — поле безбрежное —
		Дышит запахом меда и роз.

    (1925 г.)
И слава пришла к нему. Многие стихи С. Есенина положены на. музыку и стали песнями, Всё новые исполнители обращаются к есенинским строкам. А сожаления о безвременной кончине поэта (по официальной версии, Есенин покончил жизнь самоубийством) заставляют выдвигать иные версии его смерти.




Н. В. Гоголь. Портрет

Вопрос об ответственности творца за свой дар и дело рук своих волновал Н.В. Гоголя уже с первых произведений. Работая над повестью «Ночь перед Рождеством», он ввел образ чёрта — пакостника и прохвоста, несущего на землю зло. Но кузнец Вакула, известный богомаз, прославился кроме всего прочего тем, что наказал чёрта, изобразив его на картине («сбоку, как войдешь в церковь») таким гадким, «что все плевали, когда проходили мимо». Зло должно быть наказано, для того оно и упоминается в произведении. Эту мысль Гоголь развивает и в петербургской повести «Портрет». Состоит она из двух частей.





Н.В. Гоголь в Риме (по рисунку В. Жуковского)


В первой части рассказ идет о молодом художнике Чарткове — «художнике с талантом, пророчившим многое», доведенном до крайней степени бедности. Денег нет ни за квартиру заплатить, ни пообедать, так как последние гроши он истратил в картинной лавочке, купив за бесценок портрет старика. «…Сила кисти была разительна. Необыкновеннее всего были глаза: казалось, в них употребил всю силу кисти и все старательное тщание свое художник». И в тот же самый день страшные сны привиделись молодому человеку, доводя беднягу до дрожи и пота — жуткий портрет смущал его душу. Но этот же портрет «спас» молодого художника от разорения, так как за его рамой оказались червонцы, «новые, жаркие, как огонь». Теперь во власти 22-летнего художника было все! Можно было года три работать, не зная нужды, а можно было «одеться в модный фрак, сменить квартиру, отправиться в ресторан, в театр…»

Чартков выбрал второе, предался развлечениям, стал брать заказы у богатых людей, которые требовали «сохранить сходство и вместе с тем придать красоту оригиналу». Талант в этом деле не требовался, нужна была только ловкость. «Скоро он уже сам начал дивиться чудной быстроте и бойкости своей кисти».

Достаток к Чарткову пришел, а кисть «охладела и отупела». «Золото сделалось его страстью, и ужасная зависть к таланту овладела им. Он стал скупать все лучшее, что производило художество, и уничтожать. Чахотка, сумасшествие свели его, наконец, в могилу. Страшный портрет сделал свое дело: «спас» и погубил талантливого художника.





На портрете был изображен ростовщик, прославившийся в Петербурге своими злодеяниями, так что «никто не сомневался в присутствии нечистой силы в этом человеке. Перед смертью он сам заказал благочестивому художнику свой портрет. И хотя художник принялся за работу, но чувствовал, «что эти глаза вонзались ему в душу и производили в ней тревогу непостижимую». Злая сила хотела удержаться в картине и продолжать присутствовать в мире после смерти ростовщика. Поняв это, художник прервал работу, но не уничтожил картины. Портрет «пошел странствовать» по городу. Художник, осознав свою вину, ушел в монахи, а сыну своему завещал найти портрет и уничтожить его, сказав: «Спасай чистоту души своей. Кто заключил в себе талант, тот чище всех должен быть душою». Сын–художник, исполняя волю отца, нашел портрет на аукционе вещей умершего художника Чарткова и рассказал присутствующим историю злосчастного портрета. Однако получить картину он не смог — она пропала, была украдена.

Н.В. Гоголя крайне волновала мысль о чистоте помыслов творческого человека, запрете создания неосмотрительных, необдуманных произведений, несущих зло безнаказанно.

В наше время проблема ответственности писателя, художника, режиссера, мыслителя за создание свое стоит особенно остро.




ФИЛОСОФСКИЕ СТРАНИЦЫ








Александр Сергеевич Грибоедов


(1795–1829)





А.С. Грибоедов


Автор бессмертной комедии «Горе от ума» прожил необыкновенную жизнь, обладал многими талантами, сильным характером и гражданским мужеством, А.С. Пушкин, прочитав комедию, написал своему приятелю так: «В комедии «Горе от ума» кто умное действующее лицо? Ответ: Грибоедов. А знаешь ли, что такое Чацкий? Пылкий, благородный и добрый малый, проведший несколько времени с очень умным человеком (именно с Грибоедовым) и напитавшийся его мыслями, остротами и сатирическими замечаниями».

А.С. Грибоедов родился в 1795 году в старинной дворянской семье. Домом управляла мать — женщина крайне властная и резкая, сына она любила, но давление ее на него приводило к стычкам и ссорам.

С помощью гувернеров Александр Сергеевич получил домашнее воспитание и начальное образование, продолжил обучение в Благородном университетском пансионе. В 1806 году он поступил на словесное отделение в Московский университет, став кандидатом словесных наук, перешел на этико–политическое (юридическое) отделение и через два года стал кандидатом права, после этого он поступил на факультет математики и естественных наук. За шесть с половиной лет он прошел курс трех факультетов и в 1812 году готовился к экзаменам на получение ученой степени доктора наук. Грибоедов был образованнейшим человеком своего времени, владел несколькими иностранными языками, знал древние языки, сочинял музыку, занимался литературным творчеством. Но как только началась война с Наполеоном, А.С. Грибоедов записался корнетом в гусарский полк. В отставку он вышел в 1817 году и поступил на гражданскую службу — в Коллегию иностранных дел.

Страстный любитель театра, Грибоедов начал писать пьесы.

Но размеренная петербургская жизнь сменилась поездкой в Иран (Персию) на дипломатической службе в должности секретаря.

Первоначально секретарь русской миссии прибыл в Тифлис, где познакомился и подружился с генералом Ермоловым, героем войны 1812 года, умным и оригинальным человеком. Впоследствии, в 1826 году, Ермолов спас Грибоедова, подозревающегося в связи с декабристами. Ермолов задержал курьера, прибывшего арестовывать Грибоедова. Александр Сергеевич, воспользовавшись минутой, смог уничтожить все компрометирующие его бумаги и не был осужден по делу декабристов. Но судьба не дала Грибоедову спокойной и безмятежной жизни. Он участвовал в 1827 году в войне России с Ираном, проявил героизм в сражениях, заключил и подписал выгодный для России Туркманчайский договор. Царь наградил его орденом и повысил в чине — теперь Грибоедов стал полномочным посланником в Иране (вазир–мухтаром — по–персидски).

Биография Грибоедова увлекла исследователя Ю. Тынянова, и он написал книгу «Смерть Вазир—Мухтара», где не только подробно, но и художественно рассказал о событиях жизни А.С. Грибоедова: о поездках в Петербург и Москву — для наблюдения за дворянским обществом, которое он собирался описать в комедии; о женитьбе Грибоедова в 1828 году на шестнадцатилетней грузинской княжне Нине Чавчавадзе, дочери известного грузинского поэта; о последней миссии в Иран, где русское посольство располагалось в Тавриде (Тебризе).





Н. Чавчавадзе—Грибоедова


Визит Грибоедова к шаху означал, что посланник должен приехать в Тегеран и участвовать в дворцовых церемониях.

«В 1817 году Ермолов тонко и терпеливо, со вкусом, отвоевал все мелочи этикета и под конец ступил в солдатских сапогах к самому трону его величества и уселся перед ним на стул. Потому что малое расстояние от трона есть власть державы, а сиденье перед ним — главенство».

Теперь, в 1828 году, Грибоедову предстояло отвоевывать стул и сапоги, «Вазир—Мухтар просидел перед его величеством шахом час без малого.

Значение России возросло…»

Английские дипломаты подстрекали шаха освободиться от несговорчивого посланника. И 30 января 1829 года толпа тегеранцев напала на русское посольство, разгромила его и растерзало всех (37 человек). Тело Грибоедова толпа фанатиков таскала по улицам и базарам Тегерана. Похоронить Грибоедова решили в Тифлисе.

		Лишь упрятанный в ящик,
		Всю горечь земную изведав,
		Он вернется в Тифлис.
		И, коня осадивший в грязи,
		Некто спросит с коня:
		— Что везете, друзья?
		— Грибоеда. Грибоеда везем! — 
		Пробормочет лениво грузин.

(Этот упомянутый в стихотворении «некто» был А.С. Пушкин, потрясенный сей встречей и написавший о ней в книге «Путешествие в Арзрум».)

		И покуда всклокоченный,
		В сальной на вороте ризе,
		Поп армянский кадит
		Над разбитой его головой —
		Большеглазая девочка
		Ждет его в дальнем Тебризе,
		Тяжко носит дитя
		И не знает,
		Что стала вдовой.

    (Д. Кедрин)
Вдовой Нина Грибоедова стала в 17 лет, она ушла из жизни в 50 лет, почти каждый день поднимаясь на гору, где похоронены знаменитые сыны Грузии и где покоится прах Александра Сергеевича Грибоедова.

О комедии «Горе от ума» и о ее действующих лицах высказывались разные, подчас противоположные мнения. Но все критики сходились в том, что комедия «отличается моложавостью, свежестью и более крепкой живучестью от других произведений слова». Подтверждением сказанного является то, что пьеса до сих пор входит в репертуар современных театров, а режиссеры предлагают все новые трактовки образов Чацкого, Софьи… Фразы из этой комедии стали крылатыми, превратились в пословицы и поговорки: «Счастливые часов не наблюдают», «Злые языки страшнее пистолета», «Грех не беда — молва нехороша», «Минуй нас пуще всех печалей и барский гнев, и барская любовь» и другие.

Писатель И.А. Гончаров опубликовал в 1872 году статью «Мильон терзаний» о комедии «Горе от ума». В ней он утверждал: «Чацкого роль — роль страдательная: оно иначе и быть не может. Такова роль всех Чацких, хотя она в то же время и победительная. Но они не знают о своей победе, они сеют только, а пожинают другие — и в этом их главное страдание, то есть в безнадежности успеха». А победительность роли Чацкого в том, что он «породил раскол» в фамусовском обществе.

Критик В.Г. Белинский напечатал в 1840 году статью «О комедии Грибоедова «Горе от ума»», где высказался о главном герое следующим образом: «Что за глубокий человек? Это просто крикун, фразер, идеальный шут… Это новый Дон—Кихот, мальчик на палочке верхом, который воображает, что сидит на лошади».

А.С. Пушкин о Чацком: «Все, что говорит он, — очень умно. Но кому говорит он все это? Фамусову? Скалозубу? На бале московским бабушкам? Молчалину? Это непростительно. Первый признак умного человека — с первого взгляда знать, с кем имеет дело, и не метать бисер перед Репетиловым и тому подобными». А.С. Пушкин не мог не знать, что первоначально комедия называлась «Горе уму» и что в среде декабристов слово «ум» обозначало «свободомыслие, вольнолюбие».

Говорит же свои пламенные речи Чацкий для того, чтобы услышал их зритель и читатель, а услышав, понял, что в фамусовском круге говорят о другом «уме»:

«Да умный человек не может быть не плутом» — Репетилов;

«Конечно, нет в нем этого ума,

Что гений для иных, а для иных чума,..

Да эдакий ли ум семейство осчастливит?» — Софья;

«Ума в нем только мало», — о Молчалине Чацкий;

«Старички… Поспорят, пошумят и… разойдутся.

Прямые канцлеры в отставке по уму», — Фамусов.

«С ума сошел! Прошу покорно!

Да невзначай! Да как проворно!» — Хлестова и все остальные гости о Чацком (на балу).


По мнению участников фамусовского круга, они вынесли Чацкому приговор, и горе ему от его же ума.

Но, как пишет Гончаров, «Чацкий сломлен количеством старой силы, нанеся ей в свою очередь смертельный удар качеством силы свежей».

За Чацким стоит новый век, за ним — будущее.




Николай Семенович Лесков


(1831–1895)





Н.С. Лесков


Н.С. Лесков пришел в литературу с огромным запасом жизненных наблюдений, со своими темами, с ярко выраженной, своеобразной манерой письма.

На страницах его произведений запечатлены самые различные слои российского общества: помещики, чиновники, священники, купцы, интеллигенты и рабочие люди. С юношеских лет Лесков горячо сочувствовал униженным и обездоленным, страстно ненавидел крепостнический произвол. В поисках честных, бескорыстных людей, творящих добро, он изучал быт и нравы русского, украинского, эстонского и других народов.

Неудивительно, что писатель беспощадно порицал зло и с глубоким сочувствием рассказывал о трагических судьбах талантливых людей, гибнущих от произвола дикого и косного барства, военной бюрократии («Тупейный художник», «Левша», «Человек на часах»).

Родился Николай Семенович Лесков в селе Горохове Орловской губернии. Дед его был священником, бабка происходила из купеческого сословия, была верующей, хорошо знала Священное Писание.

Отец писателя окончил духовную семинарию, но священником стать не пожелал. Он поступил на службу следователем в Орловскую уголовную палату. Это был человек образованный, и его глубокий интерес к поэзии, к истории, к старинным книгам передался сыну.

В годы учебы (1841–1846) юный Лесков много читал, книги стали главным его увлечением. Но в 1848 году умер от холеры отец, и Лесков вынужден был пойти служить в палату уголовного суда города Орла.

Через год, переехав в Киев, он поступил на службу в казенную палату, слушал в университете лекции по литературе, государственному праву, криминалистике, анатомии, агрономии…

По делам службы Лескову приходилось разъезжать по уездам, соприкасаться с различными слоями населения. Он записывал рассказы людей, случаи из их жизни, легенды. В результате появились повести и рассказы «Леди Макбет Мценского уезда», «Воительница», «Запечатленный ангел».

В 1870&#8209;е годы писатель создал несколько произведений, которые, по словам М. Горького, представляли собой «для России иконостас ее святых и праведников». Это были роман «Соборяне», рассказы и повести «Очарованный странник», «Павлин», «Однодум». Позже в творчестве Лескова усилилась сатирическая линия, он сблизился с Л.Н. Толстым, пересмотрел свое отношение к церкви, религии («Полунощники», «Загон»).

«Очарованный странник» был написан после посещения писателем острова Валаама в 1872 году. И в «незыблемой твердыне русского иночества, пребывающего здесь во всей чистоте древней христианской общины», возник замысел этой повести. В повести заложен глубокий христианский смысл — покаяние. Этой идее подчинена и ее композиция.

Произведение представляет собой рассказ в рассказе. Попутчик автора, Иван Северьянович Флягин, поведал историю своей жизни пассажирам корабля во время путешествия. Фигура рассказчика напоминает Илью Муромца, былинного богатыря, защищавшего русскую землю от неприятеля. В образе Ивана Флягина автор дает свое представление о путях служения Господу Богу. Один путь лежит через силу небесного воинства, когда за веру стояли с мечом в руках; другой путь — через молитвы и затворничество.

Необычна история рождения Ивана Северьяновича. Его мать долгое время не имела детей, Иван Флягин был у нее поздним ребенком; после его рождения мать скоро умерла. Странник ничего не знал бы о ней, если бы не случай. Рос Иван мальчуганом крепким и резвым, любил пошалить. В характере его заложено буйство, данное ему от природы. Однажды на дороге навстречу барской карете ехал монах, спящий на повозке. Иван, решив поозорничать, хлестнул старца кнутом, а тот спросонья попал под телегу и погиб. Причиной трагедии было буйство и озорство Ивана. Убийство монаха — это завязка повести. Душа монаха стала являться в снах герою повести, но не как дух мести, а как дух наставника. Душа монаха поведала Ивану Флягину, что был он ребенком, вымоленным у Бога, что мать обещала его монастырю. И если Иван Северьянович не будет следовать предназначению, которое ему дано свыше, то его будут преследовать погибели. История рождения странника перекликается с библейскими сюжетами, например, с историей рождения Исаака — сына Авраама. Слова монаха вскоре подтвердились. Однажды карету барина понесли лошади у обрыва. Иван Флягин спасся чудом, упав на глиняный выступ и скатившись в овраг, но лошади разбились насмерть.

В характере героя этого произведения сочетаются буйство, порой доходящее до бессмысленной жестокости, и способность сердца нежно и горячо любить. Иван сильно привязывается к голубям, жившим на конюшне, он любит их всем сердцем. Но как же жестоко в то же время расправляется Иван Северьянович с хозяйской кошкой, посягнувшей на его любимцев!

Далее события разворачиваются так, что Флягин становится нянькой грудного ребенка. Автор подчеркивает, что характер героя контрастирует с маленькой девочкой — этим чистым созданием. Присматривая за девочкой, Иван Флягин находит покой и усмиряет свое буйство. Но опять, как только представился случай, Флягин с охотой позабавился: избил офицера.

Судьба снова и снова испытывает героя повести. Он попадает на лошадиные торги. Не сдерживается Иван Северьянович, дает волю своему характеру: забивает татарина на ярмарке. По обычаям татар, это не считается убийством; но для русского человека, живущего, по христианским заповедям, всякое убийство человека неприемлемо, оно противоестественно. Иван Северьянович наказан за убийство долгими годами пленения у татар. Среди чужого ему народа Флягин ощущает острую тоску по родной земле, полям и лесам, чувствует потребность сходить в церковь, причаститься.

По возвращении из странствий Флягин стал конесером у одного князя, но князь вскоре уходит в отставку, становится банкротом, покупает прекрасную певунью в цыганском таборе. Певунья Груша обладает удивительным голосом: ее пение завораживает слушателей. Странник глубоко поражен талантом певуньи, что говорит о поэтичности души Ивана Северьяновича. Князь скоро охладевает к Грушеньке и задумывает жениться на богатой невесте, чтобы поправить свое положение. Но цыганка уже носит под сердцем его ребенка. Иван Флягин застает Грушеньку в состоянии, близком к помешательству, в голове певуньи рождаются страшные мысли: она задумывает убить князя, его невесту, а затем и себя. Ужаснувшись этим мыслям, цыганка умоляет Ивана Северьяновича убить ее, чтобы самой не воплотить свой ужасный замысел в жизнь. Иван Северьянович берет на душу тяжкий грех и сбрасывает Грушеньку с обрыва.

После совершенного Иван Флягин ищет уже для себя погибели: отправляется солдатом на Кавказскую войну. Душа спасенной Грушеньки становится его ангелом–хранителем. В каких бы опасных сражениях ни участвует Иван Северьянович, ангел всегда покровительствует ему. После получения офицерского чина и дворянской грамоты за подвиги на войне Флягин уходит в отставку, а затем покидает дела мирские и становится в монастыре послушником. В этом качестве Флягин и предстает перед слушателями на корабле.

Четко выраженной кульминации в повести нет. Это связано с концепцией автора о бессмертии души человеческой и с тем его представлением, что в жизни человека все эпизоды значимы. Каждый поступок героя повести влечет за собой его искупление и покаяние; осознание греховности поступка — это ступень к нравственному очищению души. Вся жизнь героя — нравственное восхождение души, путь покаяния и очищения.




Роман И.С. Тургенева «Рудин»

Роман «Рудин» написан И.С. Тургеневым в 1855 году. С главным героем читатель знакомится при его появлении в доме Дарьи Михайловны Ласунской. «Знатная и богатая барыня», некогда столичная красавица, которой поэты посвящали стихи, Ласунская и в своем имении поддерживает атмосферу литературно–музыкального салона. Она имеет привычку коллекционировать знаменитости. Рудин производит с первого же раза впечатление «человека замечательного», необыкновенного, но вовсе не за счет своей внешности. Он остроумен, склонен к полемике, образован и начитан. «Рудин владел едва ли не высшей тайной — музыкой красноречия». На слушателей действует его увлеченность исключительно высшими интересами. Просвещение, наука, смысл жизни — вот о чем говорит Рудин так вдохновенно и поэтично.





Силу его воздействия ощущают все. Наталья — дочь Ласунской — охвачена еще не ясным ей самой чувством. Басистов смотрит на Рудина как на учителя, с восторженным обожанием. Александра Павловна простодушно охает и удивляется «необыкновенному уму». Волынцев отдает Рудину должное и предчувствует в нем соперника. Ласунская же тщеславится «своей находкой», а ее приживал Пандалевский по–своему оценивает способности Рудина: «Очень ловкий человек!»

Время идет. Рудин умно рассуждает о самопожертвовании, но, в сущности, сосредоточен на себе. Он, как и все тургеневские герои, проходит через испытание любовью. Это чувство описывается в произведениях Тургенева то светлым, то трагичным и разрушительным, но это всегда сила, обнажающая истинную натуру человека.

Здесь–то и обнаруживается «головной», надуманный характер увлечения Рудина. Рудин не знает ни себя, ни Натальи. Как очень часто бывает у Тургенева, героиня оказывается в любви выше героя, Наталья в свои восемнадцать лет, без всякого жизненного опыта, готова бросить дом и против желания матери соединить судьбу с Рудиным. Но в ответ на вопрос: «Как вы думаете, что нам надобно теперь делать?» она слышит от Рудина: «Разумеется, покориться». Наталья бросает Рудину много горьких слов: она упрекает его в малодушии, трусости, в том, что его высокие слова далеки от дела. Так оно и есть на самом деле.

В романе Рудину противопоставлен Лежнев. Один красноречив — другой немногословен, один не может разобраться в самом себе — другой превосходно понимает людей и помогает близким благодаря своему душевному такту и чуткости. Один живет в доме Ласунской, занимает у нее деньги — другой держится с Ласунской независимо. Один ничем не занимается — другой постоянно в делах.

Но Лежнев не только антагонист Рудина, он истолкователь героя. Оценки Лежнева не одинаковы в разные моменты, но в совокупности внушают читателю понимание сложного характера героя и его места в жизни. Лежнев высоко ценит энтузиазм Рудина — «драгоценное качество в наше время». Разбирая причины оторванности идеалов Рудина от конкретной действительности, он произносит такие слова: «Несчастье Рудина состоит в том, что он России не знает, и это точно большое несчастье». По мнению автора, это именно несчастье Рудина, а не его вина.

Тургенев не отрицал, что образ главного героя романа был связан с личностью Михаила Александровича Бакунина. Но в Рудине много и глубоко личного, авторского.

Добролюбов в статье «Что такое обломовщина?» поставил в один ряд разных литературных героев — Онегина, Печорина, Рудина и Обломова, назвав их лишними людьми. «Над всеми этими лицами, — утверждал он, — тяготеет одна и та же обломовщина, которая кладет на них неизгладимую печать бездельничества, дармоедства и совершенной ненужности на свете». Тургенев в ответ на критические выступления Добролюбова (и Чернышевского) вставил в свой роман эпизод гибели Рудина на баррикадах в Париже. Такое окончание романа утверждало способность Рудина к самоотверженным поступкам. Хотя и на парижских баррикадах его высокий порыв бесплоден: «В одной руке он держал красное знамя, в другой — кривую и тупую саблю».




Леонид Николаевич Андреев


(1871–1919)





Л.Н. Андреев


Л.Н. Андреев — один из самых знаменитых писателей, творивших на рубеже XIX и XX веков. Он родился в 1871 году в городе Орле, где его отец служил землемером. Высшее образование. Л.Н. Андреев получил, учась на юридических факультетах сначала Петербургского, а потом Московского университетов. Но ни адвокатом, ни вообще юристом он так и не сделался: почувствовав в себе способности к литературному творчеству, он избрал дорогу писателя. Рассказ «Баргамот и Гараська», напечатанный в 1898 году, привлек к Андрееву внимание читателей, и с тех пор слава его неизменно росла. Каждое его новое произведение заставляло много говорить о себе, потому что писателю удавалось по–своему и весьма глубоко изображать жизнь. Понимать его было нелегко; так как писал он преимущественно для взрослых и очень серьезно. Но есть у Л. Андреева несколько рассказов, которые заинтересуют и ребят. Таков рассказ «Кусака». Читая его, невольно начинаешь жалеть несчастную собаку, осуждать ее обидчиков, но в число обидчиков не зачислишь Лёлю, которая покорила собачье сердце. Ребята не видят предательства Лёли, уехавшей в город, не попрощавшись с преданной Кусакой. Винят во всем Лёлину маму — это ведь ей не хотелось брать в город простую дворняжку, И очень редко кто примеряет ситуацию на себя, ведь Лёля поступила обычно, как делают многие. Она поиграла–поиграла с собакой и оставила ее на зиму у заколоченной дачи. Но что же могла сделать для собаки девочка? Тут уже читатель предлагает решения: могла бы попросить сторожа приглядывать за их верной Кусакой и подкармливать ее, могла бы упросить маму…





Чувство безнадежности остается у читателя и после рассказов «Ангелочек», «Петька на даче»… Л. Андреев часто использует прием открытого финала, который дает читателю возможность самому подумать, что же будет дальше с героями, но почему–то зачастую такой финал не оставляет добрых и светлых надежд.

Читателям старшего возраста стоит обратиться к рассказу Л. Андреева «Жизнь Василия Фивейского». Темнота, мрачность, грешность жизни главного его героя — истового служителя церкви — приводят к рассуждениям о гордыне человека, возомнившего себя равным Богу.

Откровения Л. Андреева заставляют читателя философски относиться к жизни, помогают думать и сопоставлять ситуации из его произведений со своим прожитым днем.

Напряженные творческие искания выделяли Л. Андреева среди писателей–реалистов. Он поднимал животрепещущие общественные вопросы в рассказах «Красный смех», «Рассказ о семи повешенных», «Записки Сатаны».

Во время революции 1917 года Л. Андреев оказался в Финляндии, где и оставался до конца своих дней.

В повести Леонида Андреева «Иуда Искариот» противопоставляются два абсолютно разных героя. С одной стороны, автор показывает высочайшую чистоту и духовную красоту Иисуса, с другой — абсолютную ему противоположность: безобразного, подлого Иуду Искариота, обладающего всеми самыми низкими качествами. Как отмечается в повести, не только добрые, но и злые люди считали его негодяем и не принимали в свое общество: «И если порицали его добрые, говоря, что Иуда корыстолюбив, коварен, наклонен к притворству и лжи, то и дурные, которых расспрашивали об Иуде, поносили его самыми жестокими словами».

Но с удивительной легкостью Иуде удается добиться своего. С присущим ему умением обманывать и льстить он скоро перестает пугать многих учеников Иисуса. Еще в начале повести говорится: «Постепенно к Иуде привыкли и перестали замечать его безобразие. Лгал Иуда постоянно, но и к этому привыкли, так как не видели за ложью дурных поступков, а разговору Иуды и его рассказам она придавала особенный интерес и делала жизнь похожею на смешную, а иногда и страшную сказку».

Автор умышленно делает Иуду главным действующим лицом в книге, главным объектом для размышлений. Иуда для самого Андреева — интересный характер для исследования. Странное впечатление производит его картина, нарисованная цветными мелками. На ней изображены головы Иисуса Христа и Иуды Искариота, соединенные одним терновым венцом. Дочь писателя так отзывалась о картине: «И странная вещь: несмотря на то, что сходства нет никакого, по мере того как всматриваешься в эти два лица, начинаешь за: мечать удивительное, кощунственное подобие между светлым ликом Христа и звериным лицом Иуды Искариота — величайшего предателя всех времен и народов. Одно и то же великое, безмерное страдание застыло на них».

В повести «Иуда Искариот» Леонид Андреев излагает свою версию мотивов предательства Иудой Иисуса Христа. Но одновременно автор заставляет читателей снова и снова возвращаться к библейскому сюжету, обдумывать и находить собственное понимание произведения.




Андрей Платонович Платонов


(Климентов)


(1899–1951)





А.П. Платонов


А.П. Платонов родился в Воронеже, в Ямской окраинной слободе. В семье его отца — слесаря Платона Фирсовича Климентова — росло одиннадцать детей. Андрей был старшим ребенком и поэтому многие годы являлся нянькой для младших. Обитатели Ямской слободы были в основном огородники, ремесленники, рабочие на железной дороге в Воронеже. И путь Андрея Платонова, казалось, был определен. Он сменил много профессий: был рабочим на железной дороге, электротехником, мелиоратором, потом учился в железнодорожном политехникуме, работал в литейном цехе подручным слесаря. Жизнь этого времени Платонов позднее отразит в своих произведениях: в автобиографическом рассказе.«Семен» (1936 г.), в повести «Сокровенный человек» (1928 г.), в герое которой — Фоме Глухове — просматривается второе «я» писателя. Начав «жизненное странствие» на рубеже веков в Ямской слободе, «где были плетни, огороды, лопуховые пустыри, не дома, а хаты, куры, сапожники и много мужиков на Задонской большой дороге», Платонов к двадцати пяти годам сформировался как писатель–мыслитель. Он был универсально талантлив. Подростком получил лишь шестилетнее систематическое образование, с тринадцати лет работал и к двадцати годам постиг математику Минковского, философию Канта. С 1922 по 1926 год, работая в губернском земельном управлении, Платонов проектировал и возглавлял строительство плотин, трех электростанций, множества мостов и дамб, прудов и шахтных колодцев. А по ночам он успевал писать очерки, прозу, стихи, критические и философские статьи, в которых предлагал смелые проекты преобразования земли, судьбы человечества, культуры. «Пламя познанья» (так называлась одна из его статей) горело в нем необычайно ярко. По природе своей он был преобразователем, спасителем: «…Есть примерно десять процентов чудаков в народе, которые на любое дело пойдут — и в революцию, и в скит на богомолье». Он принадлежал к этой породе.

Свою литературную деятельность Платонов начал со статей в газетах «Воронежская коммуна», «Красная деревня», журнале «Железный путь». Писал статьи об искусстве, техническом прогрессе. Его первые рассказы были об утопистах–инженерах: «Маркун» (1921 г.), «Потомки солнца» (1921 г.), «Равенство в страдании» (1921 г.). Страстный поклонник машин, технического расчета, он был одновременно и романтиком с обостренным желанием нравственного поиска: «Человечество — одно дыхание, одно живое теплое существо. Больно одному — больно всем. Умирает один — мертвеют все. Долой человечество–пыль, да здравствует человечество–организм… Будем человечеством, а не человеками в действии».

		Мир рожден улыбкой человека,
		Он Вселенную невестою назвал.

В конце 20&#8209;х — начале 30&#8209;х годов XX века (в годы первой пятилетки) Платонов создает свои наиболее крупные произведения: «Чевенгур», бедняцкую хронику «Впрок», повести «Котлован», «Джан», «Ювенильное море», рассказы, пьесы. Со многими из них читатели познакомятся через десятилетия. Первую книгу прозы «Епифанские шлюзы» (1927 г.) высоко оценил М. Горький. После нее Платонов пишет рассказы, вошедшие в сборники «Сокровенный человек» (1928 г.), «Происхождение мастера» (1929 г.), научно–фантастическую повесть «Город Градов» (1926 г.). В наследии Платонова, которое сегодня открылось читателю, философский роман «Счастливая Москва», сатирические рассказы 1920&#8209;х годов и сказки тех же лет, драматургические произведения, стихотворения, рассказы, повести.

Один из рассказов Платонова вызвал восхищение Э. Хемингуэя — рассказ «Третий сын». Сюжет его прост: в областном городе умирает старая женщина. Ее муж, семидесятилетний рабочий, рассылает телеграммы одинакового содержания: «Мать умерла. Приезжай. Отец». На похороны матери приезжают шестеро взрослых сыновей —. «громадные мужчины в возрасте от двадцати до сорока лет». Прошла панихидами вечером все шестеро, выпив, погоревав немного, начали веселиться, радуясь неожиданной встрече. Они смеялись, забыв о трагической причине их свидания. Расстроен отец, удивляется шестилетняя девочка, дочь одного из них, ставшая невольной свидетельницей бурного веселья сыновей, у которых умерла мать. Один из них, «третий по старшинству», выходит в соседнюю комнату, где стоит гроб с телом матери. Постояв у гроба, он теряет сознание. Братья приводят его в чувство, а затем, притихшие, расходятся поодиночке и оплакивают потерю, вспоминая детство, мать, ее тепло, заботу. Когда утром сыновья несут гроб, отец–старик чувствует гордость, «что его также будут хоронить эти шестеро могучих людей и не хуже». Казалось бы, незамысловатая история, но она приобретает иное звучание, благодаря таланту писателя, языку, сказовой манере повествования. Появляется понимание естественного развития событий: жизнь, смерть, смена поколений, течение времени, в котором благодаря этой связи не так страшна смерть — уходящее поколение сменяется другим поколением. Присутствует внутренний свет любви, прощения, несмотря на горе, скорбь, обиду отца на развеселившихся сыновей, недоумение девочки: «Все живут, смеются, а бабушка один день умерла». Это объединяет этих людей в семью. И Платонов передает читателю свое понимание человеческой души, отзывчивости его сердца.

Может быть, по–иному сегодня воспринимается рассказ «Песчаная учительница», в котором противопоставляются человек и стихия природы. Героиня рассказа, двадцатилетняя Мария Нарышкина, прожив три года в «песчаных степях прикаспийского края», назначена в дальний край, селоХомутово, на границе с «мертвой среднеазиатской пустыней». Короткий рассказ состоит из пяти главок о борьбе учительницы с песчаными бурями, пустыней, где «солнце исходило зноем с высоты жуткого неба, и раскаленные барханы издали казались пылающими кострами, среди которых саваном белела корка солнца». За три года, что живет там учительница, решившая побороть пустыню, все изменилось: зазеленели посадки, «школа была полна не только детьми, но и взрослыми, которые слушали чтение учительницы про мудрость жить в песчаной стране». Но пришли кочевники, которые каждые пятнадцать лет посещали Хомутово со своими стадами, вытоптали посадки, опустошили колодцы. «Степь наша, барышня. Зачем пришли русские? Кто голоден и ест траву родины, тот не преступник». Марии Нарышкиной дают новое назначение — в селоСафута. Ей объясняют, что здесь люди уже научились бороться с песками, ей же надо ехать обучать кочевников, переходящих на оседлый образ жизни: «Вы, Мария Никифоровна, могли бы заведовать целым народом, а не школой. Но пустыня — будущий мир, бояться вам нечего, а люди будут благодарны, когда в пустыне вырастет дерево… Желаю вам всяческого благополучия». Идеализм, способность жертвовать собственным благополучием свойственны героине, мечтавшей вернуться «через пятьдесят лет старушкой… не по песку, а по лесной дороге».

Рождение нового сознания, новой воли, высокая идеализация показаны Платоновым и в другом произведении — в повести «Сокровенный человек».

В центре этой повести выведен герой–странник машинист Фома Пухов. Вчерашний матрос чувствует себя «всеобщим руководителем Каспийского моря». Это стихийный философ, который пытается понять время и себя в нем «не в уюте, а от пересечки с людьми и событиями», поэтому он хочет «очутиться среди множества людей и заговорить о всем мире». Революция изменила сознание таких людей, наделила их поразительной пытливостью мысли. Платонов показывает, как романтическое представление о революции сменяется у Пухова ироничными замечаниями при виде того, как «гримасы эпохи» подменяют естественную жизнь, разрушают духовные и сердечные связи между людьми. Он не озадачивается решением сложных вопросов, но подсознательно стремится к природной, естественной гармонии с миром. Пухов сознает свое законное место в новой жизни. «Все совершается по законам природы», — успокаивает он себя.

Платонов писал, что надо помнить, что «есть высшая тайна в народе… массы людей, стушеванные обманчивым покровом истории… терпеливо и серьезно исполняют свое существование, — все эти люди, оказывается, обнаруживают способность бесконечного жизненного развития». Платонов раскрыл миру величие «простых сердец», величие людей, без которых «народ не полный». Пройдя по дорогам жизни, Пухов обретает гармонию в душе. В период Гражданской войны, обеспечивая «боеспособность Красной армии, он работал в отряде снегоочистителей, потом пошел в «добровольный отряд технических сил для обслуживания фронтовых нужд Красной армии, действующих на Северном Кавказе, Кубани и Черноморском побережье…». В Новороссийском порту Пухову устроили экзамен, прежде чем назначили мастером для ремонта судна «Марс». Когда проверяли «знания специалиста» о лошадиных силах в машинах, он отвечал: «Страна у нас с отсталой техникой — корягой пашут, ногтем жнут». На вопрос, любит ли он пролетариат и готов ли жизнь за него отдать, отвечает: «Люблю и кровь лить согласен, только чтобы не зря и не дуриком». Затем Фома Пухов попадает на турецкое судно «Шаня», сам туда просится, так как «на нем паровая машина, а не керосиновый мотор, как на "Марсе»". Затем он работает в Баку и Дарицыне, где «заводы подводные лодки делают». В городе своего детства он устраивается слесарем на гидравлический пресс, затем вновь принимает участие в сражениях с белыми, «Война нам убыточна — пора ее кончить» — понимает он, видя смерть, мертвых белых и красноармейцев. Пухов возвращается в Баку, на Каспийскую флотилию. Отказавшись «сделаться солдатским коммунистом», Фома объявляет: «Я — природный дурак!» — потому что «он знал особые ненарочные способы очаровывать людей и всегда производил ответ без всякого размышления».

Именно здесь Пухов снова увидит «роскошь жизни и неистовство смелой природы, неимоверной в тишине и в действии». Он почувствует «родственность всех тел к своему телу. Он постепенно догадывается о самом важном и мучительном… нечаянное в душе возвратилось к нему… будто вернулся к детской матери от ненужной жены». Сокровенный человек обретает душевный покой, открывая свою душу людям.




Михаил Афанасьевич Булгаков


(1891–1940)





М.А. Булгаков


Среди писателей послереволюционной эпохи творчество М.А. Булгакова теснее других писателей связано с темой прозрения и отображения своего жизненного пути в литературе. Путь этот был многотруден, полон боев, побед и поражений. Булгаков был человеком мужественным, волевым, целеустремленным и находил в себе силы для того, чтобы преодолевать препятствия. Он всегда оставался писателем классической школы, честным интеллигентом, в огне революции и Гражданской войны осознавшим неразрывность своей связи с народом, с Родиной. И хоть был он, скорее, не советским, а антисоветским писателем, отношение его к эмиграции было однозначным. О многом говорят известные слова Булгакова, сказанные 18 апреля 1930 года в телефонном разговоре со Сталиным: «Я очень много думал в последнее время, может ли русский писатель жить вне Родины, и мне кажется, что не может».

Родное гнездо, дом и семья всегда имели для М. Булгакова первостепенное значение, очень многое определили в его характере и судьбе. Профессорская семья, где рос Булгаков, была дружная и веселая. Все члены семьи любили музыку и театр, сам Михаил в юности хотел стать артистом, писал небольшие юмористические рассказы. Было душевное тепло, были незабываемые счастье и радость в доме на Андреевском спуске в Киеве.

В романе «Белая гвардия» милая, тихая, интеллигентная семья Турбиных будет жить на Алексеевском спуске города и окажется причастной к великим событиям, страшным и удивительным, которые пережил в 1918 году сам Михаил Булгаков, Вместе с киевлянами он стал очевидцем более десяти переворотов. Его как врача мобилизовали петлюровцы. Он бежал, вернулся домой. Затем в город пришли белогвардейцы. Осенью 1919 года опять началась мобилизация. Гражданская война забросила врача Михаила Булгакова во Владикавказ. Здесь он начал писать, оставив врачебную практику.

По мере того как после революции всё более чуждой ему оказывалась окружающая жизнь, всё острее и независимее становилось его перо. «Записки на манжетах» передают впечатление Булгакова от новой жизни:

		Довольно пели вам луну и чайку,
		Я вам спою чрезвычайку!

Так сочиняет один из поэтов, «другой прочитал доклад о Гоголе и Достоевском. И обоих стер с лица земли. О Пушкине отозвался неблагоприятно».

В конце 1922 года началась постоянная работа писателя в московской газете «Гудок», где М.А. Булгаков печатал фельетоны, рассказы, одновременно он работал над романом «Белая гвардия» и повестью «Дьяволиада». Затем вышла его повесть «Роковые яйца», написанная в 1924 году, посвящена она событиям, которые еще только произойдут в 1928 году. Ученый Персиков, специалист по голым гадам, открыл, что с помощью определенного расположения линз можно получить некий «красный луч», увеличивающий и активизирующий живые организмы, Предполагалось, что «луч жизни», воздействуя на куриные яйца, позволит вывести гигантских кур и накормит красную Россию, но… ящики перепутали по случайности, а из яиц вылупились огромных размеров змеи и крокодилы. В Костромской губернии экспериментом руководил Рокк — посланец Кремля и заведующий показательным совхозом «Красный луч». Именно он и его жена становятся первыми жертвами огромных выведенных голых гадов. Полчища этих тварей двинулись на Москву, и справиться с ними не могут ни ГПУ, ни Красная армия. Спасает столицу и страну лишь чудо — случившийся 18-градусный мороз в середине августа. Название повести заставляет задуматься. Роковыми стали ящики с яйцами, прибывшие для проведения опытов профессором, но не в Москву, а в куриный совхоз. Роковыми стали для Рокка его идеи и поспешность невежественного человека. Булгаков же видит безалаберность многочисленных «красных» начинаний, растерзанного разъяренной толпой профессора Персикова, являвшегося светилом науки, и ни в чем не повинную домработницу. Писатель видит также веселящуюся, падкую на сенсации. Москву и предостерегает читателя от возможных последствий экспериментов, в результате которых плодятся гады на погибель человечества. Повесть написана легко, с обилием комических и трагических подробностей.

Еще об одном неожиданном результате эксперимента рассказано в повести «Собачье сердце», философские рассуждения и бытовые зарисовки которой не оставят равнодушными и современного читателя. Написана она была в 1925 году, но тогда напечатать ее Булгакову не удалось. Он пишет пьесы «Дни Турбиных», «Зойкина квартира», «Бег», «Багровый остров», «Кабала святош». Лишь по прошествии десятилетий получили они заслуженную славу и стали востребованы. А в 30&#8209;е годы газеты пестрели призывами: «Долой Булгаковщину!» Совсем как Мастер, пережил М. Булгаков свое отречение от литературы и жизни. «Я — мистический писатель», — утверждал Булгаков. В последних его произведениях — «Театральный роман» и «Мастер и Маргарита» — эта особенность его творчества отразилась в полной мере. Роман «Мастер и Маргарита» наполнен философскими, нравственными, политическими открытиями. Причем открытия эти делает сам читатель, погружаясь в описание Иешуа, в историю любви Мастера и Маргариты, в мелочность московской жизни 30&#8209;х годов XX века.




Авторская Песня

Авторская песня — уникальное явление культуры второй половины XX века. Явление это, безусловно, литературное, как отмечал А. Галич, сам принадлежавший к числу бардов советской эпохи. Он рассматривал творчество отечественных бардов в русле общемировой традиции, сопоставляя его с творчеством французских шансонье и американских фолк–сингеров. Бардовская песня получила свое развитие в 60–70&#8209;е годы XX века, но впервые самодеятельные песни появились гораздо раньше, и родоначальником этого направления считают автора многих песен для театра и кино М. Анчарова. В конце 50&#8209;х — в 60&#8209;е годы XX века на поэтическом олимпе один за другим появляются имена Б, Окуджавы, А. Галича, Н. Матвеевой, позднее В. Высоцкого, Ю. Визбора. Возникает понятие «авторской песни». Писали авторские песни поэты, в совершенстве владеющие стихом.




Гармоническое звучание слов усиливала мелодия, слова «озвучивала» гитара, делала их призывнее, доступнее. Это была поэзия, обращенная к массам. Устав от идейных, шумных, часто неестественно патетических песен, слушатели отдавали предпочтение авторской песне, которая привлекала душевной открытостью, многообразием ритмов и интонаций, подчас исповедальностью, которая подчеркивалась авторской манерой исполнения (это были и гимны университетов, и туристические, походные песни, и романсы, и шуточные мелодии). Исполнения произведений превращались в единый поэтический монолог.

Авторские песни отличаются тематическим многообразием — в них поется о дружбе, любви, незыблемых человеческих ценностях. Для них существует и устойчивая система символов: звезды, птицы, паруса олицетворяют мечту о жизненном пути; путь, дорога — долг и дело жизни; горы — испытания; костер, гитара — душевную теплоту, братство.

Своеобразие эпохи 60&#8209;х годов XX века, необходимость открытого выражения мыслей — всё это сделало востребованным бардовское творчество. Общество тянулось к душевному откровению, которое находило в песнях Б. Окуджавы, А. Галича, В. Высоцкого, Ю. Визбора, А. Дольского, А. Городницкого, Ю. Кима, В. Долиной. Сначала эти песни можно было услышать у костра, в лесу, на поляне. Затем стали появляться рукописные сборники, кассеты с записями песен.

В настоящее время под Самарой проводятся ежегодные фестивали авторской песни памяти В. Грушина. Традиция эта существует с 1968 года. В Сергиевом Посаде ежегодно устраиваются фестивали детской и юношеской песни. Существует множество авторских объединений, а также специализированных студий звукозаписи. Московское издательство «Аргус» выпускает сборники авторских песен. И хотя четких критериев жанра авторской песни не существует, в целом можно говорить о том, что она заняла достойное место в русской культуре XX века.




Владимир Семенович Высоцкий


(1938–1980)





В.С. Высоцкий


В социологических исследованиях среди ответов на вопрос: «В чем секрет популярности В. Высоцкого?» отмечались правдивость творчества, сила духа, с какой он отстаивал свои принципы, жизненная глубина его творчества, высокая степень самоотдачи, искренность, открытость, с какой выражал поэт сущность жизни. Это был человек–легенда. Человек–легенда, живший, как он сам пел, «по–над пропастью», сжигавший себя в каждом слове, роли, песне.

О себе Высоцкий писал: «Я родился и вырос в Москве (25 января 1938 г.) в семье служащих. Когда началась война, отец — Высоцкий Семен Владимирович, окончивший к этому времени техникум связи, уехал на фронт». По окончании войны отец был направлен в Германию, сын также поехал с ним. Вернулся Владимир Высоцкий в Москву в 1949 году, окончил школу в 1955 году. С 1956 по 1960 г. он учится в школе–студии МХАТ в Москве. С 1960 года был актером сначала в Московском театре им. Пушкина, затем в Театре драмы и комедии на Таганке. Умер в 1980 году.

При жизни Владимир Высоцкий пользовался огромной популярностью и всеобщей любовью.

В его стихах правда жизни сочетается с философским осмыслением жизни, будничности, повседневности — с вечными ценностями. Поэт стал близким человеком для многих людей, вошел не только почти в каждый дом, но и в душу каждого, кто соприкоснулся с его творчеством. Это был певец свободы, гонимый официальными властями, любимый народом.

		Пилюли пью, надеюсь, что усну.
		Не привыкать глотать мне горькую слюну;
		Организации, инстанции и лица
		Мне объявили явную войну
		За то, что я нарушил тишину,
		За то, что я хриплю на всю страну,
		Чтоб доказать — я в колесе не спица…

Высоцкий возвращал людям истинные понятия добра и зла, правды и лжи, любви и ненависти. Он осуждал бездействие, всегда чувствовал личную ответственность за всё, что происходило в стране.

		Я до рвоты, ребята, за вас хлопочу.
		Может, кто–то когда–то поставит свечу
		Мне за голый мой нерв, на котором кричу,
		И веселый манер, на котором шучу…

Поэт ворвался в поэзию со своими первыми произведениями, избрав в лирические герои дураков, сумасшедших, воров и алкоголиков, чертей, покойников. Эти странные люди напоминали героев Зощенко, «чудиков» Шукшина. Высоцкий отразил в стихах страшное по своей сути явление — эпоху «маленьких людей», «винтиков» государственной машины. Он воспроизвел стадно–массовое сознание толпы («Песенки о слухах», «Подумаешь, с женой не очень ладно…», «Песенка ни про что, или Что случилось в Африке», «Товарищи ученые», «Письмо рабочих тамбовского завода китайским руководителям»), показал, что мы все отражены в зеркале («Неча на зеркало пенять…»), обнаружил страшные симптомы вырождения народа.

Простота и доступность поэзии Высоцкого — кажущиеся, она требует глубокого осмысления. Истоки ее — в русском народном творчестве — в скоморошестве, народном театре, смеховой культуре. Говоря о современниках, поэт и смеется над ними, и жалеет их. Перевоплощения поэта в стихах — не что иное, как смена масок в балагане. («Раздали маски кроликов, слонов и алкоголиков».)

Мотив маскарада, в котором все равны и равно глупы, проходит через многие его стихотворения:

		Смеются навзрыд — как у кривых зеркал, — 
		Меня, должно быть, ловко разыграли:
		Крючки носов и до ушей оскал —
		Как на венецианском карнавале!..
		Все в масках, в париках — все как один.

Смех, таящий в себе двойственность (и дразнить, и внимать), помогал превозмочь, преодолеть в себе самом, в жизни то, что лишает человеческого отношения к окружающим.

Поэтическое мастерство Высоцкого ярко выразилось в различных жанрах — от близких к фольклору, замаскированных в форму сказки, притчи, до полных глубокой лиричности баллад, от стилизации «блатных» песен, пародий на них, до философских раздумий в песнях о Великой Отечественной войне, о «времени и о себе». Каждое стихотворение Высоцкого — глубокое произведение, отражающее главную борьбу в человеке — борьбу между добром и злом.

		Чистоту, простоту мы у древних берем,
		Саги, сказки из прошлого тащим,
		Потому что добро остается добром
		В прошлом, будущем и настоящем.

    («Стрелы Робин Гуда»)
Только после смерти поэта в печати появились публикации его стихов, отдельные книги: «Нерв» (1981 г.), «Кони привередливые» (1987 г.), «Избранное» (1988 г.), «Четыре четверти пути» (1988 г,),. «Поэзия и проза» (1989 г.). С 1993 по 1998 год вышло собрание сочинений в пяти томах.

Сочетание в одном человеке удивительного сплава музыки, голоса, поэзии, актерского искусства и, конечно, обаяния — это явление нашего времени, масштаб которого еще предстоит, видимо, осознать,

Последнее стихотворение Высоцкого заканчивается словами:

		Мне меньше полувека — сорок с лишним —
		Я жив тобой и Господом храним.
		Мне есть, что спеть, представ перед Всевышним,
		Мне есть, чем оправдаться перед ним.




Булат Шалвович Окуджава


(1924–1997)





Б.Ш. Окуджава


Булат Окуджава родился 9 мая 1924 года в Москве, в семье партийных работников. В 1934 году переехал вместе с родителями в Нижний Тагил. В 1937 году отец был расстрелян, мать сослана в лагерь. Булат Окуджава вернулся к бабушке в Москву, затем в 1940 году уехал в Тбилиси. В 1942 году добровольцем ушел на фронт, окончив девять классов. В 1945 году после демобилизации вернулся в Тбилиси, окончил среднюю школу, поступил на филологический факультет Тбилисского университета. Работал учителем, затем — литературным сотрудником областной газеты. Стихи начал печатать с 1953 года. Первый его сборник был выпущен в 1956 г. в Калуге. Окуджава первым среди поэтов начал исполнять стихи под собственную музыку. Внутренняя проникновенность и выразительность звучания лирической поэзии сблизили ее с музыкой, и мелодия органично вошла в песни Булата Окуджавы. Точность и задушевность обращения у поэта кажутся безусловными, может быть, поэтому его песни сразу завоевали сердца слушателей. В. Высоцкий называл Окуджаву своим «духовным отцом». Голос поэта зазвучал в середине 50&#8209;х годов XX века. Каждая его песня отмечена личными переживаниями автора. Грустноватые песни о войне наполнены той правдой, которую познал на фронте сам поэт.

		Здесь птицы не поют,
		Деревья не растут,
		И только мы плечом к плечу
		Врастаем в землю тут.

		Горит и кружится планета,
		Над нашей Родиною дым —
		И, значит, нам нужна одна победа,
		Одна на всех, мы за ценой не постоим!

Написанная через много лет после победы, песня волнует до сих пор каждого, кто слушает ее. Это взгляд на войну изнутри, в ней передаются чувства безымянных в годы войны солдат. Она соединяет настоящее с прошлым, наполняя его ощущением, пониманием значимости того, что делали солдаты в годы войны.

Стихи, ставшие песнями («Веселый барабанщик», «Король», «Дежурный по апрелю», «Живописцы»), открывают особый мир, теплый, тихий, наполненный грустью и любовью. «Всеобщая безоглядная доброта — вот пафос Булата Окуджавы», — писал Ю. Карабчиевский.

		Когда мне невмочь пересилить беду,
		Когда подступает отчаянье,
		Я в синий троллейбус сажусь на ходу,
		Последний,
		Случайный.
		Полночный троллейбус по улице мчит,
		Верша по бульварам круженье,
		Чтоб всех подобрать, потерпевших в ночи
		Крушенье,
		Крушенье.

Москва, по которой мчится спасительный троллейбус, — это одухотворенный мир. Улицы Арбат, Неглинная, Волхонка и, конечно, люди этого города — незаметны, но с великой щедростью души и богатым внутренним миром.

Наверное, главная героиня лирики Б. Окуджавы — надежда.

«Надежды маленький оркестрик» славит:

		Совесть, Благородство и Достоинство —
		Вот оно, святое наше воинство.

С надеждой поэт не расстается:

«Я вновь повстречался с Надеждой — приятная встреча».


И еще:

		Надежда, я вернусь тогда, когда трубач отбой сыграет,
		Когда трубу к губам приблизит и острый локоть отведет.
		Надежда, я останусь жив: не для меня земля сырая,
		А для меня твои печали и добрый мир твоих забот.

Многомиллионная аудитория, воспитанная на песнях Окуджавы, стремится к Истине, о которой говорит поэт. Ей близки, понятны его язык, его откровения, его преклонение перед Женщиной («Ваше Величество Женщина»), предстающей в печальном романтическом образе. Женственность, красота и, конечно, Вера, Надежда, Любовь — вот то, что держит человека. В песнях Б. Окуджавы много мудрости — доброжелательной, чуть ироничной. В них и программа поэта, ставшая его судьбой:

		Текут стихи на белый свет из темени кромешной,
		Из всяких горестных сует, из праздников души,
		Не извратить бы вещий смысл иной строкой поспешной,
		Все остальное при тебе — мужайся и пиши.




Юрий Иосифович Визбор


(1934–1984)





Ю.И. Визбор


60&#8209;е годы двадцатого столетия породили удивительное явление — поэта с гитарой, чьи песни с нехитрой мелодией, лиричные, часто с ироничным подтекстом распевались у костра, в студенческих общежитиях, в геологических экспедициях. Эти песни записывались на магнитную ленту, очень быстро тиражировались и стали частью культуры XX века. Одним из самых ярких бардов того времени стал Юрий Визбор — выпускник Московского педагогического института (МШИ имени В.И. Ленина, теперь — МПГУ). Впервые его песни зазвучали в стенах этого института, здесь был написан и исполняется до сих пор «Гимн МГПИ»:

		Мирно засыпает родная страна,
		И в московском небе золотая луна,
		Ночью над союзом и над нашим вузом
		Медленно слетает тишина.
		Пусть нам издалека зачеты грозят,
		Думать каждый день об этом все же нельзя,
		С песней кончил день ты, мы с тобой студенты,
		Это значит — мы с тобой друзья.

Песни неотделимы от личности автора — это песни–исповеди, они шутливо–ироничны, песни–воспоминания: «Телефон», «Вставайте, граф», «Волейбол на Сретенке», «Сретенский двор», «Воскресенье в Москве», «Подмосковная», «Синий перекресток». В них лирический герой, как и сам автор, открыт людям, жизни, Побеждая себя, преодолевая жизненные испытания, он мужает и меняется вместе с любимым городом. Песни грустные и лиричные поведали и о неразделенной любви, и об отчей земле, о любимом уголке Москвы, о друзьях и мужском братстве, о послевоенном детстве…

		Звездным вечером, звездным вечером
		Бродит по лесу листопад,
		Елки тянутся к небу свечками,
		И в туман уходит тропа.

Особая тема песен Визбора — туризм. Среди, наиболее известных из них «Песня альпинистов», «Фанские горы», «Домбайский вальс». Романтический мир противопоставлен житейской повседневности, мещанскому уюту. Образный ряд в этих песнях особый: горы, заря, «перекресток двенадцати ветров», луна, морские дали, небеса, снежные вершины:

Ищи меня сегодня среди морских дорог, За островами, за большой водою, За синим перекрестком двенадцати ветров За самой ненаглядною зарею.

Монолог Визбора создает особое пространство в душе каждого, кто слушает его песни. И в этом пространстве красота, любовь, добро, гармония становятся естественными и ценными.

Журналист, кинорежиссер, актер (исполнитель знаменитой роли Бормана в фильме «Семнадцать мгновений весны»), драматург, радист, альпинист, Ю. Визбор обладал необыкновенным обаянием и имел множество друзей.




Александр Трифонович Твардовский


(1910–1971)





А.Т. Твардовский


А.Т. Твардовский родился 21 июня 1910 года в деревне Загорье Смоленской губернии в семье крестьянина–кузнеца, подвергшегося преследованиям в годы коллективизации. Еще учеником средней школы Твардовский стал селькором смоленских газет, а с 1925 года начали появляться в печати и его стихи. В 1928 году юный поэт уезжает в Смоленск, много пишет. В 1934–1936 годах появляется его поэма «Страна Муравия», за которую в 1941 году он получает Государственную премию. В 1936 году Твардовский переезжает в Москву и сразу же поступает в Институт философии, литературы и искусства, который оканчивает в 1939 году.

Тогда же он попадает военным корреспондентом на финский фронт. В годы Великой Отечественной войны оно много пишет, продолжает оставаться военным корреспондентом, участвует в освобождении Смоленска, откуда родом и его любимый Василий Тёркин — герой «Книги про бойца», которая принесла поэту всенародную славу и любовь.

В 1950 году Александр Твардовский был назначен главным редактором журнала «Новый мир», но в 1955 году его уволили с этого поста в связи с тем, что прогрессивное направление журнала не устраивало партийное руководство. Снова возглавив «Новый мир» в 1958 году, Твардовский сделал его таким изданием, вокруг которого группировались самые значительные литературные силы. Твардовский–редактор поддерживал многих начинающих талантливых писателей, но в 1970 году он снова был вынужден оставить ставший родным журнал.

В 1971 году, Твардовского не стало. Но остались его поэмы, в том числе и запрещенная в советские годы поэма «По праву памяти», и поэмы «Дом у дороги» и «За далью — даль», и, конечно же, осталась его проникновенная лирика, которая приобрела за прошедшие десятилетия философское звучание.

		Я знаю, нет никакой моей вины
		В том, что другие не пришли с войны.
		В том, что они — кто старше, кто моложе —
		Остались там, и не о том же речь,
		Что я их мог, но не сумел сберечь, — 
		Речь не о том, но всё же, всё же, всё же…

    (1966 г.)
Чувство вины выжившего, пришедшего с войны перед теми, кто остался на поле лежать, — это только видимый смысловой аспект короткого шестистишия. Здесь же и угрызение совести того, кто допустил, не защитил, не остановил силой своего авторитета надвигающейся катастрофы, здесь же рассуждения о гражданской позиции и патриотизме, признание заслуг каждого из тех, «кто остался там», вечная память им спустя десятилетия после той войны.

Стихотворение «Я убит подо Ржевом» (1946 г.) — первый памятник неизвестному солдату, первый зажженный в его честь вечный огонь. Начало стихотворения напоминает трагическую монотонность похоронок военных лет:

		Я убит подо Ржевом,
		в безымянном болоте,
		В пятой роте, на левом,
		при жестоком налете.

Позже поэт–бард А. Дольский напишет с таким же пронзительным эффектом «Балладу о без вести пропавшем»:

		Меня нашли в четверг на минном поле,
		В глазах застыло небо, как стекло.

Стихотворение А. Твардовского становится шедевром потому, что погибший оказывается нигде и в то же время всюду, становится целым миром, окружающим нас, хотя навсегда от нас отделенный:

		И во всем этом мире,
		До конца его дней,
		Ни петлички, ни лычки
		С гимнастерки моей.
		Я — где корни слепые
		Ищут корма во тьме;
		Я — где облачком пыли
		Ходит рожь на холме.

Ответ перед павшим держат живые, иначе гибель тех многих не оправдана:

		Вы должны были, братья,
		Устоять, как стена,
		Ибо мертвых проклятье —
		Это кара страшна.
		Завещаю в той жизни
		Вам счастливыми быть
		И родимой отчизне
		С честью дальше служить.

Твардовскому–лирику удается штрихом, нюансом выразить сложнейшую гамму человеческих переживаний. Поэт видит, например, как у плотины встала, «пугливая весенняя вода», у него на примете и тот «листок из зимней почки, что вдруг живет, полуслепой», в его стихах неожиданно, «листву прошивая старую, пойдет строчить трава». В трепетном восприятии природы, в чуткости к ее запахам и оттенкам скрыта для Твардовского возможность выразить свой внутренний мир.




Виктор Петрович Астафьев


(1924–2001)





В.П. Астафьев


В.П. Астафьев родился в сибирском селе Овсянка, на берегу Енисея, недалеко от Красноярска. Он рано лишился матери, которая утонула в реке, зацепившись косой за сплавную бону. Воспитывался мальчик в семье бабушки и деда. Впечатления детства отражены в его рассказах «Конь с розовой гривой» и «Фотография, на которой меня нет».

Когда в стране началась коллективизация, В. Астафьев оказался вместе с семьей в числе « спецпереселенцев » в Заполярье, в Игарке. Он сбежал от мачехи, бродяжничал, попал в детский дом. Когда началась Великая Отечественная война, отдельным категориям переселенцев разрешили вернуться в родные края. В. Астафьев окончил железнодорожную школу фабрично–заводского образования и работал составителем поездов под Красноярском. Осенью 1942 года он ушел на фронт, был шофером, артразведчиком, связистом. Осенью 1943 года на Днепровском плацдарме его тяжело ранили. Поправившись, он вновь вернулся в действующую армию. После Победы уехал с женой на ее родину — на Урал.

В. Астафьеву пришлось переменить много профессий, чтобы зарабатывать на жизнь. В 1951 году в газете «Чусовской рабочий» был опубликован его первый рассказ «Гражданский человек». Известность ему принесли повести «Перевал», «Звездопад», «Кража». С 1959 по 1961 год В. Астафьев учился на Высших литературных курсах в Москве. Жил в Перми, Вологде, а в 1980 году переехал на родину — в Красноярск. Перу писателя принадлежат такие замечательные произведения, как романы «Царь–рыба» и «Печальный детектив», трагическая тема войны звучит в повести «Пастух и пастушка», которую автор переписывал несколько раз и назвал современной пасторалью. О войне написан и роман «Прокляты и убиты» (книга первая — «Чертова яма», книга вторая — «Плацдарм»).

Роман «Царь–рыба», созданный в 1970&#8209;х годах, поднимает многие проблемы людей современного общества. Часто это проблемы нравственные.

Одна из глав повествования тоже называется «Царь–рыба». Речь в ней идет об обитателях поселка Чуш на Енисее. Взаимоотношения двух братьев Утробиных предстают перед читателем. Младший брат — командор, капитаном на пароходике плавал. Старший брат Зиновий Игнатьич работал на пилораме, но слыл в поселке механиком, культурным хозяином. Он вежлив, аккуратен, трезв, сноровист как никто, как будто не в этой деревне родился, вырос и вскормлен. «Само собой, ловил Игнатьич рыбу лучше всех и больше всех, и это никем не оспаривалось, законным считалось, и завидовать никто ему не завидовал, кроме младшего Утробина». Командор сначала вытеснил брата с богатых рыбных мест, потом, увидев, что на самоловы Игнатьича пошла стерлядь хоть реже, но зато самая отборная, ружье на него поднял — на брата! Зависть обуяла. И хотя после этого прощение у старшего брата просил, однако знал; что когда–нибудь встретятся они на узкой дорожке и не разойдутся.

Но оба брата, как и многие в поселке, браконьерством, ворначеством занимались. Самоловы их рыбнадзор выслеживает, улов их незаконный, преступный, поэтому тайный. И каждый из рыбаков, пропадая на реке, мечтает поймать царь–рыбу, о которой были и небылицы рассказывают и которая не всякому дается.

Еще дедушка Утробин, заядлый рыбак, учил внуков рыбацким хитростям: «Ты как поймаш, Зиновей, малу рыбку — посеки ее прутом. Сыми с уды и секи да приговаривай: «Пошли тятю, пошли маму, пошли тетку, пошли дядю, пошли дядину жану!» Посеки и отпущай обратно и жди. Все будет сполнено, как ловец велел». Еще дедушка учил: богоданную, желанную царь–рыбу «лучше отпустить, незаметно так, нечаянно будто отпустить, перекреститься и жить дальше, снова думать о ней, искать ее».

И вот старшему Утробину удалось изловить небывалого осетра, только победителем над рыбой он никак не мог стать, несмотря на свой большой опыт и на то, что рыбина была поранена крючками и потеряла много крови. Она вышибла из лодки ловца, крючки самолова впились и в рыбака тоже, а рыба заостренной мордой прижалась к своему губителю и тянула на дно.

Сначала на помощь звать Игнатьич не хотел: делиться придется, а в осетре икры ведра два. А позже уже и некого было звать. Погибал рыбак и опять дедушкины слова вспоминал. Нельзя на царь–рыбу ходить, если есть на душе грех какой. Казалось, какие грехи у такого примерного и приличного человека. А жадность–то! Рыбачит втихую, хапает, ни до чего ему дела нет. Был председателем школьного родительского комитета — переизбрали, депутатом хотели выдвинуть — отвели, в народной дружине тоже его нет — он все время в погоне, ему некогда. И рыба уж кажется ему оборотнем, который прижимается к его боку и желает его погибели. «Не хочу! — завизжал Игнатьич, брата стал звать. — Брательник!» Вспомнил, значит, брата, Бога стал просить, хоть ни в кого вроде не верил: ни в Бога, ни в черта.

Да, видно, не все муки он испытал и не все грехи свои вспомнил. Был еще грех у него на душе — Глашка Куклина. По молодости еще ревновал Зиновий Глашу к приезжему лейтенанту и проучил, как старшие мужики учили. Обнимал, целовал, а потом пинка дал, так что бухнулась девчонка в воду, утонуть не утонула, а уж сколько слез выплакала — кто знает. Сначала Зиновий похвалялся своим поступком, а потом винился, каялся, но прощения не получил. Вот сейчас, перед смертью, опять свое надругательство над женщиной вспомнил Игнатьич и засипел: «Глаша, прости».

Чудом не погиб Игнатьич. Мимо проходящая моторка разбудила рыбу, та рванулась, изорвав свое тело крючками в клочья, и ушла на глубину, освободив рыбака. «Иди, рыба, иди! Поживи сколько можешь! Я про тебя никому не скажу!» — молвил ловец, и ему сделалось легче.

Легче становится душе его, освободившейся покаянием перед братом, перед обиженной им женщиной, перед людьми, рядом живущими.

Рыба богоданная приносит с собой то, чего никак не ждал ловец: не икру и жирное мясо, не деньги на сберкнижку, а очищение души, переоценку ценностей.




Чингиз Торекулович Айтматов


(род. в 1928 г.)





Ч.Т. Айтматов


Ч. Айтматов родился в кишлаке Шекер в Киргизии в 1928 году, После окончания шести классов был секретарем сельского Совета, выполнял разные работы в колхозе. Его отец работал секретарем обкома партии, в 1937 году был репрессирован и погиб. Мать–учительница одна воспитывала четверых детей. Айтматовы ощутили на себе всю тяжесть положения членов семьи «врага народа» — бедность, отчуждение, страх.

Юность Ч. Айтматова пришлась на годы Великой Отечественной войны. Образование будущему писателю удалось получить только после войны. Он окончил зоотехникум, потом сельхозинститут, стал пробовать себя на писательском поприще.

С 1958 года произведения Айтматова начали печатать в центральных журналах Москвы. К тому времени он окончил Высшие литературные курсы, стал профессиональным писателем. Всесоюзную и европейскую известность принесла Ч. Айтматову повесть «Джамиля».

Пять лет он работал собственным корреспондентом газеты «Правда» в Киргизии, выпустил повести «Первый учитель», «Верблюжий глаз», «Тополек мой в красной косынке», «Материнское поле», «Прощай, Гульсары», получил немало престижных премий и признание читателей.

Каждое произведение Ч. Айтматова становилось событием в общественной и культурной жизни страны, это были «Ранние журавли», «Белый пароход», «Пегий пес, бегущий краем моря».

Широко известны его романы «И дольше века длится день…» («Буранный полустанок») (1980 г.) и «Плаха» (1986 г.).

В последние годы Ч. Айтматов является Чрезвычайным и Полномочным Послом Кыргызстана в Бельгии, Нидерландах, Люксембурге и Франции.

«Поезда в этих краях шли с востока на запад и с запада на восток… а по сторонам от железной дороги в этих краях лежали великие пустынные пространства Сары—Озеки, Серединные земли желтых степей» — это строки из романа «И дольше века длится день», который посвящен многим проблемам современности. Одна из них — проблема памяти.

В романе несколько сюжетных линий: космические контакты с внеземной цивилизацией; жизнь и работа людей на буранном полустанке; похороны уважаемого всеми человека Казангапа на почитаемом старинном кладбище Ана-Бейит; история сарозекских степей, кочевых племен; легенда о жуаньжу–анах и их рабах манкуртах…

Каждая из сюжетных линий выходит на обозначенную проблему и связана этой проблемой с другой сюжетной линией.

Похоронная процессия, возглавляемая Буранным Едигеем, не может предать земле умершего человека на кладбище Ана-Бейит, так как территория этого кладбища оказывается (по незнанию начальством местных преданий) частью территории космодрома, обнесена колючей проволокой и названа почтовым ящиком. Отсюда, с космодрома, отправляются два паритет–космонавта на неизвестную планету Лесная Грудь. Сенсацией для руководителей полета становится сообщение о другой цивилизации, не знающей оружия, войн, государства, но умеющей удлинять свою жизнь, использовать солнечную энергию, управлять климатом.

Космонавты вступают в контакт с инопланетянами и просят дальнейших инструкций у своего руководства; Ответом им было молчание. Об их сообщении решено на Земле забыть во избежание непредвиденных последствий, а их самих стереть из памяти людей.

О том, что происходит с человеком, если его лишить памяти, рассказывает древняя найманская легенда, объясняющая появление в этих отдаленных местах кладбища.

«Чудовищная участь ждала тех, кого жуньжуаны оставляли у себя в рабстве. Они уничтожали память раба страшной пыткой — надеванием на голову жертвы шири» (шири — пленка с шейной части убитого верблюда, которая, высыхая на солнце, стягивала голову несчастного, обрекая его на страшные муки). «Тот, кто подвергался такой процедуре, либо умирал, не выдержав пытки, либо лишался на всю жизнь памяти, превращался в манкурта — раба, не помнящего своего прошлого». Манкурт был абсолютно покорен и безопасен, признавал только своих хозяев, поэтому оказывался весьма ценен.

Найман-Ана разыскала своего сына–манкурта и не могла поверить, что он не помнит отца, мать, не вспомнит, где родился. Плач ее стал народной песней: «Я сирая верблюдица, пришедшая вдохнуть запах шкуры верблюжонка, набитого соломой…»

Хозяин узнал, что его раба хотят увезти, и вложил ему в руки лук со стрелами. В руке память осталась! И манкурт выстрелил в свою мать.

«То был смертельный удар. Найман-Ана наклонилась и стала медленно падать, цепляясь за шею верблюдицы. Но прежде упал с головы ее белый платок, который превратился в воздухе в птицу и полетел с криком: «Вспомни, чей ты? Как твое имя? Твой отец Доненбай! Доненбай!»

То место, где была похоронена мать, стало называться в сарозеках Ана-Бейит — Материнский упокой.

Сюда не смогла проехать похоронная процессия, и дольше века длился этот день выяснения, проверки документов современными манкуртами, забывшими заветы своих предков.

«В этот же день стартовали с космодрома ракеты, чтобы установить обруч вокруг земного шара против проникновения инопланетных летательных аппаратов, чтобы забыть о всяких иных цивилизациях». Трагедия тех и других связана с решением проблемы: помнить или забыть.

Но не такой человек Едигей, чтобы смириться с тем, что кладбище будут «сносить по плану». Когда хоронили здесь Найман-Ану, никто не знал, что здесь будет закрытая зона. «Это наша земля, наш дом, наши предки. Или твои отцы не умирали? Или ты сам никогда не умрешь? » — говорит он начальству закрытого городка. И его правда важнее всех остальных доводов.




Что такое постмодернизм?

Виктор Олегович Пелевин


(род. в 1962 г.)





В.О. Пелевин


В. Пелевин окончил Московский энергетический институт в 1984 году, учился в Литературном институте имени Горького. Работал в одном из первых в стране небольших частных издательств, участвовал в опубликовании текстов Карлоса Кастанеды, древнекитайских буддистов. Начинал как автор фантастических рассказов.

Произведения В. Пелевина 1980–1990&#8209;х годов («Омон Ра», «Жизнь насекомых», рассказы) публиковались в различных литературных журналах. В них и таких повестях, как «Желтая стрела», «Затворник и Шестипалый», «Чапаев и Пустота», «Поколение П», иронически обыгрываются многие архетипы советской и постсоветской массовой культуры. В повести «Принц Госплана» поднимается проблема компьютерной зашоренности человека, переселения его в виртуальный мир.

Повесть «Желтая стрела» не только необычно написана. События в ней излагаются от двенадцатой главы к нулевой, хотя хронология жизни главного героя не нарушена и остается понятной читателю.

Чтобы проследить основную мысль автора, стоит обратиться к персонажам и общей панораме событий. Вся жизнь Андрея — главного героя повести — и жизнь остальных действующих лиц проходит в определенном круге. Кругом является поезд «Желтая стрела», который, как считают все едущие в нем, никогда не останавливается и едет к «разрушенному мосту». Убийственность цели следования не удручает никого. Все привыкли к ней, как и ко многим атрибутам своей жизни: к исключительно железнодорожной тематике окружающего (газета «Путь», стихи по радио об эшелонах и вагонах, фирма «Голубой вагон», реклама: «Наш поезд — действительно скорый», «Театр на верхней полке», авангардный спектакль «Бронепоезд 116–511»); к желанию любого из общего вагона перебраться в плацкарт или в купе; к проводам покойника за окно…

Жизнь в «Желтой стреле» идет своим чередом: коммерческие операции по перекрашиванию пивных банок, создание семей и отстаивание своего купе, посещение ресторана, избрание веры, например утризма: «Они верят, что нас тянет вперед паровоз типа «У-3», а едем мы все в светлое утро».

Но среди всех едущих по жизни в «Желтой стреле» есть люди, мечтающие понять письмо–откровение, написанное на последней двери вагона:

		Тот, кто отбросил мир,
		Сравнил его с желтой пылью.
		Весь этот мир —
		Попавшая в тебя желтая стрела.

К этому письму Андрея приводит Хан, знающий больше других, так как он хотел знать.

Андрей, прочитав письмо, приходит к кажущейся многим абсурдной мысли: «Я хочу сойти с этого поезда живым». Хан смог покинуть поезд, и Андрей понял это, так как не застал Хана в привычном купе.

Власть в поезде находится у проводников, в их ведении оказываются не только стаканы, подстаканники, постельное белье, но и весь вагон с ключом от входной двери.

Однажды ночью случается невероятное: поезд останавливается, а ключ без труда вынимают из кармана проводника. Дверь открывается и без труда выпускает Андрея в иной мир, где слышатся стрекот кузнечиков в траве, шум ветра и тихий звук шагов. «Он не особо думал о том, куда идет, но вскоре под его ногами оказалась асфальтовая дорога…» — заканчивает повествование автор.

Среди героев повести принято безоговорочное мнение, что жизнь возможна лишь в поезде, а за окно попадают только после смерти. На самом же деле безостановочное движение «Желтой стрелы» объясняется тем, что поезд едет по кругу (Андрей видит белые розы и венки прошлой похоронной процессии). Всё это необходимо автору, чтобы подвести читателя к своей главной мысли: герой повести смог преодолеть общепринятое течение мыслей и жизни. Последний шаг Андрея в нулевой главе стал началом ухода в иной мир, ухода от манипуляции его сознанием. Автор, размышляя о смысле жизни в настоящем, приветствует непохожесть на общепринятый стандарт.

Книги В. Пелевина написаны в манере постмодернизма. Это такое литературное направление XX века, характерной особенностью которого является объединение в рамках одного произведения тем, проблем, мотивов, стилей, заимствованных из художественного арсенала различных времен, народов и культур. Постмодернизм активно использует аллегорию, символ, ассоциацию, мифологические мотивы, образность. Аллегория (иносказание) употребляется Пелевиным и в повести «Желтая стрела». Вся наша жизнь напоминает этот поезд, «Желтая стрела» — это символ бесцельной, неосмысленной жизни.

Постмодернизм провозглашает принцип свободного движения смыслов (письмо Хана и откровения на последней двери являются примером тому). Читатель замечает множественность стилистики, обилие цитатности, что тоже наблюдается в повести: газетные заметки из рубрики «Рельсы и шпалы», тексты радиопередач, философские письма.

Представители постмодернизма не ищут новых средств художественной выразительности, а используют весь предыдущий «культурный запас», по–новому осмысливая и осваивая его.

Книги В. Пелевина всегда требуют от читателя желания расшифровать их, проследить за мыслью автора. Поразительны в этом отношении рассказы «Бубен верхнего мира», «Проблема верволка в средней полосе», «День бульдозериста»… Наверное, имеет смысл открыть любую из его книг и прочитать. Книги В. Пелевина всегда вызывают бурное обсуждение, хотя сам автор не каждым читателем принимается и признается.




Предметно-именной указатель




А


«А зори здесь тихие» 212: #id_pg212-214: #id_pg214

«А тем временем где-то...» 123: #id_pg123

Авенариус В.П. 16: #id_pg16

авторская песня 346: #id_pg346-357: #id_pg357

«Адище города» 296: #id_pg296

«Айболит» 55: #id_pg55

Айтматов Ч.Т. 366: #id_pg366-370: #id_pg370

акмеисты 283: #id_pg283

Аксаков 8: #id_pg8

Алексин А. 57: #id_pg57, 105: #id_pg105, 122: #id_pg122-125: #id_pg125

«Алиса и чудовище» 251: #id_pg251

«Алмазный мой венец» 115: #id_pg115

«Алые паруса» 234: #id_pg234, 235: #id_pg235-238: #id_pg238

«Альпийская баллада» 209: #id_pg209, 210: #id_pg210

«Ангелочек» 331: #id_pg331

Андреев Д. 28: #id_pg28, 273: #id_pg273

Андреев Л.Н. 329: #id_pg329-333: #id_pg333

Аникин В.П. 7: #id_pg7

«Анна Каренина» 180: #id_pg180

«Анна Онегина» 304: #id_pg304

Анненков Ю. 274: #id_pg274

«Anno domini» 283: #id_pg283

«Антон-Горемыка» 65: #id_pg65

«Антоновские яблоки» 141: #id_pg141-145: #id_pg145

Анчаров М. 346: #id_pg346

«Арап Петра Великого» 15: #id_pg15, 16: #id_pg16

«Арзамас» (литературное общество) 9: #id_pg9

«Ариэль» 245: #id_pg245

«Архипелаг ГУЛАГ» 220: #id_pg220

Астафьев В.П. 361: #id_pg361-366: #id_pg366

«Ася» 88: #id_pg88

Афанасьев А.Н. 7: #id_pg7

Ахматова А.А. 20: #id_pg20, 282: #id_pg282-287: #id_pg287

«Ашик-Кериб» 25: #id_pg25

«Аэлита» 201: #id_pg201




Б


«Багровый остров» 345: #id_pg345

Бажов П.П. 8: #id_pg8, 45: #id_pg45-49: #id_pg49

«Баллада о без вести пропавшем» 360: #id_pg360

Бальмонт К.Д. 165: #id_pg165, 167: #id_pg167, 274: #id_pg274

«Баня» 297: #id_pg297

«Баргамот и Гараська» 330: #id_pg330

«Бармалей» 55: #id_pg55

«Бег» 345: #id_pg345

«Беглец» 25: #id_pg25

«Бегущая по волнам» 234: #id_pg234

«Бедная Лиза» 170: #id_pg170

«Бедные люди» 73: #id_pg73

«Бежин луг» 88: #id_pg88

«Безумная Евдокия» 123: #id_pg123-125: #id_pg125

«Белая гвардия» 343: #id_pg343

«Белая стая» 283: #id_pg283

«Белеет парус одинокий» (В. Катаев) 115: #id_pg115

Белинский В.Г. 171: #id_pg171, 318: #id_pg318

«Белые пелеринки» 49: #id_pg49

«Белый Бим Черное ухо» 155: #id_pg155-157: #id_pg157

«Белый гусь» 152: #id_pg152

«Белый пароход» 367: #id_pg367

«Белый пудель» 136: #id_pg136

Белых Г. 108: #id_pg108

Беляев А.Р. 244: #id_pg244-248: #id_pg248

«Беседы прежних лет» 169: #id_pg169

«Беседы при ясной луне» 60: #id_pg60

«Бесы» (А. Пушкин) 15: #id_pg15

Бианки В.В. 157: #id_pg157-162: #id_pg162

«Блажен незлобивый поэт» 272: #id_pg272

«Близнец в тучах» 196: #id_pg196

«Блистающий мир» 234: #id_pg234

Блок А.А. 273: #id_pg273-282: #id_pg282

«Бобыль» 65: #id_pg65

«Богатырь» 43: #id_pg43

Богомолов В.О. 130: #id_pg130-132: #id_pg132

«Боен - кр» 296: #id_pg296

Болдинская осень А. Пушкина 19: #id_pg19

«Борис Годунов» 16: #id_pg16, 18: #id_pg18, 172: #id_pg172

«Бородино» 174: #id_pg174

«Боярин Орша» 174: #id_pg174

«Братья Карамазовы» 73: #id_pg73

Бродский И. 285: #id_pg285, 292: #id_pg292, 293: #id_pg293

«Бронзовая птица» 250: #id_pg250

«Бубен верхнего мира» 375: #id_pg375

«Будьте здоровы, ваше высочество!» 104: #id_pg104

Булгаков М.А. 28: #id_pg28, 259: #id_pg259, 261: #id_pg261, 341: #id_pg341-345: #id_pg345

Булычев Кир 251: #id_pg251-254: #id_pg254

«Бумбараш» 101: #id_pg101

Бунин И.А. 140: #id_pg140-145: #id_pg145

«Буранный полустанок» 367: #id_pg367-371: #id_pg371

Бурлюк Д. 294: #id_pg294, 296: #id_pg296

«Буря мглою небо кроет» 18: #id_pg18

Быков В.В. 208: #id_pg208-211: #id_pg211

«Быт и искусство» 304: #id_pg304




В


«В августе сорок четвертого» 130: #id_pg130

«В дороге» 273: #id_pg273

«В дурном обществе» 69: #id_pg69

«В краю непуганых птиц» 147: #id_pg147

«В круге первом» 221: #id_pg221

«В людях» 83: #id_pg83

«В полном разгаре страда деревенская» 77: #id_pg77

«В списках не значился» 212: #id_pg212

«В Стране Вечных Каникул» 123: #id_pg123

«В тылу как в тылу» 123: #id_pg123

«В чем моя вера?» 180: #id_pg180

«Ванька» 91: #id_pg91-92: #id_pg92

«Варвары» 82: #id_pg82

«Василий Тёркин» 142: #id_pg142

Васильев Б.Л. 207: #id_pg207, 211: #id_pg211-215: #id_pg215

«Васса Железнова» 82: #id_pg82

Введенский А. 109: #id_pg109, 110: #id_pg110, 112: #id_pg112

«Великие путешественники» 98: #id_pg98

«Великолепная шестерка» 212: #id_pg212

«Верблюжий глаз» 367: #id_pg367

«Версты» 288: #id_pg288

«Весенние перевертыши» 204: #id_pg204

«Ветеран» 215: #id_pg215

«Вечер накануне Ивана Купала» 29: #id_pg29

«Вечер» (А. Ахматова) 283: #id_pg283

«Вечера на хуторе близ Диканьки» 29: #id_pg29, 31: #id_pg31

«Вечерний альбом» (М. Цветаева) 288: #id_pg288

«Вешние воды» 88: #id_pg88

Визбор Ю.И. 346: #id_pg346, 347: #id_pg347, 355: #id_pg355-357: #id_pg357

«Владимир Ильич Ленин» 297: #id_pg297

«Владимир Маяковский» 297: #id_pg297

Владимиров Ю. 109: #id_pg109, 114: #id_pg114

«Властелин мира» 245: #id_pg245

«Водители» 250: #id_pg250

«Водяной конь» 158: #id_pg158

«Военная тайна» 100: #id_pg100

«Возвращенная молодость» 97: #id_pg97

«Воздушные пути» 196: #id_pg196

«Воздушный корабль» 245: #id_pg245

«Воительница» 321: #id_pg321

«Война и мир» (В. Маяковский) 297: #id_pg297

«Война и мир» 179: #id_pg179

«Волны Черного моря» 116: #id_pg116

«Волчья стая» 209: #id_pg209

«Волшебный фонарь» 288: #id_pg288

Воробьев К.Д. 216: #id_pg216-219: #id_pg219

«Воскресение» 180: #id_pg180

«Воспоминание» 10: #id_pg10

«Впотьмах» 135: #id_pg135

«Впрок» 336: #id_pg336

«Враги» 82: #id_pg82

«Время, вперед!» 115: #id_pg115

«Время» (журнал) 73: #id_pg73

«Врун» 111: #id_pg111

«Встречный бой» 212: #id_pg212

«Второе рождение» 196: #id_pg196

«Вы чьё, старичьё?» 212: #id_pg212

«Высокая болезнь» 196: #id_pg196

Высоцкий В.С. 346: #id_pg346, 347: #id_pg347, 348: #id_pg348-352: #id_pg352

«Гадюка» 202: #id_pg202

Гайдар А. 100: #id_pg100-103: #id_pg103

Галич А. 346: #id_pg346, 347: #id_pg347

«Где просыпается солнце» 151: #id_pg151

«Гиперболоид инженера Гарина» 201: #id_pg201

Гиппиус З. 274: #id_pg274

Гоберман А.Г. см. Алексин А.Г. 

Гоголь Н.В. 8: #id_pg8, 10: #id_pg10, 27: #id_pg27-33: #id_pg33, 58: #id_pg58, 260: #id_pg260, 307: #id_pg307-310: #id_pg310

Голиков А.П. см. Гайдар А. 

«Голова профессора Доуэля» 245: #id_pg245-248: #id_pg248

«Голубая книга» 97: #id_pg97

«Голубая чашка» 101: #id_pg101

«Голубые лягушки» 161: #id_pg161

Гончаров А. 14: #id_pg14

Гончаров И.А. 317: #id_pg317

Гончарова Н.Н. 17: #id_pg17

«Горбун и поп» 185: #id_pg185

«Горе от ума» 313: #id_pg313, 317: #id_pg317-319: #id_pg319

Горенко А.А. см. Ахматова А.А. 

«Горный мастер» 46: #id_pg46

«Город Градов» 336: #id_pg336

«Город наверху» 252: #id_pg252

Городницкий А. 347: #id_pg347

Горький М. 8: #id_pg8, 53: #id_pg53, 80: #id_pg80-86: #id_pg86, 136: #id_pg136, 235: #id_pg235, 239: #id_pg239, 336: #id_pg336

«Господа Головлевы» 41: #id_pg41

«Господин из Сан-Франциско» 142: #id_pg142

«Гражданский человек» 362: #id_pg362

«Гранатовый браслет» 136: #id_pg136, 137: #id_pg137

Грибоедов А.С. 313: #id_pg313-319: #id_pg319

Григорович Д.В. 65: #id_pg65-68: #id_pg68

Грин А. (Гриневский А.С.) 232: #id_pg232-238: #id_pg238

«Губернские очерки» 40: #id_pg40

Гумилев Н.С. 283: #id_pg283

«Гусак» 185: #id_pg185

«Гуси-лебеди» 7: #id_pg7

«Гуттаперчевый мальчик» 65: #id_pg65, 66: #id_pg66-68: #id_pg68




Д


Даль В. 7: #id_pg7

«Дальнее - близкое» 46: #id_pg46

Даниэль Ю.М. 194: #id_pg194

Дантес Ж. 17: #id_pg17

«Два капитана» 240: #id_pg240-244: #id_pg244

«Две души М. Горького» 86: #id_pg86

«Двенадцать» 276: #id_pg276

«12 стульев» 114: #id_pg114, 115: #id_pg115

«Девушка и смерть» 82: #id_pg82

«19 октября 1825 г.» 15: #id_pg15

«Девять десятых» 240: #id_pg240

«Девятьсот пятый год» 196: #id_pg196

«Дед Архип и Ленька» 83: #id_pg83

«Дела моего взвода» 202: #id_pg202

«Дело Артамоновых» 82: #id_pg82

дело «детского сектора Госиздата» 109: #id_pg109

Дельвиг А. 19: #id_pg19

«День бульдозериста» 375: #id_pg375

«День гнева» 186: #id_pg186

«Деревня» 141: #id_pg141, 145: #id_pg145

«Деревня» 65: #id_pg65

Державин Г.Р. 15: #id_pg15, 267: #id_pg267

«Державин» 259: #id_pg259

«Дети Арбата» 250: #id_pg250

«Дети подземелья» 69: #id_pg69-71: #id_pg71

«Детство Люверс» 197: #id_pg197

«Детство Никиты» 202: #id_pg202

«Детство» (Л. Толстой) 179: #id_pg179, 180: #id_pg180

«Детство» (М. Горький) 83: #id_pg83

«Джамиля» 367: #id_pg367

«Джан» 336: #id_pg336

«Дикий помещик» 41: #id_pg41

Дневники М. Пришвина 148: #id_pg148

«Дни Турбинных» 345: #id_pg345

«До третьих петухов» 60: #id_pg60-62: #id_pg62

«Дожить до рассвета» 209: #id_pg209

«Доктор Живаго» 197: #id_pg197-201: #id_pg201

Долина В. 347: #id_pg347

Дольский А. 347: #id_pg347, 360: #id_pg360

«Дом у дороги» 359: #id_pg359

«Донна Анна» 204: #id_pg204

«Донские рассказы» 193: #id_pg193

«Дорога в никуда» 234: #id_pg234

«Дорогие звери» 148: #id_pg148

«Дорогие мои мальчишки» 104: #id_pg104

Достоевский Ф.М. 71: #id_pg71-76: #id_pg76

«Дуль-Дуль, король без сердца» 51: #id_pg51

«Дьяволиада» 343: #id_pg343




Е


«Евгений Онегин» 15: #id_pg15, 16: #id_pg16, 18: #id_pg18, 19: #id_pg19, 265: #id_pg265

«Евсейка» 151: #id_pg151

«Ёж» (журнал) «Екатерина Воронина» 250: #id_pg250

«Епифанские шлюзы» 336: #id_pg336

Еремин И.П. 165: #id_pg165


«Ермак» 186: #id_pg186



Ершов П.П. 34: #id_pg34-39: #id_pg39


Есенин С.А. 301: #id_pg301-307: #id_pg307

«Железная дорога» 78: #id_pg78

Железников В.К. 119: #id_pg119-122: #id_pg122

«Желтая стрела» 371: #id_pg371-375: #id_pg375

«Женьшень» 148: #id_pg148

«Живой как жизнь» 56: #id_pg56

«Жизнь Арсеньева» 142: #id_pg142

«Жизнь Василия Фивейского» 331: #id_pg331

«Жизнь Клима Самгина» 82: #id_pg82

«Жизнь насекомых» 371: #id_pg371

«Жизнь Тургенева» 259: #id_pg259

Житков Б.С. 93: #id_pg93-95: #id_pg95

Жуковский В.А. 8: #id_pg8-15: #id_pg15, 165: #id_pg165, 167: #id_pg167

«Жуковский» 259: #id_pg259

«Журавлиная родина» 148: #id_pg148

«Журавлиный крик» 209: #id_pg209




З


«За бегущим днем» 202: #id_pg202

«За далью - даль» 359: #id_pg359

«За долами, за лесами» 151: #id_pg151

Заболоцкий Н.А. 109: #id_pg109-111: #id_pg111, 165: #id_pg165, 168: #id_pg168

«Забытая деревня» 43: #id_pg43

«Завтра была война» 212: #id_pg212

«Загон» 321: #id_pg321

Зайцев Б. 259: #id_pg259, 274: #id_pg274

«Заклятие смехом» 295: #id_pg295

«Запечатленный ангел» 321: #id_pg321

«Записки агронома» 155: #id_pg155

«Записки из Мертвого дома» 73: #id_pg73

«Записки институтки» 49: #id_pg49

«Записки охотника» 87: #id_pg87

«Записки Сатаны» 332: #id_pg332

«Заповедник сказок» 252: #id_pg252

«Запутанное дело» 40: #id_pg40

«Затворник и шестипалый» 371: #id_pg371

«Затмение» 204: #id_pg204

«Звезда КЭЦ» 245: #id_pg245

«Звездопад» 363: #id_pg363

«Зверь-бурундук» 148: #id_pg148

«Зеленая кобылка» 46: #id_pg46

«Зеленая лампа» 234: #id_pg234

«Зимнее утро» 15: #id_pg15

«Зимняя дорога» 15: #id_pg15

«Злой мальчик» 90: #id_pg90

«Знак беды» 209: #id_pg209

«Зодчие» 186: #id_pg186, 188: #id_pg188-190: #id_pg190

«Зойкина квартира» 345: #id_pg345

«Золотая роза» 263: #id_pg263-265: #id_pg265

«Золотой луг» 148: #id_pg148

«Золотой теленок» 114: #id_pg114

«Золотой фургон» 57: #id_pg57

«Зося» 130: #id_pg130

Зощенко М.М. 58: #id_pg58, 95: #id_pg95-99: #id_pg99




И


«И дольше века длится день...» см. «Буранный полустанок» 

«Иван Грозный» 202: #id_pg202

«Иван» 130: #id_pg130-132: #id_pg132

«Из газет» 279: #id_pg279

«Изумруд» 136: #id_pg136

Ильф И. 115: #id_pg115

«Интеллигенция и революция» 275: #id_pg275

Ирвинг В. 20: #id_pg20

«Исаак Левитан» 263: #id_pg263

«Исполнение желаний» 240: #id_pg240

«История государства Российского» 171: #id_pg171

«История одного города» 41: #id_pg41

«История села Горюхина» 19: #id_pg19

«Иуда Искариот» 332: #id_pg332-333: #id_pg333




К


«Кабала святош» 345: #id_pg345

Каверин В.А. 239: #id_pg239-244: #id_pg244, 260: #id_pg260

«Кавказ» 25: #id_pg25

«Кавказские рассказы» 148: #id_pg148

«Кадеты» 136: #id_pg136

«Каждый мечтает о собаке» 119: #id_pg119

«Казаки» 179: #id_pg179

Кайсаров А. 10: #id_pg10

«Как делать стихи?» 299: #id_pg299

«Как патефон петуха от смерти спас» 152: #id_pg152

«Калина красная» 60: #id_pg60

«Каменный цветок» 46: #id_pg46

Кампов Б.Н. см. Полевой Б.Н. 

«Каникулы Кроша» 250: #id_pg250

«Капитанская дочка» 16: #id_pg16

«Кара-Бугаз» 263: #id_pg263

Карабчиевский Ю. 354: #id_pg354

Карамзин Н.М. 14: #id_pg14, 169: #id_pg169-173: #id_pg173

«Карась-идеалист» 41: #id_pg41

«Карьер» 210: #id_pg210

Кассиль Л.А. 103: #id_pg103-108: #id_pg108, 297: #id_pg297

Катаев В.П. 114: #id_pg114-118: #id_pg118

Катаев Е.П. см. Петров Е.

Катков М.Н. 73: #id_pg73

«Каштанка» 139: #id_pg139-140: #id_pg140

Кедрин Д.Б. 184: #id_pg184-190: #id_pg190, 317: #id_pg317

Керн А.П. 19: #id_pg19

«Киевские птицы» 135: #id_pg135

Ким Ю. 347: #id_pg347

«Кирилка» 81: #id_pg81

«Кисель» 41: #id_pg41, 42: #id_pg42

«Кладбище в Скулянах» 116: #id_pg116

«Кладовая солнца» 148: #id_pg148

«Классовые гримасы, или Картинки истории» 204: #id_pg204

Климентов А.П. см. Платонов А.П. 

«Клоп» 297: #id_pg297

«Клуб колумбов» 159: #id_pg159

«Ключи Марии» 304: #id_pg304

«Книга всякой всячины, или Подручная энциклопедия» 29: #id_pg29

«Книга про бойца» 358: #id_pg358

«Княжна Джаваха» 49: #id_pg49

Коваль Ю.И. 254: #id_pg254-256: #id_pg256

Козачинский А. 57: #id_pg57

«Колобок» (М. Пришвин) 148: #id_pg148

«Колобок» 7: #id_pg7

«Колокол» (Д. Кедрин) 187: #id_pg187

«Колыбельная песня» 273: #id_pg273

«Коля пишет Оле, Оля пишет Коле» 123: #id_pg123

«Кондуит и Швамбрания» 104: #id_pg104, 105: #id_pg105-108: #id_pg108

«Конёк-горбунок» 34: #id_pg34-39: #id_pg39

«Конец Хазы» 240: #id_pg240

«Коновалов» 81: #id_pg81

«Конь с розовой гривой» 361: #id_pg361

«Конь» 186: #id_pg186

«Кораблик» 112: #id_pg112

Корнейчуков Н.В. см. Чуковский К.И. 

Короленко В.Г. 68: #id_pg68-71: #id_pg71, 81: #id_pg81

«Кортик» 250: #id_pg250

«Котлован» 336: #id_pg336

«Кофейня» 188: #id_pg188

«Кошачьи уши» 46: #id_pg46

«Кража» 363: #id_pg363

«Красное вино победы» 151: #id_pg151

«Красный смех» 332: #id_pg332

«Крейцерова соната» 180: #id_pg180

«Крестьянские дети» 80: #id_pg80

«Крик» 216: #id_pg216

«Кровь» 185: #id_pg185

«Крокодил» (журнал) 57: #id_pg57

«Крокодил» 55: #id_pg55

«Круглянский мост» 209: #id_pg209

Крученых А. 295: #id_pg295

Кузмин М. 283: #id_pg283

«Кукушата» 126: #id_pg126

Куприн А.И. 135: #id_pg135-139: #id_pg139

«Курочка Ряба» 7: #id_pg7

«Кусака» 330: #id_pg330-331: #id_pg331

«Кюхля» 259: #id_pg259




Л


Лагин Л.И. 57: #id_pg57-59: #id_pg59

Ладыгин В. 21: #id_pg21

«Лазоревая степь» 193: #id_pg193

«Лебединый стан» 289: #id_pg289

«Левша» 320: #id_pg320

«Легенда об арабском астрологе» 20: #id_pg20

«Лейтенант Шмидт» 196: #id_pg196

Лермонтов М.Ю. 10: #id_pg10, 24: #id_pg24-27: #id_pg27, 174: #id_pg174-178: #id_pg178, 268: #id_pg268-270: #id_pg270

Лесков Н.С. 319: #id_pg319-325: #id_pg325

«Лесная газета» 160: #id_pg160

«Лесная капель» 148: #id_pg148

«Летающий мальчик» 240: #id_pg240

«Летят мои кони» 212: #id_pg212

«Лисичкин хлеб» 148: #id_pg148

«Листобой» 254: #id_pg254

«Листригоны» 137: #id_pg137

Лихачёв Д.С. 165: #id_pg165, 166: #id_pg166, 168: #id_pg168-169: #id_pg169, 197: #id_pg197

«Лицо Гоголя» 28: #id_pg28

Ломоносов М.В. 267: #id_pg267

«Леди Макбет Мценского уезда» 321: #id_pg321

«Люблю» 297: #id_pg297

«Людмила» 9: #id_pg9




М


Майков А.Н. 165: #id_pg165

«Майская ночь, или Утопленница» 29: #id_pg29

«Макар Чудра» 81: #id_pg81

Макаренко А.С. 108: #id_pg108

«Малахитовая шкатулка» 46: #id_pg46

«Маленькие трагедии» 16: #id_pg16, 19: #id_pg19

«Мальчик у Христа на елке» 74: #id_pg74

«Мангуста» 94: #id_pg94

«Маркун» 335: #id_pg335

Маршак С.Я. 53: #id_pg53-54: #id_pg54, 112: #id_pg112

«Мастер и Маргарита» 261: #id_pg261, 345: #id_pg345

«Мастера и подмастерья» 239: #id_pg239

Матвеева Н. 346: #id_pg346

«Материнское поле» 367: #id_pg367

«Мать» 82: #id_pg82

Маяковский В.В. 103: #id_pg103, 293: #id_pg293-301: #id_pg301

«Медведь на воеводстве» 41: #id_pg41

«Медной горы Хозяйка» 46: #id_pg46

«Мелочи жизни» 96: #id_pg96

«Мертвые души» 28: #id_pg28, 30: #id_pg30

«Механик Салерно» 93: #id_pg93

«Мильон терзаний» 317: #id_pg317

«Мир. Восклицательный знак» 212: #id_pg212, 215: #id_pg215

«Миргород» 29: #id_pg29

«Мистерия-буфф» 297: #id_pg297

Михайловское 17: #id_pg17

«Мищутка Налымов» 201: #id_pg201

«Много хороших людей и один завистник» 240: #id_pg240

Можейко И.В. см. Булычев Кир 

«Мои университеты» 83: #id_pg83

«Моим стихам...» 290: #id_pg290

«Мой брат играет на кларнете» 123: #id_pg123-124: #id_pg124

«Мой друг Момич» 216: #id_pg216

«Мой лунный друг. О Блоке» 274: #id_pg274

«Мой первый друг, мой друг бесценный» 18: #id_pg18

«Мой первый товарищ» 49: #id_pg49

«Мойдодыр» 55: #id_pg55

«Мокредная мосень» 296: #id_pg296

«Молодая гвардия» 191: #id_pg191

«Молох» 136: #id_pg136

«Мольер» 259: #id_pg259

«Момент истины» 130: #id_pg130

«Мороз, Красный нос» 78: #id_pg78

«Москва кабацкая» 303: #id_pg303

«Москве угрожает враг» 202: #id_pg202

«Муза» (А. Ахматова) 285: #id_pg285

«Мурзук» 160: #id_pg160

Мусин-Пушкин А.И. 165: #id_pg165

«Муха и чудовище» 161: #id_pg161

«Муха-Цокотуха» 55: #id_pg55




Н


«На Великом морском пути» 159: #id_pg159

«На Волге» 79: #id_pg79

«На Дальнем Востоке» 148: #id_pg148

«На дне» 82: #id_pg82

«На край света» 141: #id_pg141

«На поле Куликовом» 282: #id_pg282

«На рыбачьей тропе» 151: #id_pg151

«На смерть Анны Ахматовой» 286: #id_pg286

Набоков В. 28: #id_pg28, 259: #id_pg259

«Над водой» 93: #id_pg93

«Накануне» 88: #id_pg88

«Наталья - боярская дочь» 170: #id_pg170

«Нате!» 296: #id_pg296

«Наш современник» 263: #id_pg263

«Не могу молчать» 180: #id_pg180

«Не стреляйте в белых лебедей» 212: #id_pg212

«Недопёсок» 254: #id_pg254

«Неизвестный солдат» 250: #id_pg250

Некрасов Н.А. 43: #id_pg43, 76: #id_pg76-80: #id_pg80, 270: #id_pg270-273: #id_pg273

«Необычайное приключение, бывшее с Владимиром Маяковским летом на даче» 300: #id_pg300

«Необычайные похождения Севы Котлова» 123: #id_pg123

«Неопалимая купина» 212: #id_pg212

«Нервные люди» 96: #id_pg96

Никитенко А.В. 35: #id_pg35

«Николай Гоголь» 259: #id_pg259

«Николай Палкин» 180: #id_pg180

«Ниночкины покупки» 113: #id_pg113

«Нищий» 91: #id_pg91

Новиков Н.И. 170: #id_pg170

«Новый мир» (журнал) 103: #id_pg103, 155: #id_pg155, 359: #id_pg359

«Новь» 88: #id_pg88

Носов Е.И. 150: #id_pg150-154: #id_pg154

«Ночевала тучка золотая» (А. Приставкин) 126: #id_pg126-129: #id_pg129

«Ночь перед Рождеством» 29: #id_pg29, 307: #id_pg307

«Ночь после выпуска» 204: #id_pg204

«Ночь» (В. Маяковский) 296: #id_pg296




О


«О голоде» 180: #id_pg180

«О комедии Грибоедова «Горе от ума» » (В. Белинский) 318: #id_pg318

«Обелиск» 209: #id_pg209, 210: #id_pg210

«Облава» 209: #id_pg209

«Облако в штанах» 297: #id_pg297

ОБЭРИУты 109: #id_pg109-114: #id_pg114

«Огородник» 273: #id_pg273

«Один день Ивана Денисовича» 221: #id_pg221-226: #id_pg226

«Одинец» 159: #id_pg159

«Одиссея» 9: #id_pg9

«Одна ночь» 210: #id_pg210

«Однодум» 321: #id_pg321

«Октябрь» 15: #id_pg15

Окуджава Б.Ш. 346: #id_pg346, 347: #id_pg347, 352: #id_pg352-355: #id_pg355

Олейников Н.М. 109: #id_pg109, 110: #id_pg110

«Олеся» 136: #id_pg136, 137: #id_pg137

«Омон Ра» 371: #id_pg371

«Они сражались за Родину» 194: #id_pg194

«Орест Кипренский» 263: #id_pg263

«Осенняя воля» 278: #id_pg278

«Остров погибших кораблей» 245: #id_pg245

«Остров Разочарования» 58: #id_pg58

«Осударева дорога» 147: #id_pg147

«От двух до пяти» 56: #id_pg56

«Отец Сергий» 180: #id_pg180

«Отечественные записки» (журнал) 40: #id_pg40

«Открытая книга» 240: #id_pg240

«Отрочество» 179: #id_pg179

«Отцы и дети» 88: #id_pg88

«Очарованный странник» 321: #id_pg321-325: #id_pg325




П


«Павлин» 321: #id_pg321

«Памятник» (А. Пушкин) см. «Я памятник себе...» 

«Памятник» (Г. Державин) 267: #id_pg267

Пантелеев Л. 108: #id_pg108

«Пара гнедых» 204: #id_pg204

«Парадокс» 68: #id_pg68

«Параня» 204: #id_pg204

Пастернак Б.Л. 195: #id_pg195-201: #id_pg201, 287: #id_pg287

«Пастух и пастушка» 363: #id_pg363

«Патент АВ» 58: #id_pg58

Паустовский К.Г. 142: #id_pg142, 232: #id_pg232, 235: #id_pg235, 262: #id_pg262-265: #id_pg265

«Пегий пес, бегущий краем моря» 367: #id_pg367

«Педагогическая поэма» 108: #id_pg108

Пелевин В.О. 371: #id_pg371-375: #id_pg375

«Первая любовь» 88: #id_pg88

«Первый учитель» 367: #id_pg367

«Перевал» 363: #id_pg363

«Перед восходом солнца» 97: #id_pg97

«Перед зеркалом» 241: #id_pg241

Перро Ш. 10: #id_pg10, 13: #id_pg13

Песков В. 145: #id_pg145

«Песнь барда» 174: #id_pg174

«Песнь о Вещем Олеге» 15: #id_pg15, 173: #id_pg173, 266: #id_pg266

«Песнь Орфея» 127: #id_pg127

«Песня о Буревестнике» 82: #id_pg82

«Песня о Соколе» 82: #id_pg82

«Песня про Алену-старицу» 186: #id_pg186

«Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова» 175: #id_pg175

«Песчаная учительница» 337: #id_pg337

«Петербургские повести» 29: #id_pg29

«Петр I» 201: #id_pg201, 202: #id_pg202

Петрашевский М.В. 73: #id_pg73

Петров Е. 114; 115: #id_pg115

«Петька на даче» 331: #id_pg331

«Печальный детектив» 363: #id_pg363

«Печки-лавочки» 60: #id_pg60

Пешков А.М. см. Горький М. 

«Письма к писателю» 97: #id_pg97

«Письма о добром и прекрасном» 169: #id_pg169

«Письма русского путешественника» 170: #id_pg170

«Письмо женщине» 303: #id_pg303

Платонов А.П. 7: #id_pg7, 333: #id_pg333-341: #id_pg341

«Плаха» 367: #id_pg367

«Плацдарм» 363: #id_pg363

«Плач детей» 77: #id_pg77

Плетнев П.А. 35: #id_pg35

«По праву памяти» 359: #id_pg359

«Побежденный» 274: #id_pg274

«Поверх барьеров» 196: #id_pg196

«Повести Белкина» 15: #id_pg15, 19: #id_pg19

«Повесть о жизни» 263: #id_pg263

«Повесть о настоящем человеке» 205: #id_pg205-207: #id_pg207

«Повесть о том, как один мужик двух генералов прокормил» 41: #id_pg41, 44: #id_pg44

«Пограничный пес Алый» 254: #id_pg254

«Подземелье ведьм» 252: #id_pg252

«Поднятая целина» 193: #id_pg193

«Подорожник» 283: #id_pg283

«Подснежники» 216: #id_pg216

«Поединок» 136: #id_pg136

«Поздний ребенок» 123: #id_pg123

«Пойти и не вернуться» 209: #id_pg209

«Поколение П» 371: #id_pg371

Полевой Б.Н. 204: #id_pg204-208: #id_pg208, 261: #id_pg261

«Полунощники» 321: #id_pg321

«Портрет» 308: #id_pg308-310: #id_pg310

«Поручик Лермонтов» 263: #id_pg263

«Поселок» 252: #id_pg252

«Последние дни» 259: #id_pg259

«Последние» М. Горький) 82: #id_pg82

«Последний дебют» 135: #id_pg135

«Последний из удэге» 191: #id_pg191

«Последний парад» 119: #id_pg119

«Последний человек из Атлантиды» 245: #id_pg245

постановление о журналах «Звезда и «Ленинград» 97: #id_pg97, 284: #id_pg284

постмодернизм 374: #id_pg374

«Потомки солнца» 335: #id_pg335

«Похищение чародея» 252: #id_pg252

«Похождения Невзорова, или Ибикус» 202: #id_pg202

«Пощечина общественному вкусу» 295: #id_pg295

«Поэма о двадцати шести» 304: #id_pg304

«Поэт и гражданин» 272: #id_pg272

«Поэт и толпа» 268: #id_pg268

«Поэт» (А, Пушкин) 267: #id_pg267

«Поэт» (М. Лермонтов) 269: #id_pg269

«Поэт» (М. Цветаева) 292: #id_pg292

«Прах и пепел» 250: #id_pg250

«Премудрый пескарь» 41 « Преступление и наказание» 73: #id_pg73

«Приказ» 296: #id_pg296

«Приключения Васи Куролесова» 254: #id_pg254

«Приключения Кроша» 250: #id_pg250

«Приморский сонет» 282: #id_pg282

«Принц Госплана» 371: #id_pg371

Приставкин А.И. 126: #id_pg126-129: #id_pg129

Пришвин М.М. 8: #id_pg8, 145: #id_pg145-150: #id_pg150

«Про них» 254: #id_pg254

«Про слона» 94: #id_pg94

«Про это» 297: #id_pg297

«Проблема верволка в средней полосе» 375: #id_pg375

«Происхождение мастера» 336: #id_pg336

«Прокляты и убиты» 363: #id_pg363

«Пролог» 240: #id_pg240

«Пророк» (А. Пушкин) 266: #id_pg266

«Пророк» (М. Лермонтов) 269: #id_pg269

«Противоречие» 40: #id_pg40

«Прощай, Гульсары» 367: #id_pg367

«Прощай, письмо любви» 18: #id_pg18

«Психея» 290: #id_pg290

«Псовая охота» 273: #id_pg273

«Птушенька» 127: #id_pg127

«Пугачев» 304: #id_pg304

«Пузыри земли» 279: #id_pg279

«Путаница» 55: #id_pg55

«Путешественник с багажом» 119: #id_pg119

«Путешествие в Арзрум» 316: #id_pg316

Пушкин А.С. 8: #id_pg8, 9: #id_pg9, 10: #id_pg10, 14: #id_pg14-23: #id_pg23, 29: #id_pg29, 30: #id_pg30, 36: #id_pg36, 172: #id_pg172, 173: #id_pg173, 259: #id_pg259, 265: #id_pg265-268: #id_pg268, 313: #id_pg313, 316: #id_pg316, 318: #id_pg318

Пушкин В.Л. 15: #id_pg15

«Пушкин» 259: #id_pg259

Пущин И. 19: #id_pg19

«Пять похищенных монахов» 254: #id_pg254




Р


«Равенство в страдании» 335: #id_pg335

«Радуга» 151: #id_pg151

«Радуница» 302: #id_pg302

«Разговор с фининспектором о поэзии» 299: #id_pg299

«Разгром» 191: #id_pg191

«Разлив» 191: #id_pg191

«Разлука» 290: #id_pg290

«Раковый корпус» 221: #id_pg221

«Ранние журавли» 367: #id_pg367

«Расплата» 204: #id_pg204

Распутин В.Г. 99: #id_pg99

«Распутья» 279: #id_pg279

«Рассказ о семи повешенных» 332: #id_pg332

«Растратчики» 115: #id_pg115

«РВС» 101: #id_pg101

«Ревизор» 30: #id_pg30

«Реквием» (А. Ахматова) 285: #id_pg285

«Рембрандт» 186: #id_pg186

«Ремесло» (М. Цветаева) 290: #id_pg290

«Репка» 7: #id_pg7

«Республика ШКИД» 108: #id_pg108

«Родина» (А.Н. Толстой) 202: #id_pg202

«Родина» (Н. Некрасов) 273: #id_pg273

«Родная земля» 148: #id_pg148

«Родники берендея» 147: #id_pg147

«Роза мира» 28: #id_pg28, 274: #id_pg274

«Роковые яйца» 343: #id_pg343-345: #id_pg345

«Романтики» 263: #id_pg263

«Роняет лес багряный свой убор» 18: #id_pg18

«Рудин» 88: #id_pg88, 325: #id_pg325-329: #id_pg329

«Руслан и Людмила» 15: #id_pg15, 16: #id_pg16

«Русский вестник» (журнал) 73: #id_pg73

«Русский характер» 202: #id_pg202

«Русь советская» 306: #id_pg306

Рыбаков А.Н. 249: #id_pg249-250: #id_pg250

Рыленков Н.И. 165: #id_pg165, 286: #id_pg286

«Рыцарь» 119: #id_pg119




С


Салтыков-Щедрин М.Е. 39: #id_pg39-44: #id_pg44, 58: #id_pg58

«Самая легкая лодка в мире» 254: #id_pg254-256: #id_pg256

«Сапсан» 136: #id_pg136

Сахаров А.Д. 221: #id_pg221

«Саша и Шура» 123: #id_pg123

«Светлана» 9: #id_pg9

«Свидание с Нефертити» 202: #id_pg202

«Святой колодец» 116: #id_pg116

Святые Горы 20 « Севастопольские рассказы» 179: #id_pg179

«Секрет» 273: #id_pg273

«Селигер Селигерович» 127: #id_pg127

«Семен» 334: #id_pg334

«Сентиментальные повести» 97: #id_pg97

«Серапионовы братья о себе» 96: #id_pg96

«Серапионовы братья»(общество) 240: #id_pg240

«Сердце» 185: #id_pg185

«Серебряное копытце» 46: #id_pg46-49: #id_pg49

«Сестра моя жизнь» 196: #id_pg196

«Сибирский казак» 34: #id_pg34

«Сигнал» (журнал) 55 « Сигнальщики и горнисты» 123: #id_pg123

«Символизм и бессмертие» 196: #id_pg196

Симонов К. 142: #id_pg142

Синявский А.Д. 194: #id_pg194

«Сказка о Золотом петушке» 20: #id_pg20-23: #id_pg23

«Сказка о мертвой царевне и семи богатырях» (А.С. Пушкин) 15: #id_pg15

«Сказка о рыбаке и рыбке» 36: #id_pg36

«Сказка о царе Берендее» 9: #id_pg9

«Сказка о царе Салтане» 36: #id_pg36

«Сказка про важну барыню» 185: #id_pg185

«Сказки для детей изрядного возраста» 41: #id_pg41

«Сказки зверолова» 158: #id_pg158

«Скандалист, или Вечера на Васильевском острове» 240: #id_pg240

«Слепой музыкант» 71: #id_pg71

«Слово о полку Игореве» 165: #id_pg165

«Смерть Вазир-Мухтара 259: #id_pg259, 315: #id_pg315

«Смерть Ивана Ильича» 180: #id_pg180

Смородинцев Н.С. 45: #id_pg45

«Снегирушка-милушка» 161: #id_pg161

«Собачье сердце» 345: #id_pg345

«Соборяне» 321: #id_pg321

«Современная ода» 273: #id_pg273

«Современник» (журнал) 40: #id_pg40

«Сокровенный человек» 334: #id_pg334, 339: #id_pg339-341: #id_pg341

Солженицын А.И. 219: #id_pg219-226: #id_pg226

Соловьев В.С. 275: #id_pg275

«Соловьиный сад» 279: #id_pg279

«Сорочинская ярмарка» 29: #id_pg29

«Сотников» 209: #id_pg209

«Спекторский» 196: #id_pg196

«Спящая красавица» (Ш. Перро) 10: #id_pg10, 13: #id_pg13

«Спящая царевна» (В.А. Жуковский) 9: #id_pg9-13: #id_pg13

«Станция «Лось»» 254: #id_pg254

Станюкович К.М. 229: #id_pg229-232: #id_pg232

«Старик Хоттабыч» 57: #id_pg57, 59: #id_pg59

«Старуха Изергиль» 82: #id_pg82

«Стихи к Блоку» 290: #id_pg290

«Стихи о Прекрасной Даме» 275: #id_pg275

«150 000 000» 297: #id_pg297

«Сто лет тому вперед» 251: #id_pg251

«Страсти-мордасти» 83: #id_pg83

«Страшная месть» 29: #id_pg29, 31: #id_pg31-33: #id_pg33

Стругацкие А.Н. и Б.Н. 57: #id_pg57

«Суворов и станционный смотритель» 34: #id_pg34

«Судьба барабанщика» 100: #id_pg100

«Судьба человека» 194: #id_pg194

«Суер-Выер» 254: #id_pg254

«Суламифь» 136: #id_pg136, 137: #id_pg137

«Сумасшедшая птица» 161: #id_pg161

«Супруги Орловы» 81: #id_pg81

«Счастливая Москва» 336: #id_pg336

«Сын полка» 118: #id_pg118

«Сын стекольщика» 240: #id_pg240




Т


«Тайна третьей планеты» 251: #id_pg251

«Тайны ремесла» 285: #id_pg285

«Танька» 141: #id_pg141

«Тараканище» 55: #id_pg55

Тарханы 24: #id_pg24

«Таюшкино зеркальце» 46: #id_pg46

Твардовский А.Т. 142: #id_pg142, 155: #id_pg155, 222: #id_pg222, 358: #id_pg358-361: #id_pg361

«Театральный роман» 261: #id_pg261, 345: #id_pg345

«Телефон» 55: #id_pg55

«Темные аллеи» 142: #id_pg142

Тендряков В.Ф. 203: #id_pg203-204: #id_pg204

«Теремок» 7: #id_pg7

«Тимур и его команда» 100: #id_pg100, 102: #id_pg102

«Тихий Дон» 193: #id_pg193

Толстой А.Н. 7: #id_pg7, 201: #id_pg201-202 

Толстой А.Л. 30: #id_pg30

Толстой Л.Н 8: #id_pg8, 14: #id_pg14, 83: #id_pg83, 178: #id_pg178-184: #id_pg184

«Тополек в моей красной косынке» 367: #id_pg367

«Тоска» 91: #id_pg91

«Трава забвения» 116: #id_pg116

«Третий в пятом ряду» 123: #id_pg123

«Третий сын» 336: #id_pg336

«Третья ракета» 209: #id_pg209

«Три встречи с Блоком» 274: #id_pg274

«Три пальмы» 25: #id_pg25

«Тридцать дней» (журнал) 57: #id_pg57

«Тридцать зерен» 151: #id_pg151

«Тридцать один день» 122: #id_pg122

«Тридцать пятый и другие годы» 250: #id_pg250

Троепольский Г.Н. 154: #id_pg154-157: #id_pg157

«Тройка» 273: #id_pg273

«Тупейный художник» 320: #id_pg320

Тургенев А.И. 17: #id_pg17

Тургенев И.С. 14: #id_pg14, 86: #id_pg86-89: #id_pg89, 325: #id_pg325-329: #id_pg329

Тургенев Н. 10: #id_pg10

Тынянов Ю.Н. 239: #id_pg239, 259: #id_pg259, 315: #id_pg315

«Тяжелый песок» 250: #id_pg250

У «Убиты под Москвой» 216: #id_pg216-219: #id_pg219

«Уважаемы граждане» 96: #id_pg96

«Уммб!». 159: #id_pg159

«Униженные и оскорбленные» 73: #id_pg73

«Уральские были» 45: #id_pg45

«Уроки французского» 99: #id_pg99

«Усатый» 154: #id_pg154

«Усвятские шлемоносцы» 151 

«Утверждение бодрости» 296: #id_pg296




Ф


«Фабрика» 279: #id_pg279

Фадеев А.А. 190: #id_pg190-192: #id_pg192

«Фацелия» 148: #id_pg148

«Федорино горе» 55: #id_pg55

«Флаги на башнях» 108: #id_pg108

«Флейта-позвоночник 297: #id_pg297

фольклор 7: #id_pg7, 45: #id_pg45

«Фома Гордеев» 82: #id_pg82

«Фома-кузнец» 34: #id_pg34

«Фотография, на которой меня нет» 361: #id_pg361




Х


«Хаджи-Мурат» 181: #id_pg181-184: #id_pg184

«Характеры» 60: #id_pg60

Хармс Д. 109: #id_pg109-114: #id_pg114

«Хлеб для собаки» 204: #id_pg204

Хлебников В. 295: #id_pg295

Ходасевич Вл. 259: #id_pg259

«Хождение по мукам» 201: #id_pg201, 202: #id_pg202

«Хорошим людям - доброе утро» 119: #id_pg119

«Хорошо» 297: #id_pg297

«Хорь и Калиныч» 87: #id_pg87

«Храни меня, мой талисман» 18: #id_pg18

«Хромой барин» 201: #id_pg201

«Хрупкая веточка» 46: #id_pg46

«Хуторок в степи» 116: #id_pg116




Ц


«Царь-рыба» 363: #id_pg363-366: #id_pg366

Цветаева М.И. 287: #id_pg287-293: #id_pg293

«Цветной венок» 161: #id_pg161

«Цирк Принтинпрам» 113: #id_pg113




Ч


«Чайки на взморье» 159: #id_pg159

«Чапаев и Пустота» 371: #id_pg371

Чарская Л. 49: #id_pg49-53: #id_pg53

«Чевенгур» 336: #id_pg336

«Челкаш» 81: #id_pg81

«Человек за бортом» 230: #id_pg230-232: #id_pg232

«Человек на часах» 320: #id_pg320

«Человек-амфибия» 245: #id_pg245

Чернов А. 165: #id_pg165

«Черный сокол» 159: #id_pg159

«Черный человек» 304: #id_pg304

«Чертова яма» 363: #id_pg363

«Четки» 283: #id_pg283

Чехов А.П. 89: #id_pg89-92: #id_pg92, 136: #id_pg136, 139: #id_pg139-140: #id_pg140

«Чехов» 259: #id_pg259

«Чиж» (журнал) «Чиновник» 273: #id_pg273

«Чистый Дор» 254: #id_pg254

«Что такое а ля брасс?» 111: #id_pg111

«Что я видел» 93: #id_pg93-95: #id_pg95

«Чудак из 6 «Б»» 119: #id_pg119

«Чудаки» 201: #id_pg201

«Чудотворная» 202: #id_pg202

«Чужая память» 252: #id_pg252

«Чук и Гек» 100: #id_pg100

Чуковская Л.К. 194: #id_pg194

Чуковский К. 51: #id_pg51, 86: #id_pg86, 270: #id_pg270

Чуковский К.И. 54: #id_pg54-56: #id_pg56, 274: #id_pg274

Чурилова Л.А. см. Чарская Л. 

«Чучело» 119: #id_pg119-122: #id_pg122




Ш


Шергин Б. 7: #id_pg7

Шим Э. 161: #id_pg161

Шишков А.С. 170: #id_pg170

Шкляровский И. 165: #id_pg165

«Школа» 100: #id_pg100

Шолохов М.А. 192: #id_pg192-195: #id_pg195

«Шопен, соната № 2» 151: #id_pg151

Шукшин В.М. 59: #id_pg59-62: #id_pg62




Щ


«Щ-854. Один день одного зэка» 223: #id_pg223




Э


«Экспонат №» 212: #id_pg212

«Элегия» (Н. Некрасов) 273: #id_pg273

«Эликсир сатаны» 58: #id_pg58

«Эмигранты» 202: #id_pg202

Эренбург И. 292: #id_pg292, 293: #id_pg293




Ю


Ювачев см. Хармс Д. 

«Ювенильное море» 336: #id_pg336

Югов Ал. 165: #id_pg165

«южные поэмы» Пушкина 16: #id_pg16

«Юность» (журнал) 116: #id_pg116, 207: #id_pg207, 213: #id_pg213

«Юность» (Л.Н. Толстой) 179: #id_pg179

Юханссон Ч. 28: #id_pg28

«Ю-ю» 136: #id_pg136, 138: #id_pg138




Я


«Я памятник себе воздвиг нерукотворный...» 267: #id_pg267

«Я помню чудное мгновенье» 18: #id_pg18

«Я сам» 293: #id_pg293

«Я убит подо Ржевом» 360



Спасибо, что скачали книгу в бесплатной электронной библиотеке Royallib.com: https://royallib.com

Оставить отзыв о книге: https://royallib.com/comment/lahtina_mariya/ya_poznayu_mir_russkaya_literatura.html

Все книги автора: https://royallib.com/author/lahtina_mariya.html

